Холодный Король (СИ)

Потом я услышала, как закричала Вельмина, ее тоже схватили, пытались просто задушить, тут же подоспел Коул, спасая любимую. Сил уже не оставалось, а ряды нападавших, хоть и поредели, но были еще многочислены. Накатило отчаяние. Неужели мы сейчас погибнем, а если меня ранят, то родители точно добьют. Отец предупреждал, что наше путешествие добром не кончилось, но я не думала, что на нас будут открыто нападать. Мама тоже меня не простит за такое, будет теперь постоянно за меня бояться, а бабушка просто не переживет, если со мной что-то случиться. Мысли о родителях дали мне силы, я заорала, как безумная, пригнулась и прыгнула на ближайшего врага, окутав его голову зелеными прочными водорослями лишила его зрения, тут же подоспел Винс, ударив нападавшего по голове, мы еще несколько раз проделали подобные успешные приемы. Коул с Вельминой стояли спина к спине, отражая атаки и нападая сами, у них великолепно получались совместные удары огненными и каменными шарами. Немного отвлекшись на одного из врагов, я вдруг почувствовала, что за моей спиной Винс стал оседать, оттолкнув к Коулу своего противника, я резко повернулась. Винс был ранен, в его животе торчал меч, глаза были закрыты. У меня потемнело в глазах от ужаса, а руки при этом сплели огненно-травяную сеть, которую я накинула на убийцу Винса, он просто стал гореть и орать, пока не отключился от боли. Мне хотелось ему отомстить, но убивать не стала – это выше моих сил, не могу лишить кого-то, даже самого жестокого и подлого жизни, поэтому затушила сеть.
Тем временем Коул и Вельмина добили последних, при этом мы трое были относительно целы, враги без сознания или обездвижены. Я кинулась к Винсу, Коул вытащил из него меч, кровь стала бить из раны фонтаном, при этом у меня буквально зашевелились волосы, такого ужаса я не могла представить в самом страшном сне! Слезы покатились по щекам, помутив взгляд.
– Сосредоточься, прекрати истерику, – приказала мне Вельмина, – он еще жив! Будем лечить его вместе, мы сможем.
– Хорошо, что мне делать?
– Помнишь свои ощущения, когда лечила руку мужчине?
– Да, – в этот момент я очень жалела, что мало практиковалась в этом деле.
– Дай руки, – мы с Вельминой сцепили руки над Винсантом, я попыталась привлечь все свои оставшиеся силы.
Энергия жизни медленно текла от наших рук, сначала кровь перестала хлестать фонтаном, потом стала сворачиваться, и рана стягивалась на глазах.
– Ты сосредоточься на ране, а я на внутренних органах, – сцепив зубы проговорила Вельмина.
Мы долго, мучительно долго заживляли эту страшную рану, в итоге она затянулась.
Винс долго не приходил в себя. На смену надеже, что мы его быстро вылечили, пришло отчаяние. Время тянулось бесконечно медленно, мы боялись пошевелиться и не почувствовать, как оборвётся его дыхание. Я чувствовала, как набегают непрошенные слезы и пыталась их смахнуть, часто моргая. Неужели он не придет в себя? Не может такого быть, мы же все исцелили!
Прошло еще немного времени, и Винс, наконец, шевельнулся. Открыл глаза и довольно четко посмотрел на нас.
– Мы победили? – спросил наш спасенный герой. 
– Конечно, – с уверенной ухмылкой ответил Коул.
А я не удержалась и обняла Винса, камень упал с души. Я не простила бы себя, если бы он погиб, спасая меня.
– Давайте отсюда убираться, пока не нагрянули стражники, – предусмотрительно решила Вельмина.
– Нападение было не случайным, вечеринка была ловушкой, нужно найти безопасное место и затаиться, я попробую выяснить хоть что-то, – с сомнением протянул Коул. – Мы слишком расслабились и забыли, что у восстановителя есть противники, кому-то не выгодно, чтобы мы лечили заболевших – мы это уже давно понимали, но, чтобы устроить такое, нужна полная уверенность в своей безнаказанности.
– Может, стоит, наоборот, остаться и разобраться в ситуации вместе со стражниками? – предложил Винс.
– Боюсь настанет тогда конец нашего путешествия, а могут заключить и нас под стражу до выяснения всех обстоятельств.
– Тогда валим, – глубокомысленно заявил Винс.
 
