Роман одинокого человека (СИ)
Вот тут то я опять пожалел, в который раз, что оставил свой снайперский арбалет дома! Да чтоб меня… Ничего. Старая тактика, сработает как всегда. Ноющий Нил развлекает. Я уворачиваюсь и не даю врагам сфокусировано осадить Нила.
Драгоценных медиков послал отступить. Пускай даже по своим попадут, ничего, доспехи выдержат, враг побольнее ударит, только на них вся надежда.
Мы с Нилом боремся как можем. Эти дебилы в латах с дурной маской на лице кричат что-то, мол им не больно, что если бы были людьми, то умерли и прочую глупость, делая вид, что они скелеты. Преданные лживым идеалам, иллюзиям. Что пообещал им их пророк? Вечная жизнь как у скелета? А что бы животик не болел от голода он бы лучше им настойку из топлива и горсти шарниров прописал. Хоть бы вовсе воевать не пришлось.
Я потерял сознание.
Лежу где-то на свалке. Меня, похоже, подловили и вырубили. Кожа жутко зудит, уже открытые раны, не знаю сколько я пролежал, но дождь меня хорошо покусал. Прекрасно то, что сейчас он не идёт, а то может бы умер не очнувшись! Защиту стащили, повезло что не превратился в кровавую жижу. Мой живот это нечто. Боль ужасная. За спиной поясок с аптечкой не тронули, меня так выкинули, как мусор, даже не обобрав до конца? Рядом шек. Кое как дотянулся до груди тела. Женщина, не пойму дышит или нет, но сердце стучит. Моя голова трещит, помотал немного, как пустой огромный котелок, шея хоть не ноет. Огляделся и обрадовался — вроде все здесь валяемся. Надеюсь, что не мёртвые. Выбросили нас как мусор и оставили умирать, да только мы не такие, хрен вам! И кто-то бережёт нас, если кислотный дождь не расплавил.
Услышал голоса.
— Старейшина!
— Старейшина.
— Старейшина-а-а.
— Сегодня в очередной раз мы узрели свою силу! Скелеты сильнее людской плоти. Вы — скелеты и вы это знаете!
— Мы знаем!
— Мы — скелеты!
— Подзарядитесь в своих домах и несите правду о себе всякому пришедшему!
Чтоб их. Фанатиков. И чего им не было мира с краболюбами? Ах, да… Те наверняка турнир затеяли с ними, да получили похлеще, чем от меня, без права на ошибку.
— Ох.. — Очнулся кто-то из шеков.
— Тихо, лежи не двигайся.
Я стал осматривать всех. Доспехи на ура держат удар даже от таких опытных и закалённых бойцов, как эти “скелеты”. Они не так просты, как разбойники. Моя оплошность… Ушибы, ушибы, ушибы. Да уж, все живы, в основном, оглушённые, а не истерзанные порезами, а то с кислотным дождём истекли бы кровью заживо. Ушибы хорошо, меньше крови. Но плохо, что возможны серьёзные скрытые повреждения, которые лёжа в помойке на глаз не определить, а снимать доспехи опасно — враг рядом.
Потихоньку стал будить как мог, да организовывать людей на окраине собираться. Скрытно сбежать не составило труда, опять дождь начался. Соорудили тент над головой от этой бестии. Не знаю я никаких хороших доспехов от того и этого! От меча и кислотного дождя… Хотя. Точно… крабовый доспех. Вот почему они такие бодрые бродят по этим землям! Как же поздно ты сообразил! Как я мог? Это, конечно, пафосно — самурайский доспех самураям, вставшим на путь самурая, но идеалы умирают с идеалистами. Надо не забывать такую простую истину, как эффективность дороже пафоса. Ладно-ладно. Простая отговорка: самурайские доспехи я сотнями изготавливал, а крабовые ни разу, по этому я ещё не разобрался как. Всё. Что случилось, то случилось. Падать духом и себя корить за содеянное будешь дома, лёжа в тёплой постельке.
Нас оказалось на одного меньше. Я не смог сразу поверить, но так и было! Одного медика не хватает, а дождь не прекращается. Попросил защитный костюм у… Джимбад, вроде. Тот медик с хорошими познания. И отправился на поиски потерявшегося.
Я блуждал под кислотным дождём на помойке, скрытно, всматриваясь и не издавая писка. Нет нигде. Ни живого, ни мёртвого. Уже даже ночь наступила и я пошёл искать среди домов. Я долго бродил, сколько было сил. Увидел этого Старейшину, идущего в одиночестве и убил. Скелет, что учит людей быть себе подобным, как человек, что учил скелетов быть ему подобным, но настиг вас обоих синоби, что скрывается в ночи. Пусть его найдут лицом в грязи. Пусть увидят насколько скелеты бессмертны. Я потерял одного шека, вы потеряли одного скелета. Погрустили с минуту. Очень жаль, что даже тело не найти, как-то не по себе.
