Помощница с того света (СИ)

  
Помощница с того света
   
Глава 1
 
Что это за вспышка? В кромешной темноте, что окружала меня словно целую вечность, вдруг появилось пятно света. Оно все увеличивалось и увеличивалось в размерах и вскоре затанцевало совсем рядом.  Сверкающие блики вытянулись и засияли ярче, и я наконец поняла, что они напоминают — пляшущее пламя свечи. 
И эта свеча определенно приближалась. 
Пока я пыталась сообразить, что это значит, мое несуществующее тело потащило прямиком к огню. Я глупо забарахталась, пытаясь замедлиться, но меня несло все быстрее. На мгновение передо мной возникла чужая тень, но исчезла быстрее, чем я сумела ее рассмотреть. Я же вляпалась в пятно света, словно муха в янтарь, а потом просочилась сквозь него. 
Короткая вспышка боли, и меня выплюнуло наружу. Я закачалась в воздухе, медленно осознавая, что бесконечное заточение в темнице вне времени и пространства наконец закончено. Мой дух призвали! 
Резкий свет не слепил глаза, но по старой человеческой привычке я зажмурилась. Вокруг наверняка витали запахи, но как я ни пыталась, мне удалось различить только запах табака. В носу тут же засвербело, и я едва не расчихалась. Прежде я не переносила запах табака — оказывается, эта особенность осталась со мной даже после всего, что произошло. 
— Приветствую тебя, дух номер семьдесят тысяч триста сорок четыре, — произнес низкий бархатистый мужской голос где-то неподалеку. — Ты призвана на службу, которая станет искуплением твоих грехов перед Заступницей и всей Раханной. 
Чего?! Я поспешно распахнула глаза и увидела перед собой высокого мужчину, держащего в руках магический, искрящийся серебром свиток. На вид мужчине было около тридцати. Его темные влажные волосы доставали до плеч, на подбородке темнела трехдневная щетина, а вокруг ярких серых глаз залегли круги. Он был одет в черную рубашку с закатанными до локтей рукавами и такие же черные брюки, на ногах — явно поношенные ботинки. 
Мой взгляд заметался вокруг: мы находились в небольшом помещении. На полу была начертана пентаграмма призыва — все как полагается, со свечами и элементами всех пяти стихий. Зато вся остальная комната буквально утопала в хламе! Я мельком отметила три кресла с давно прогнившей обивкой, пять колченогих стульев, два свернутых в рулон истлевших ковра и бесчисленное множество коробок и корзин, сложенных друг на друга. Такое ощущение, словно мужчина просто сгреб все вещи в сторону, чтобы освободить место для пентаграммы. 
— Ты слышишь, дух? — повторил мужчина, не сводя с меня напряженного взгляда. Он стоял прямо перед факелом, его лицо заливал свет, не давая возможности хорошенько его рассмотреть. 
— Слышу, — прохрипела я. 
Мой голос скрипел словно несмазанная амбарная дверь. Еще бы, неизвестно когда я разговаривала в последний раз! 
Только сейчас я догадалась посмотреть на себя, насколько это возможно. Что ж, вне всяких сомнений я была духом. Во-первых, я зависла в воздухе в ярде от пола. Для верности пошевелила ногами, обутыми в лодочки на каблуке, и меня тут же повело в сторону. Над полетами придется поработать. 
Во-вторых, моя кожа выглядела бледной, практически полупрозрачной. Я ущипнула себя за локоть, но это не заставило кожу порозоветь. Напротив, она поглощала даже отблески пламени чадящих факелов на стенах. 
На мне была надета узкая юбка длиной до лодыжек и блузка с кружевным воротничком. Вся одежда казалась выцветшей под стать облику. Всего остального я разглядеть не могла. Призвавший меня мужчина почему-то не догадался предложить девушке зеркало. 
Заметив, что я закончила осматриваться, мужчина снова заговорил: 
— По распоряжению суда ты приписана к моему детективному агентству и будешь нести службу, пока не выйдет срок твоего наказания. Служба распределения сочла, что ты сгодишься для этой работы, хотя я ожидал кого-то… хм… более внушительного. — В его тоне отчетливо послышалась досада. — В крайнем случае возьмешь на себя все нужды агентства и жалобы горожан. 
 
