Сильнейшее падение (ЛП)

— Входи и усаживай свою задницу.
Я сделал, как он просил.
— Хватит нести чушь. Судя по тому, что я вижу на поле, ты далеко не в порядке, не говоря о том, что ты сам на себя не похож. Я дал тебе неделю и ничего не изменилось. У тебя не осталось времени. Теперь ты сделаешь то, что я тебе скажу, и перестанешь вести себя так, будто ее киска была последней на земле. Посмотри вокруг ради Бога — есть много замен, ожидающих в стороне, если это то, что тебе нужно.
Мои руки сжались в кулаки, когда я вскочил со своего места.
— Вы думаете, это из-за нее? Думаете, поэтому мне трудно сосредоточиться? Она не влияет на мою игру. Меня это не волнует, но как вы можете ожидать, что я отдам все свои силы игре, когда не доверяю своим товарищам по команде? Они должны прикрывать меня, как на поле, так и вне его. Как вы…
Тренер встал со стула, заставив меня замолчать одним простым, но смертоносным взглядом, и встал передо мной.
— Хорошо, Дилан, давай сыграем по-твоему. Скажи мне, что ты от меня хочешь. Я уже поговорил со всей командой. Ты был там, и знаешь, что я этого не одобряю. Я говорю вам, парни, все время, что если вы хотите попасть в высшую лигу, то не можете позволить себе отвлекаться. Ты ввязался в драку с Кайлом прямо посреди тренажерного зала и ударил его по лицу снова, и я оставил это без последствий. Не хочу, чтобы мои парни дрались на всеобщее обозрение. Что еще ты хочешь, чтобы я сделал? Хочешь, чтобы я исключил их из команды только потому, что они спали с твоей девушкой?
Я пытался скрыть свой вздох, но это было бесполезно. Устав от всего, я откинулся на спинку стула и положил предплечья на колени. В конце концов, несмотря на то, что его слова ударили по больной точке, он был прав, я больше ничего не мог сделать. Ни Кайлу, ни Максвеллу, казалось, не было тяжело на поле. Да, они избегали меня, но не казалось, что это повлияло на их игру. Может, это я был недостаточно открытым. В любом случае, ни один из них, включая Викторию, не стоил того, чтобы отказаться от конечной игры. Я хотел услышать свое имя в день драфта. Мне казалось, что я работал над этой целью всю свою жизнь. Ночью, в постели, после долгого дня тренировок, практик и встреч на занятиях, когда я закрывал глаза, то видел это, чувствовал это своими костями. Я знал, что достаточно хорош, знал, что если попаду в высшую лигу, то буду работать еще усерднее. Я вкладывал время, пот, работу. Пришло время двигаться дальше. Я слышал, как тренер вздохнул и сосредоточился на нем.
— Ты агрессивен на поле, слишком много работаешь сам с собой, и вы не синхронизированы с Крисом как обычно. Ты даже не захочешь знать, сколько неполных проходов я насчитал сегодня. Ты полный беспорядок, Дилан. Ты знаешь это, я знаю это, вся команда знает это. Как думаешь, ты можешь позволить себе быть безрассудным в этом сезоне? Ты играешь со своим будущим, парень, и ради чего? Девушки, которую даже не вспомнишь через месяц, а тем более через год?
С каждым его словом, я чувствовал, как мои плечи напрягаются все больше и больше. Футбол был моей жизнью. Я был чертовски хорошим игроком, лучшим принимающим. Я упорно трудился, чтобы заслужить это.
— Ты думаешь, что это очень весело играть с НФЛ? Думаешь, им не насрать, что ты устраиваешь истерику по поводу своих товарищей по команде? НФЛ — это совершенно новый уровень. Если ты не сможешь уладить свои разногласия с несколькими своими товарищами по команде, забыть о своих проблемах и играть в команде на этом поле в колледже, то должен забыть о НФЛ. Ты хорош. Мы оба знаем, что ты доберешься туда, но не у всех есть то, что нужно, чтобы остаться на вершине. Не имеет значения, за кого ты играешь, если лишь сидишь на скамейке запасных, потому что по какой-то причине не можешь ладить со своими товарищами по команде. Если ты не на том поле, отдавая все, что у тебя есть…
— Сэр, со всем должным…
— Заткнись, Дилан. Заткнись и послушай меня. Все. Это твой последний год. Ты понимаешь, что это значит? Ты либо выживешь, либо нет. За тобой следят. Ты знаешь, что это не только СМИ. К тебе присматривались со второго курса, и не забывай, что это ты решил закончить колледж, прежде чем перейти в Лигу больших мальчиков. Сезон начинается на следующей неделе. У тебя есть шанс, но ты знаешь, что каждая игра важна. Не облажайся, не ради такой глупости, как эта.
 