В итоге: отступить и скрытно уйти нам не удалось. Появились те, кто вернулся с похода и заметили нашу маленькую стоянку в стороне за холмом. Их мы встретили с ожесточением. Это была невероятная битва, когда враг, называющий себя скелетом страдал от кислотного дождя, пока ты укрывшись под тентом организовал неприступную крепость, не давая ослабевшим сбежать, делая подсечки за счёт длины глефы. Враг, вступивший в бой, с большим желанием и трудом хотел из него выбраться, но не мог. Всех, кто пытался убежать добивали стрелки. Эти уставшие псевдо скелеты уже не вернутся домой. На их крики всё же отозвались те, что сидели по домам, но боялись выйти. Так мы и стояли кучно под тентом, уберегая себя от дождя и глядя в окна домов, где стоят враги и смотрели как их товарищи умирали.
— Трусы. Жалкие, ничтожные трусы испугались намочить свою "скелетную" плоть и отдали врагу жизнь товарищей. — Как же я их ненавидел. Этих… Людей.
Когда дождь закончился. Я молча, медленно и неуклонно пошёл в сторону железных домов, чтобы истребить всех их. Всё что я слышал, это гомон за домами и как они готовятся атаковать. Они звали старейшину. Просили помочь в трудную минуту. Они нашли его. Они кричали. Они увидели нас.
***
— У нас избыток риса. Шеки налегают на овощи. — К моей кровати подошёл Фермер. Два дня лежу, многие лежат.
— Твоя рисовая каша, конечно, вкусная, но согласен с шеками. Рис вкуснее с овощами, когда их больше, чем риса.
— Ты же знаешь как готовить сакэ. Давай его варить. — Допытывал меня Фермер.
— И кому мы его будет продавать?
— Крабовым или к болотникам сходить. Они там гашиш жуют, вот пускай запивают.
— ХА!АХАХ! — Я разразился таким хохотом, чуть сознание не потерял. — Не смеши, грудь болит и живот развяжется. К тому же не уедет отсюда сакэ. Я люблю, да шеки будут не прочь. Будь у нас сакэ все бы лечились только им, а приди сейчас враг? Я, конечно, не побегу сражаться, но встать с кровати смогу. А так с бутылкой у рта свалился бы с кровати. Не знаю, краба кашкой корми.
— Он рыбу любит и овощи больше чем рис.
— Ооо. — Я закатил глаза. — Ну так сделал бы рис лепёшкой в виде рыбы и глазики бы нарисовал. — Он молча встал и направился к выходу. — Эй! Не делай этого! Крабы милые и не достойны обмана.
Ушёл. Ай да ну, не знаю чего с рисом делать. Ну так-то разбавить бы рацион не мешало. Есть у меня идея, не простая. Мы находимся не просто где-то, а недалеко от места где была разрушена пятая экспедиция Техохотников. Здесь в округе, как они мне рассказали, есть много башен. Непростых. В одну такую я проник как-то с Нилом, думал, выпрыгнут пауки или ещё чего. Оказалось, что это башня снабжения старой империи и их тут рядом несколько. Смотровые, складские башни. Помимо всяких стройматериалов, пластин и прочих инструментов, там было много вполне съедобным пайков. Они очень питательные. Я такой паёк весь день ел. И на вкус… после рабской баланды и постоянных рисовых объеданий я уже не помню что-либо вкуснее.
Не сегодня, так завтра поднимемся с кровати и займёмся сбором таких вкусных вкусностей! Не зря говорят, что мы есть то, что едим. Раньше я ел хлеб, жареное мясо, шаверму и был упитанным исследователем пустошей, заядлым кузнецом, что месяцами из кузни не выходил и об убийствах не думал. А сейчас на рисе с овощами только о крови мечтаю, чтобы реки её текли, всех моих врагов.
11. Через страх
Сначала я брал с собой небольшие группы. Один медик и три бойца, плюс я. Мы прочёсывали земли вокруг. Видели поселение-город, спрятанное в горах на возвышенности. Нашли около трёх башен старой империи, где собрали всё что могли и те самые вкусненькие и не протухшие пайки. Ничего интересного. Наконец-то, собрав всех вместе, мы выдвинулись. С Нилом. Куда без его боевых качеств, нытик проклятый, всех раздражающий и отвлекающий врага лучше любого забияки. Нравится он мне!