Повелительница интерьеров и генералов (СИ)

— Вижу, — прошептала я.
— Убирай. Хватай за кончик и сматывай в клубок. Затем залатай оставленные ими дыры, — подсказал Доминга.
Я никогда не увлеклась шитьем и вышиванием, но любила вязать и в молодости плела макраме. И к процессу подошла, опираясь на эти свои умения. Потянулась руками к чёрной нитке и принялась распускать вязание и сматывать клубок. Глаз я не открывала, делала все, ведомая внутренним зрением, и очень удивилась, когда наткнулась на руки генерала. В моей картинке я как раз дошла до них, склонившись над девушкой, а оказывается, я повторяла движения наяву.
— Всё, — выдохнула.
Открыла глаза и столкнулась с пронзительно-синим взглядом генерала. Мне показалось, что он видел меня насквозь.
— Ох! Я нечаянно, госпожа! Я не хотела! — завопила Кармела откуда-то из-под меня.
Я резко выпрямилась и поднялась с дивана.
— Выброси проклятье в камин, я сожгу, — сказал Доминга, тоже поднимаясь с дивана.
Я по-прежнему держала эфемерный клубок зажатым в правом кулаке, но когда подошла к камину и разжала руку, увидела его не внутренним зрением, а обычным! Проклятье стало материальным!
По спине поползли холодные мурашки, и я поежилась.
6.4
Как лунатик пошла к камину, чтобы кинуть тёмный сгусток магии в его холодное нутро и отряхнула руки. Генерал тут же запустил в него магическим огнём, заставившим полыхать проклятье синем пламенем.
— Надеюсь, ты поняла, что совать нос в господские вещи опасно? Уходи, — строго сказал Доминга, повернувшись к спасенной девушке.
Она поспешила низко поклониться и убраться из комнаты без лишних вопросов.
Я проводила её полным сожаления взглядом. Едва Кармела покинула гостиную, комната показалась мне слишком тесной для нас с генералом. Пространство как будто сжалось, ограничивая меня в маневрах. А всё из-за пытливого взгляда, которым Доминга будто проникал в мою душу и мысли. Он хотел от меня объяснений, но я не имела понятия, каких именно, поэтому просто повторила то же, что уже говорила:
— Кольцо рода Лианор было в шкатулке, которую я нашла. Я хотела его лишь примерить, но оно срослось с пальцем и не снимается. Понятия не имею, что с этим делать.
Я демонстративно равнодушно дёрнула плечом и заправила выбившуюся из причёски прядь за ухо.
— А почему кольцо вашего рода было спрятано, а не украшало палец главы? — не клюнув на мой нарочито беззаботный вид, задал логичный вопрос генерал.
Я невольно кинула взгляд на его руки и сразу увидела печатку из такого же металла, что и моя, но с красным, исписанным символами камнем. Значит, Доминга — глава рода Элмо. Конечно, мне его не провести, он знает о родовых кольцах всё.
— В шкатулке был дневник Консуэло Лианор. Знаете такую? — генерал кивнул. — Так вот, последняя пряха Лианор спрятала кольцо от наследников, потому что считала их недостойными. Как я поняла, они собирались прясть оружие.
— Хм-м, теперь понятно, почему Лионор живут в глуши и не стремятся занимать места при дворе. Однако непонятно, почему кольцо выбрало именно вас своей хозяйкой. Простите за откровенность, но тот образ Абигаль Иниго, который известен мне и всему высшему свету, никак не тянет на звание самой достойной спасительницы родового дара. Вы можете мне пояснить, каким образом нашли шкатулку? Может быть, у вас было видение или вещий сон?
Вопросы Доминга задавал неудобные. Такие, на которые у меня не было честных ответов. Но врать я не любила, а правду про графитовый карман с алмазами сказать не могла. Что, интересно, сделает «верный маг короля», узнав, что я не Абигаль? Правильно! С огромной вероятностью сдаст меня властям.
— Это знание пришло ко мне во время болезни. Я не помню как. Просто пришла в себя с уверенностью, что копать нужно у того камня, — все же выдала я самую удобоваримую версию, уговаривая себя выглядеть спокойной и не трястись.
Генерал дёрнул уголком губ. Не поверил?
— Хорошо, допустим, — все же принял он мой ответ. — Теперь вы пряха, Абигаль. Редкий и очень ценный маг. Однако если вы заявите об этом открыто, ваш старший брат обратится в суд и потребует вернуть кольцо. И суд его иск удовлетворит, но дальше выяснится, что кольцо не снимается, и это потянет за собой новое разбирательство…
 