— Сэр, я не собираюсь ничего испортить. Я работаю над этим. Обещаю, что в следующий раз, когда увидите меня на поле…
Он выпрямился и вернулся на свое место за столом.
— В следующий раз, когда увижу тебя на поле, тебе лучше взять себя в руки. Если ты этого не сделаешь, то полагаю, что тебе не терпится попасть на скамейку запасных.
Вытащив маленький ключ из заднего кармана джинсов, он отпер верхний ящик, достал еще один ключ и бросил его мне. Я поймал его, прежде чем тот смог попасть мне в лицо.
— Я знаю, что ты подрабатываешь неполный рабочий день то здесь, то там, пока можешь найти время, особенно в межсезонье. Предполагаю, что ты отправляешь все, что осталось, своей семье, и будешь делать то же самое и в этом году? — Я крепче сжал ключ в руке, почувствовав, как его края впиваются в мою кожу, и молча кивнул, прежде чем тренер продолжил: — Тогда ты не можешь позволить себе свое собственное жилье. Слишком поздно подавать заявку на общежитие в кампусе, и я не могу позволить одному из моих лучших игроков спать на полу в одном из домов его товарищей по команде. — Откинувшись на спинку стула, он долго смотрел на меня. — У меня есть квартира недалеко от кампуса. Сейчас она пуста. Ты останешься там. Мне нужно, чтобы ты вернулся в игру. Ты нужен нам в этом сезоне.
А мне нужен был футбол в моей жизни. Я бы не справился, если бы он решил, что отстранить меня было бы лучшей идеей.
— Я соберусь для игры.
— Это то, что я хотел услышать. Мы закончили. А теперь вставай и убирайся из моего кабинета. Я пришлю тебе адрес к концу дня.
Открыв ладонь, я посмотрел на ключ. Я не искал бесплатную подачку, черт возьми, и ненавидел тот факт, что даже рассматриваю ее, но у меня не было вариантов, так как все, кого я знал, получили свое жилье месяцы назад. Я все еще могу спать у друга или однокурсника, но я не уверен, что это не повлияет на мою игру или занятия. Мне нужен был свободный от вечеринок, свободный от девушек последний год в колледже, если я собирался воплотить в жизнь свои мечты и мечты моей семьи. Решение принято, и я встал, чтобы уйти.
— Спасибо, тренер, — пробормотал я достаточно громко, чтобы он меня услышал.
— Дилан.
Положив руку на дверную ручку, я остановился и посмотрел на него через плечо.
— Я не хочу, чтобы Крис знал об этой квартире или о моем участии в ее получении. Иногда, когда слишком поздно возвращаться, я остаюсь там, а его мама не знает о квартире. Я хочу, чтобы так и осталось. Ты понимаешь меня? Я буду оставаться там время от времени, поэтому убедись, что я не увижу никого из твоих товарищей по команде. Я уже насмотрелся на ваши рожи на всю жизнь.
Таким образом, в том, что в последний год обучения мой тренер будет моим соседом по комнате, нет ничего страшного. По правде говоря, чем дольше я думал об этом, когда выходил из здания, чтобы отправиться на занятия в два тридцать, тем больше мне нравилась эта идея. Это будет еще одна причина сосредоточиться на том, что важно, и держаться подальше от всего остального.
  
Глава 4
 
Зои
Так как я была достаточно глупа, чтобы оставить полотенце в своей комнате, мне нужно было выйти из ванной без ничего, кроме разряженного телефона, сжатого в моей руке, и именно тогда я услышала громкий скрип открывающейся двери апартаментов. Это застало меня врасплох, и я замерла на полпути. Я предположила, что это мог быть Марк, поэтому лелеяла эту идею примерно секунду или две, но опять же, этого не могло быть. Если только я волшебным образом не пропустила несколько дней, пока была в душе, напевая во все горло, то сегодня был понедельник, а это означало, что сегодня не четверг, обычная ночь, когда он приходил или звонил. Плюс, он понятия не имел, что я все еще живу здесь, а не в другой квартире с Кайлой. При этом насколько я знаю, только у нас с Марком были ключи от этой квартиры. Так что это не мог быть кто-то другой. Не то, чтобы он ходил и раздавал ключи от квартиры, которую снимал для меня. В конце концов, я была его грязной тайной.