Улей. Книга 3 (СИ)
Легкость и игривость улетучиваются, остается только врожденная насторожённость. Даже здесь я круглосуточно ношу линзы и подкрашиваю волосы, как только появляются светлые корни. Ася не может знать того, что только что озвучила.
— Я могу сказать, что видела тебя во сне еще до того, как ты появилась, — повернув голову, Ассель пристально смотрит мне в глаза. — Но ты же не поверишь.
— Почему ты так говоришь? — напряжено спрашиваю я, ощущая, как согревающее тепло сменяется парализующим онемением в конечностях.
— Потому что ты солгала и не веришь ни в наших духов, ни в вещие сны, — на ее лице появляется незнакомое отчужденное выражение, губы сжимаются в тонкую линию. — Ты привела Эрлен-Хана на наши священные земли.
— Кто это? — с трудом выговариваю я. Язык распухает во рту, дыхание замедляется, как перед сном. Не могу пошевелиться, мысли путаются. Что она со мной сделала?
— Владыка нижнего мира. Вы называете его Дьяволом. Но ты права, Диана, — холодная улыбка неестественно растягивает ее рот. — Я тоже не верю во весь этот бред, что несут религиозные фанатики. Шаман — не мой отец, но он знает тех, кто послал меня за тобой.
— Что ты… — остальное договорить не выходит. Потеряв контроль над своим телом, я падаю на спину и изумленно смотрю в склонившееся надо мной лицо.
— Ты же помнишь, кто такие охотники Улья? — сквозь нарастающий шум я слышу удаляющийся шепот.
Внутри расползается леденящий холод, веки тяжелеют. Я больше не вижу ни черного неба, ни мерцающих звезд, ни хищного оскала той, что казалась мне самым чистым и искренним человеком в этом продажном лживом мире. Но ее голос… он все еще здесь.
— Мы повсюду, Диана.
Этот день не должен был стать началом конца. Я даже не успела осознать, что именно произошло — настолько сокрушительными оказались изменения.
Первые мгновения после пробуждения меня ослепляет искусственный белый свет. Он льется ото всюду, пронизывая окружающее пространство; преломлённые лучи отражаются от матово-белых стен и концентрируются в центре замкнутого помещения. Раздраженная сетчатка глаз не позволяет рассмотреть детали, но это место мне… знакомо.
Нестандартной формы стены и потолок, мраморный пол с черно-белым орнаментом, напоминающим пчелиные соты и полное отсутствие мебели, окон и дверей — я все это уже видела раньше. Шесть лет назад.
Фантастический триллер, наблюдаемый в реальности набирает обороты.
Смахнув непроизвольно текущие слезы, я с трудом поднимаюсь на ноги и обхватываю дрожащие плечи. Холодный озноб бежит по позвоночнику, слабость разливается по телу. Не знала, сколько времени я провела в скрюченном состоянии на холодном полу, но, судя по колющим ощущениям в задеревеневших мышцах, как минимум несколько часов. Напрягаю зрение, пытаясь избавиться от белой пелены, вызванной бьющим в глаза ярким светом. Становится только хуже.
— Есть здесь кто-нибудь? — Набрав полные легкие воздуха, я оглушительно кричу, повторяя знакомый до боли сценарий, но собственный вопль едва не разрывает барабанные перепонки, ответив мне многократным эхом.
Сжавшись, я прислоняюсь к гладкой холодной стене, дав себе короткую передышку. Мне необходимо восстановить дыхание, морально собраться и включить логику. Нельзя впустую тратить силы и поддаваться панике — это в любом случае сыграет против меня. Глупо кричать и биться в истерике — утешать никто не прибежит. Бессмысленно гадать, где я и зачем. Ответы известны.
Я отрешенно смотрю перед собой, боясь хотя бы на долю секунды опустить ресницы. Какой бы устрашающей не была угроза, я должна ее встретить лицом к лицу.
Я не готовлюсь к сражению, не корчу из себя героиню боевика, а трезво смотрю на вещи. У меня нет вопроса: кому могла понадобиться Диана Дёмина — двадцатидевятилетняя бездельница, не обладающая ни огромными счетами в банке, ни сногсшибательной внешностью?