Я встрепенулась и выпалила в своё оправдание:
— Это прабабушка так сделала! У меня есть запись в дневнике, подтверждающая, что не по своей вине я это кольцо не могу снять.
Доминга прошёлся по комнате, о чем-то усиленно размышляя, а потом решительно подошёл ко мне и, взяв за локоть, подвёл к дивану.
— Присядем, Абигаль, — сказал, опуская нас на мягкую поверхность. Предчувствие мне подсказало, что разговор будет серьёзным, и оно не обмануло. Генерал задал странный вопрос: — Я хочу вам помочь. Знаете почему?
Хлопнула на него глазами.
— Понятия не имею. Из жалости? Благородства? — предположила единственное, что приходило в голову.
Генерал посмотрел на меня насмешливо, как будто я глупость сморозила.
— С чего бы мне вас жалеть, Абигаль? — спросил он, не сводя с меня глаз.
— Ну как же. Вдова с двумя детьми в бедственном положении, — подсказала я правильный ответ.
Но генерал лишь рассмеялся.
— Нет. Я слишком циничен и многое видел, чтобы испытывать такие чувства к людям. Тем более вы прибывали не в таком уж бедственном положении. Детей бы забрал опекун, а вы бы беззаботно полетели по своей жизни дальше. И, уверен, быстро бы вышли замуж повторно. — Я слушала неприятные слова, боясь сделать вдох, но следующая фраза генерала чуть не отправила меня в нокаут. — Вернее не вы, а Абигаль. Меня влечёт к вам интерес, потому что вы не вдова Иниго, а кто-то совершенно другой, пришедший в наш мир по воле Строгого Родителя и великой ушедшей пряхи Консуэло Лианор. Я слишком любопытен для того, чтобы просто отдать вас в монастырь. Мне интересны ваши знания и личность.
Мне захотелось подбежать к окну и распахнуть его настежь, потому что дышать стало совершенно нечем! Впервые в жизни захотелось упасть в обморок, чтобы ничего не отвечать. Я просто не имела ни малейшего понятия, что делать. Паническая атака уже стучала в виски. Моя жизнь висит на волоске! Не в силах побороть удушье, оставаясь на месте, я вскочила с дивана и всё же подбежала к окну, чтобы его открыть.
  
Глава 7
 
— Что вы такое говорите, генерал⁈ — возмущённо воскликнула, глотнув воздуха и развернувшись к Доминге лицом. Голос звенел и немного дрожал. — Разбрасываетесь такими ужасными обвинениями без всяких доказательств! Людям свойственно меняться, особенно под давлением жизненных обстоятельств. Смерть мужа, болезнь, угроза лишиться детей — всё это заставило меня переосмыслить прошлую жизнь и попытаться стать лучше!
Я вкладывала в слова настоящие чувства, потому что тоже хотела бы прожить новую жизнь с учётом прошлых ошибок. Они, наверное, есть у всех. Например, когда страна развалилась на части, и мы лишились стабильности, я кинулась искать возможность заработать и мужу с дочерью уделяла мало времени. В итоге хоть и спустя годы, но вслед за страной распалась и моя семья. Что бы меня ждало, если бы я осталась там, на Земле, в своём теле? Одинокая старость, в которой мне и воды некому было бы подать? Я, конечно, гнала от себя эти мысли, но ведь сути это не меняло. В этой жизни я хотела поставить на первое место семью, и лишь на второе бизнес.
Наверное, слова мои прозвучали достаточно искренне, потому что генерал тоже поднялся с дивана и сказал:
— Простите, Абигаль. Я не хотел вас пугать и расстраивать. Оставим эту тему и вернёмся в мой дом. Пора обедать.
Как ни в чем не бывало он подошёл ко мне и подставил локоть. А я, быстренько прикинув перспективы, тоже решила конфликт не раздувать. Больше того, я даже решила ничего не говорить о предположениях генерала Грес — её удар хватит. И запретила себе загоняться вопросом: поверил мне Доминга или остался при своём мнении? Знание ответа ничего мне не даст, кроме расшатанных нервов и бессонных ночей.