Улей. Книга 3 (СИ)

Я в полном замешательстве, потому что не вижу никаких следов угнетения, истощения, болезненности и разрушения личности, о которых говорила Диана. Учитывая исходные данные, я не знаю, как реагировать на эту привлекательную ухоженную женщину, совершено не похожую на изможденную пленницу.
Самозванка?
Невозможно.
Главы Совета не настолько глупы, чтобы подсунуть фальшивку вместо настоящей Марии Демори.
Но, как тогда объяснить произошедшую с ней метаморфозу?
Не думаю, что за те несколько недель, что она провела в имении своей семьи, они успели преобразить ее до неузнаваемости. Мария пять лет содержалась в тюремной клетке на минус втором уровне, где люди ломаются и превращаются в живых мертвецов за считанные месяцы. Современная медицина, косметологи и пластические хирурги способны творить чудеса, но не в этом случае.
Я бы прямо сейчас призвал Троя к ответу, как женщина с набором озвученных им диагнозов могла так резко восстановиться, но мы поговорим с ним позже, и отнюдь не по-дружески. Ему многое придется мне объяснить.
В бывшую соту Дианы я захожу практически бесшумно, но по напряжению плеч новой обитательницы догадываюсь, что моё появление раскрыто.
Неторопливо приближаюсь к ней со спины. В таком ракурсе мать и дочь очень похожи. Рост, телосложение, цвет волос. Не сомневаюсь, что Мария тоже прекрасно видит меня в отражении каленого аквариумного стекла, оценивая произошедшие внешние изменения.
Я останавливаюсь на расстоянии вытянутой руки, мысленно подбирая уместные слова, но в итоге говорю абсолютную банальность:
— Здравствуй, Мария.
Женщина оглядывается с мягкой улыбкой, и я невольно задерживаю дыхание, чувствуя себя одураченным, словно мальчишка. Пластические операции, сделанные в далеком прошлом, изменили черты ее лица, но это она. Без сомнений — передо мной стоит Мария Демори. Утонченная, сдержанная и по-прежнему привлекательная.
— Давно не виделись, Дэрил, — протянув изящную кисть, она дотрагивается до моего запястья, не решаясь пожать руку.
Сощурив глаза, я пристально изучаю ее, пытаясь понять, какого хрена происходит.
— Тебя не узнать. Ты стал настоящим мужчиной.
Я не отвечаю, и ее улыбка медленно угасает, взгляд наполняется сожалением. Опустив руку, она расправляет несуществующую складку на зауженных брюках.
— Понимаю, что ты удивлен, — тягостно выдохнув, продолжает Мария. — Но я хочу сказать, что благодарна тебе.
— За что? — сухо уточняю я.
— Родительский дом никогда не был для меня крепостью, — уклончиво отзывается она. — Там я находилась в большей опасности, чем здесь.
— Когда-то ты считала иначе.
— С тех пор многое изменилось. Некоторые поступки невозможно простить… даже самым близким людям. — Мария опускает голову, отводит в сторону взгляд, и на краткий миг я вижу на её лице неуверенность, которую она быстро прячет за отрешенной улыбкой.
— И что же изменилось? — настойчиво спрашиваю я. — Тебе так сильно понравилась твоя камера на минус втором? — в моем голосе прорезаются стальные нотки, и женщина инстинктивно отступает назад, упираясь лопатками в аквариум. Однако в ее глазах нет ни страха, ни сомнения, что еще больше обостряет возникшие подозрения. — Как тебе удалось обмануть собственную дочь? Она находилась в шоке и ужасе после вашей встречи. Или Диана — такая же непревзойдённая актриса, как и ты?
— Диана увидела только то, что должна была увидеть, Дэрил, — спокойно отвечает Мария на мой выпад. — Я знаю, как это звучит, но Кронос не оставил мне выбора. К тому же я и правда несколько месяцев провела в ужасающих условиях, чтобы сыграть, как можно достовернее.
— Трой участвовал в этом представлении? — ответ мне не нужен. Он очевиден. Просто хочу, чтобы она озвучила его вслух.
— Да, — Мария тоже не видит смысла отпираться и сдает подельника без тени сожаления на лице.
— Ты знаешь, где Диана? — пристально смотрю в непроницаемые и будто неживые глаза. Ни на что не надеюсь, но подтверждение не помешает.
