Сильнейшее падение (ЛП)

Мы услышали, как кто-то выкрикнул его имя, и Тревор глянул через плечо.
— Черт. Ладно, мне нужно возвращаться. — Схватив тяжелую камеру из моей руки, он поднял ее в воздух, как будто хотел сделать селфи. — Давай, я хочу сфотографировать нас вместе. У меня лицо красивее, и тебе нужно что-то лучше, чем те бабуины.
— Она выключена, идиот, — засмеялась я, когда он не смог понять, как это работает.
Я включила камеру и позволила ему потянуть меня к своему боку, чтобы сфотографировать нас вместе. Когда мы снова услышали его имя, Тревор вернул мне камеру.
— Вот, возьми. Отправь мне на почту и фото и твой номер. У меня нет твоего номера, так что лучше отправь его мне. — Идя спиной вперед, он продолжал говорить: — Не забудь, Зои. А еще лучше, я пришлю тебе свой номер, и ты сможешь написать мне.
— Хорошо! — закричала я в ответ, улыбаясь.
Когда он был достаточно близко к своим тренерам, один из них дал ему подзатыльник, и его улыбка стала шире.
— Хорошо! — закричал он в последний раз, а потом скрылся из виду.
Наша команда побеждала, вернее, команда Дилана. Я не знала точно, когда в моем сознании она стала нашей командой, но я была захвачена динамикой игры и магией нахождения на стадионе. Конечно, возможно, я не понимала, что происходило большую часть времени, но была рядом, когда все приветствовали, кричали или ругались. Даже близость с Марком не смогла убить мое волнение.
И Дилан... он был зверем. То, как он бежал с мячом, его скорость, как он пригибался, уворачивался, подкатывал, выкручивался и все остальное, что он делал — я была заворожена, просто наблюдая за ним.
Странно говорить это вслух, но было ощущение, что он мой. Я знала, как он выглядел по утрам, знала почти каждую мышцу в верхней части его тела. Я не прикасалась к ним и все такое, но они выжжены у меня в мозгу. Я знала, что он любит есть в пицце, что было очень важно. Дополнительный сыр, пепперони и черные оливки были его визитной карточкой, и он не смотрел на меня, как на инопланетянина, потому что мне нравились ананасы в моей пицце.
Я знала его улыбки. У него их было несколько, каждая из которых была смертоноснее, чем любая другая улыбка, которую можно себе представить. Я знала, что когда Дилан проводил ладонью по своим коротким волосам, то он был напряжен, взволнован. Знала, что он любит держать меня за руку; не знала, почему, но знала, что ему это нравится. Если он крутил шею, и эта мышца в его челюсти тикала, значит, парень злился и не мог держать себя под контролем. Я знала, что он забавлялся, когда заставлял меня краснеть только от того, как он смотрел на меня, и это обычно вызывало его забавную улыбку, которая всегда заставляла мое сердце биться сильнее. Я знала, что он был самым трудолюбивым парнем, которого я когда-либо видела. Знала, что он единственный в своем роде, и с каждым днем осознавала, что хочу, чтобы он был моим, не моим другом, а моим, просто моим. Зная все это о нем, я до смерти перепугалась.
Когда третья четверть игры подходила к концу, и табло показало 31-42, кто-то еще вышел из туннеля и присоединился к своим товарищам по команде в стороне.
Джей Пи Эдвардс.
Мой взгляд остановился на костылях под его руками, и улыбка, которая застыла на моем лице, внезапно почувствовалась неуместно.
Рефери дунул в свисток, чтобы закончить четверть, и команда столпилась возле своих тренеров. После ударов шлемами, похлопываний по спине, и того, что я приняла за ободряющие слова, они пошли в сторону Джей Пи. Я наблюдала за Диланом все это время.
Запыхавшись, он остановился перед другом и снял шлем, плечи напряжены, черная краска под глазами размазалась. Балансируя на одной ноге, Джей Пи потер затылок и покачал головой. Моя камера уже была в моих руках, поэтому, не задумываясь, я подняла ее и сделала быстрый снимок, не зная, на что я смотрела, но желая запечатлеть этот момент. Я видела, как шевелятся их губы, но понятия не имела, о чем они говорят. Дилан положил руку на плечо Джей Пи, и тот снова покачал головой. Рука Дилана обвилась вокруг его шеи, и он упал лбом на шею своего друга.