Я не вела обыденную, незаметную жизнь, а делала все, чтобы снова оказаться здесь. У меня достаточно врагов, конкурентов, и брошенных любовников, которые уж точно не стали бы мне мстить таким экстравагантным способом.
Я массирую виски, унимая зудящую боль, и пытаюсь воскресить в памяти последние минуты.
День начался привычно. Солнечное теплое утро, горячий кофе, конная прогулка по пестрящим золотом степям, легкий обед в самобытной вымирающей деревушке у гостеприимной старушки с красивым именем Зана, что по-бурятски означает «лотос», угощающей всех странствующих путников. Вечер тоже не предвещал ничего зловещего. Я любовалась закатом на уединённом мысе вблизи живописной бухты, пила горячий чай и прощалась с очередным уходящим днем. Не было никаких дурных предчувствий, душа пребывала в спокойствии и умиротворении. Затем появилась Ассель со своей «волшебной» травяной настойкой и туманными разговорами о духах древних предков.
«Сегодня онгоны сказали отцу, что ты ждешь, когда взойдет солнце.»
«Ты привела Эрлен-Хана на наши священные земли.»
«Вы называете его Дьяволом.»
«Я тоже не верю во весь этот бред, что несут религиозные фанатики. Шаман — не мой отец, но он знает тех, кто послал меня за тобой»
«Ты же помнишь, кто такие охотники Улья?»
«Мы повсюду, Диана.»
Я помню, как онемело мое обездвиженное тело, как закрылись отяжелевшие веки и… всё… дальше пустота.
В следующий раз я открыла глаза уже здесь. Без теплой парки, обуви, но, к счастью, в собственной одежде. Свободный блекло-серый свитер с высокой горловиной, черные джинсы и шерстяные носки. Не самый изысканный вид, но и не самый худший. Рассеянным движением приглаживаю растрепавшиеся темные волосы, достаю из раздраженных глаз ненавистные линзы. Здесь мой привычный маскарад не имеет никакого смысла.
Ассель… в голове не укладывается, как я могла в ней так ошибиться. Неужели настолько расслабилась, что потеряла бдительность? Как ей удалось найти ко мне подход и влезть в доверие, учитывая то, что за пять лет своих скитаний по миру я продолжительно общалась только с двумя людьми — с Максом и Сабриной?
Боже, теперь я не уверена, что и Саби — случайный человек. Возможно, она была «наблюдателем», раз Ассель оказалась «охотником». И слова безымянного покровителя про впечатливший его остров Ольхон тоже были произнесены с определённой целью. Люди Корпорации умеют вложить навязчивую идею в голову собеседника, а он этого даже не заметит.
Если проанализировать последние события, то создается стойкое ощущение, что меня медленно и планомерно вели прямо в раскрывшуюся ловушку.
Но зачем?
Я ни от кого не пряталась. Черт, да я из кожи вон лезла, чтобы снова угодить в чертов «Улей» и одновременно боялась этого момента до дикой оторопи. После разговора с «человеком без имени» перевес склонился к страху и желанию навсегда исчезнуть с радаров Корпорации.
И тем не менее найти меня не составило бы большого труда.
Тогда почему Ассель столько тянула?
Наблюдала за мной?
Присматривалась?
Ждала приказа?
Почему меня не забрали год назад?
Где я совершила очередную ошибку?
Сглатываю пересохшим горлом и, подняв голову, поочередно смотрю в глазки камер видеонаблюдения.
Вопросов слишком много, но главным является: кто отдал приказ?
Версии, пугающей вереницей крутятся в голове, поднимая шкалу напряжения до небес. Паники и парализующего ужаса, как ни странно, нет. Морально я готова к любым потрясениям. После всего, что мне удалось пережить, страх неизвестности ощущается не так остро. Как бы парадоксально это не звучало, я чувствую себя снова живой, пробудившейся от долгой спячки. В крови гуляет адреналин и нездоровый азарт. Безумие — мое новое имя.
Я вскакиваю на ноги, когда противоположная стена, наконец, приходит в движение. Расползаясь посередине, она образует широкий проход, впуская внутрь ослепительно-белого пространства размытый темный силуэт. Меня топит горечью и разочарованием… Качнувшись, я прислоняюсь к стене, чувствуя мощный упадок сил.