— Нет, — женщина с достоинством выдерживает мой сверлящий взгляд. — И тебе этого знать не нужно. Так безопаснее. Для нее.
 
— Кто так решил?
— Не имеет значения, — игнорируя мой агрессивный тон, женщина натянуто улыбается, и мне хочется хорошенько встряхнуть эту замороженную фарфоровую куклу. — Кронос передал тебе послание, Дэрил. — неожиданно добавляет Мария, заставив меня окаменеть и на мгновенье потерять дар речи.
— Надо понимать, что о том, где находится Уильям Демори ты тоже не в курсе?
— Нет, — она снова отрицательно качает головой. — Иначе я бы была уже мертва, — уголки ее губ медленно ползут вниз, светлые глаза покрываются коркой серебристого инея. — Я знаю только то, что он просил меня передать тебе, — сообщает Мария, сфокусировав нечитаемый взгляд на моем лице.
— Когда это было? — требую конкретики.
— Что именно?
— Когда он передал тебе послание? — скрипнув зубами, поясняю я.
— За сутки до сезонного стрима. После я его больше не видела. Мне известно тоже, что сообщил тебе Верховный Совет. Кронос погиб и убил нашу дочь. Но мы оба знаем, что он никогда бы так не поступил. Уильям не умеет проигрывать, он доведет свою игру до конца. С твоей помощью, Дэрил, — уверенность ее тона приводит меня сначала в замешательство, потом в изумление, а затем в леденящую ярость.
Нет, дамочка, так дело не пойдет. Я больше не дрессированный Цербер короля Улья и играть собираюсь исключительно в своих интересах.
— Единственное в чем я могу помочь Кроносу — это заколотить гвоздь в крышку его гроба после того, как собственноручно выпотрошу его кишки и скормлю королевскому питону, — с сардонической ухмылкой озвучиваю один из своих первостепенных планов.
— Ты этого не сделаешь, Дэрил, — Мария делает шаг вперед. Правильные черты лица застывают в напряжении.
— И кто же меня остановит? — иронично уточняю я.
— Ты сам, — она сосредоточенно смотрит мне в глаза. — Кронос хочет, чтобы ты открыл двери королевского лофта во время ежегодного стрима и позволил шершням убить всех, кто окажется внутри, включая глав корпорации и привилегированных гостей.
— Это шутка? — не веря собственным ушам, изумленно спрашиваю я.
— Нет, — серьезно отвечает женщина, нервно проводя ладонью по волосам. — И не ври, что на задумывался об этом, когда впервые увидел сценарий. Никто не должен выжить, Дэрил. Никто, кроме тебя.
— И как я смогу это провернуть, если буду находиться вместе с остальными? — интересуюсь я. Чисто гипотетически. Вряд ли у нее найдется вразумительный ответ.
— Это уравнение тебе придется решить самостоятельно, — ловко увиливает Мария. — Но, если бы он не верил, что ты справишься, послание было бы другим.
— Ты сама-то в это веришь, Мари? — скептически уточняю я.
— Абсолютно.
— Давай еще раз повторим, — сквозь зубы цежу я. — Кронос предлагает мне организовать массовое убийство верхушки Совета и их ближайшего круга и при этом самому остаться в живых? Так?
— Именно, — не моргнув глазом, согласно кивает она. — Только подумай, Дэрил. На обломках старого мира мы построим новый, но уже по нашим правилам. Никто больше не сможет диктовать тебе условия. Ты сам будешь устанавливать их для других. Это и есть свобода, о которой ты мечтал. Разве я не права?
— А если я откажусь? — проанализировав услышанное, вопросительно смотрю в стальные глаза Марии Демори, серебристый оттенок которых так сильно напоминает мне другие.
— Тогда Диана умрет, — краткий ответ звучит, как удар под дых. И снова без единой эмоции на лице. Воистину железная леди, а я, кажется, начинаю сдавать позиции непробиваемого толстокожего мудака.
— Ты не можешь угрожать мне смертью собственной дочери, — с неконтролируемым гневом бросаю я.
— Не будь глупцом, Дэрил! — небрежным тоном парирует женщина. — Угроза исходит не от меня. Кронос сделал новую ставку и тебе решать, принимаешь ты ее или нет.
— С чего он взял, что мне не все равно?