В тот вечер мы переехали в небольшую частную квартирку, а наутро поспешили убраться из этого «приветливого» города. Мы и так успели сделать все, что должны были, только вот на вечеринку пошли зря. Советом четверых было решено действовать более скрыто, даже прибегая к изменению внешности. Повозку мы сменили на пегасов, решив, что, летя по отдельности и верхом, мы сможем легче заметить и отразить нападение, нежели в закрытой повозке. Комфортом, конечно, пришлось пожертвовать, благо погода позволяла спокойно перемещаться верхом. Багаж мы решили разделить и телепортировать частями. Я пожалела, что не взяла с собой Красавчика, да и по Кроше я очень скучала, без нее и зелья сложнее варить, тем более от любовных переживаний с Винсом огонь хуже меня слушается. Да и нападение не подняло настроения. Все стало казаться таким сложным и опасным, но Коул и Вельмина успокаивали меня своим твердым настроем довести все до конца и не отступать, несмотря ни на что. Мой страх тоже постепенно сменился злостью: надо же, лишили людей магии и памяти, так еще хотят, чтобы мы им жизни не спасали. Видимо то, что недавним заболевшим восстановитель помогает полностью излечиться и даже что-то вспомнить, не устраивало тех, кто творит такое зло. 
Мы заметили, что в последнее время не случаются новые нападения, точнее по словам работников департамента, с которыми Коул поддерживает связь, болезнь остановилась и больше не распространяется. Странно, видимо нападающие бояться, что вылеченные их вспомнят. Но те, кто мог хоть что-то рассказать о моменте высыхания, все равно никого не видели. Так же, как и Вельмина, они просто почувствовали холод, сильнейшую слабость и отключились.
Вечера мы часто проводили вчетвером, а иногда мы снова оставались с Винсом наедине. Я уже не отталкивала и не останавливала его, хотя самого главного между нами так и не случилось. Как-то не было ни подходящего случая, ни настроения.
  
Глава 23
 
Постепенно наше путешествие подходило к концу, при этом новых нападений так и не произошло, складывалось ощущение, что наш противник зашел в тупик, а, может, просто затаился. Радовало очень то, что департамент также активно стал распространять восстановитель по всему миру и наше участие было больше информационным, мы следили за распространением формулы и рассказывали людям о зелье. Близилась свадьба Коула и Вельмины, тем более что праздник можно было устраивать с чистой совестью выполненного дела. Конечно, многие так и не смогли восстановить память и магию, но их жизни высыхание больше не угрожало. Так радостно было видеть счастливые лица, полные благодарности глаза. Благодарили в основном ректора и Вельмину, я старалась держаться в тени, Коул и сам уже настаивал на этом, Винс его поддерживал: оба опасались за мою жизнь. А мне до сих пор не верилось, что у нас довольно легко получилось остановить распространение самого страшного недуга в нашем мире. Казалось, что мне это все приснилось, а еще, что я тут и ни при чем. Возмущало то, что нам сначала пытались препятствовать в департаменте магии как тайно, так и открыто вместо того, чтобы поддержать, раз у самих не получилось остановить болезнь. В департаменте однозначно что-то нечисто.
Праздновать свадьбу решили, впрочем, как и собирались, в небольшом тихом городке на берегу моря. Место было очень живописным: на скале был расположен небольшой белый дом с множеством окон, там можно было провести и обряд, и праздник. Окна во всю стену, летящие занавеси по всему дому, легкий теплый ветер проскальзывал внутрь беспрепятственно, создавалось ощущение, что еще немного и можно выпорхнуть, и полететь над морем.
Обряд провел местный священник, очень милый старичок, смотрящий на нас с таким теплом, будто мы его дети. Потом мы ужинали и танцевали под музыку, которую играл местный квартет, было так вкусно, весело и легко, не хотелось, чтобы этот прекрасный день заканчивался. Можно было смело сказать, что это был самый счастливый день в моей жизни! Нежданно ставшие такими близкими люди были рядом со мной, мы веселились, не думая ни о чем. На душе было так хорошо. А, главное, рядом был парень, который мне безумно нравился, что еще важнее: у него ко мне были взаимные чувства. Смотря в его глаза, я видела тепло, которое согревало мое замерзшее сердце и давало надежду на счастливое будущее.