Я покопалась в памяти, но в ней зияло слишком много провалов. Я действительно была осуждена на развоплощение тела. Король считал, что преступники должны приносить пользу, а не гнить в тюрьме. А если лишить их тела, то они никому не навредят. 
Но почему? Что я такого сделала? Только самые страшные преступления караются развоплощением. По спине пробежала дрожь — в ушах зазвенели слова судьи, равнодушно зачитывающего приговор. Кожа запястий заныла, словно заново ощутив обжигающую поверхность ларакнитовых наручников. Но как я не силилась, больше ничего выудить не удалось. Сколько времени я провела в забытьи, пока мне не подвернулась подходящая работа? 
От висящей в воздухе пыли хотелось чихать, так что пришлось напомнить себе, что это не обязательно. Мне и воздух-то не требуется. Я потрясла головой и прижала ладони к гудящим вискам — еще одна человеческая привычка. 
— Погоди, — медленно произнесла я. — Хочешь сказать, что я буду работать в детективном агентстве? С каких это пор осужденных духов приписывают ко всем подряд? Это ведь частное дело, а не государственная служба. 
— С тех пор, как банки научились впридачу к ссуде давать работников, — отчеканил уязвленный моими словами мужчина. — Но если тебя это утешит, я заключил контракт с короной. Часть раскрытых мной преступлений в этом районе Стокахма будет оплачена короной. Здесь слишком мало полицейских участков, так что корона поощряет открытие новых агентств и даже дает ссуду. 
— В каком таком районе? — насторожилась я.
— В Дымках. Это свободный для всех рас район. 
Мои брови взлетели вверх, а из горла почти вырвался стон. Иными словами, в трущобах. Если, конечно, за то время, что я отсутствовала, высокородные человеческие лорды не научились жить рядом с троллями, вампирами, оборотнями и еще десятком куда менее приятных рас. 
В чем я сильно сомневаюсь. 
— Меня зовут Адам Блейк, — наконец представился мужчина и деловито продолжил: — Ты можешь называть меня мистер Блейк. Рабочий день начинается в девять утра. Я дал объявление об открытии агентства во все газеты Стокахма, так что утром наверняка нагрянут клиенты. Сон тебе не требуется, но до утра ты свободна. Завтра жду тебя внизу ровно в девять часов. Да, эту комнату можешь считать своей и устроить по своему желанию. 
Договорив, Адам свернул потухший свиток и вышел из комнаты. 
Он что, всерьез рассчитывает, что я буду покорно сидеть здесь и являться только на его зов? Магическая сила прикрепила меня к вакансии, и чтобы выполнять работу на отлично, я наверняка смогу перемещаться по всему зданию. 
Дождавшись, пока мой не особенно вежливый начальник выйдет в коридор, я вылетела из пентаграммы. Несколько секунд ушло на то, чтобы сообразить, как именно нужно передвигаться. Все оказалось до банального просто — я управляла своим телом при помощи силы мысли и инерции. 
В коридоре раздались шаги Адама, и я, последовав на звук, пролетела прямо сквозь стену. Можно было воспользоваться дверью, но ведь это не так весело? Появившись прямо перед Адамом, я громко крикнула: «Бу!». Однако он не шарахнулся в сторону, как я рассчитывала, а всего лишь поморщился. Что ж, подобными штучками его не проймешь. 
Адам со вздохом обогнул меня и спустился по лестнице на первый этаж. Я полетела следом за ним, но мое внимание вдруг привлекло окно в холле. Оно выходило на застроенную двухэтажными домами улицу, но детали в опустившихся сумерках было не рассмотреть. Город явно экономил на фонарях. 
— Сколько в твоем агентстве сотрудников? — спросила я, догнав Адама. — Мне нужна компания, раз уж я буду торчать тут целыми днями. 
— Двое, — ответил он и нехотя добавил: — Вместе с тобой и со мной. Я только-только начал дело. 
Адам зашел в узкую кухоньку с покрытой копотью печью в углу. Деревянный стол был усыпан крошками, а в коробке лежал наполовину съеденный куриный пирог. Я принюхалась, но снова ничего не почувствовала. Зато о семье можно не спрашивать — передо мной определенно ужин холостяка.