 
Щелк.
Я увеличила масштаб и сделала еще один снимок, понимая, что у обоих глаза закрыты.
Рука Джей Пи потянулась к шее Дилана.
Щелк.
Крис присоединился к их маленькому сборищу и опустил шлем на землю рядом с ними.
Щелк.
Щелк.
Я опустила камеру и отвернулась. Я уже вторглась в их момент больше, чем должна была, но делала эти снимки не для задания. Они были моими. Если честно, с самого начала игры я сделала много снимков, которые были только для меня.
— Я собираюсь взять что-нибудь выпить. Девочки, вам что-нибудь нужно? — спросил нас Кэш. Мириам была занята, переписываясь по телефону, но она подняла глаза и покачала головой.
— Воду было бы отлично, — сказал я, и он двинулся к команде, поговорив с несколькими игроками, прежде чем отправиться дальше.
Когда он вернулся, я не могла удержаться от вопроса:
— Знаешь, что там происходит? — Взяв бутылку с водой у Кэша, я дернула подбородком к Джей Пи, где, по крайней мере, десять или пятнадцать его товарищей по команде окружали его в полукруге.
— Да. Плохие новости для Джей Пи и команды. Видимо, он закончил сезон. Ему понадобится операция из-за травмы ноги, и его карьера, вероятно, закончится, если он не сможет полностью восстановиться. Очень плохо. Он был чертовски хорошим игроком.
— Так просто? — спросила я. — Одна травма и он выбывает?
— Да. Вот так это происходит в спорте. Никогда не знаешь, когда будешь вынужден уйти.
— Я не видела его ни в отеле, ни в самолете, — успела сказать я сквозь комок, застрявший у меня в горле. Я вспомнила тоску и гнев на лице Дилана в тот день, когда увидела, что он сидит один в темноте. Парень был опустошен.
— Он хотел сам сказать своим товарищам по команде и присоединится к ним в последней игре перед всем этим, поэтому прилетел сегодня.
Ребята побежали к пятидесятиярдовой линии, и началась последняя четверть игры. В мгновение ока игра стала жестче. Я видела защитников соперника, но после последней четверти, после новостей от его друга... если раньше Дилан был зверем, то теперь он быстро превратился в Халка. Я вздрогнула, и у меня перехватило дыхание от всего происходящего, особенно когда кто-то схватил Дилана сразу после того, как тот практически взлетел в воздух и поймал мяч. Конечно, это было жестоко, но Дилан всегда возвращался с мячом в руках, и я справилась с этим довольно быстро. Тревор не ступал на поле в первой половине игры, но он был там во второй. И когда Дилан повалил Тревора на землю в начале последней четверти, после того как Крис бросил мяч, а Тревор поймал его — по крайней мере, так сказала мне Мириам — я волновалась, что он сломает моего друга детства пополам. Тревор, в конце концов, поднялся, но это заняло некоторое время.
Остальная часть игры пошла по тому же сценарию: блокировка, передача, свисток, радость, снова блокировка. Игра даже не закончилась, а у меня уже было растяжение мышц спины от всего напряжения.
Когда остались считанные секунды, Крис сделал несколько шагов назад, а затем бросил мяч в идеальной арке прямо к Дилану к сорокапятиярдовой линии, и я встала на ноги прямо рядом с Мириам и Кэш. Казалось, что каждый игрок на поле бежит к этому проклятому мячу. Втягивая воздух и задержав дыхание, я схватилась руками за голову, наблюдая, как Дилан плечом ударяет другого игрока и в высоком прыжке выхватывает мяч прямо из воздуха кончиками пальцев. Прежде чем я смогла обработать идеальный улов, Дилан сунул мяч под руку и побежал к линии ворот, как дорожный бегун из мультфильма8.
Игрок догнал его сзади и бросился к спине Дилана, но, как будто у парня были глаза на затылке, Дилан свернул вправо и увернулся на дюймы. Я прыгала вверх-вниз, как легкомысленная школьница.