Танцуй бабочка, танцуи (ЛП)

— Нет, это для благотворительного ужина на этой неделе. Я… я… — Глубоко вздыхаю и просто выплевываю это. — Я фиктивно встречаюсь с Тейтом Вэлором и иду с ним в паре.
Стелла откидывается назад в своем кресле, чуть не расплескав шампанское с преувеличенным удивленным возгласом, заставляя меня рассмеяться. Я возвращаюсь в примерочную и тянусь за следующим платьем, пока Стелла требует от меня всех подробностей чего-то настолько не свойственного мне. Перебираю еще четыре платья, которые она тоже бракует, пока рассказываю ей обо всем, что произошло с тех пор, как Тейт поцеловал меня в библиотеке на глазах у мачехи и сестры.
— Итак, ты хочешь сказать, что провела последние два дня взаперти с четырьмя сексуальными мужчинами, один из которых — горячий, блять, парень из бара? Квотербек доводит тебя до оргазма своей рукой за миллион долларов, а с двумя другими ты делаешь сэндвич «Сави»?
Жую нижнюю губу и киваю, поворачиваясь, чтобы показать ей заднюю часть черного платья, которое на мне надето. Она проводит рукой по воздуху, отвергая и это, и качает головой.
— А теперь скажи мне, почему, почему ты не выберешь самое красное, самое горячее платье в этом месте и не выбросишь свою маску в мусорное ведро? Покажи им, кто ты на самом деле, детка!
Вздыхаю, достаю атласное голубое платье А-линии, которое подходит к моим глазам, и отворачиваюсь от нее.
— Потому что я им не нужна. Не совсем. Тейт использует меня для того, что ему сейчас нужно, а двое других просто играли со мной в игры, чтобы скоротать время. Скоро все это закончится, и тогда Тейт бросит меня, как будто никогда не встречал. Будет лучше, если я просто исчезну, как только он закончит со мной. Так будет проще.
Она расстроенно вскрикивает, но я поражаюсь своему отражению в зеркале. Это и есть мое платье. Оно красивое, стильное и сдержанное. Цвет точно соответствует моим глазам. У него вырез в форме сердца, который показывает лишь намек на мое декольте, а рукава длиной три четверти просто идеальны. Талию облегает нежный, сдержанный, вышитый серебряный плющ, похожий на низкий пояс, а юбка А-линии плавно струится, дополняя мои широкие бедра, и заканчивается чуть ниже колен. Покачиваю бедрами, и подол красиво закручивается. Улыбаюсь, отдергиваю занавеску, и палец Стеллы поднимается и указывает на меня, как пистолет.
— Вот оно. Теперь распусти волосы.
Морщу нос, но делаю, как она сказала.
— Ага, тебе нужно надеть линзы на этот вечер, Сави. Мы сделаем локоны, чтобы создать милую ретро-волну. Гребешок с драгоценными камнями поднимет одну сторону над ухом. Подводка, накладные ресницы и кроваво-красные губы.
Я уже качаю головой.
— Ты обманула меня вплоть до макияжа, Стелла. Ты не можешь накрасить меня, как Бабочку! Они не знают, и я не хочу, чтобы они узнали. Не знаю, будет ли там Эш, ведь он не футболист, но он наблюдал за мной последние два года. Накрась меня, как ее, и он сразу все поймет.
Она поджимает губы и закатывает глаза.
— Отлично! Мягкий, едва заметный макияж глаз, натуральные ресницы с небольшим количеством туши и розовые губы. — Она смотрит вниз на мои ноги. — Ты не можешь отказаться от каблуков. Это платье было создано для них. Я бы выбрала серебряные и с ремешками.
Киваю в знак согласия и передаю свою черную карточку продавцу с легким румянцем.
  
ДЖУД
 
Мы сидим на кухне и обсуждаем прошедший день, а я ищу в кладовке что-нибудь перекусить. Не найдя ничего подходящего, закрываю дверь и хмуро оглядываюсь по сторонам.
— Где куколка-малышка? Ее не было здесь уже несколько дней.
Я скучаю по ней, что довольно странно. Я обычно не скучаю по девушкам, кроме, может быть, мамы, но я прожил большую часть своей жизни без ее внимания, так что, возможно, это не совсем из-за нее. Было весело, когда Сави была здесь, в доме. Она дополняла дом в хорошем смысле, даже если отклоняла все очаровательные сексуальные предложения, которые я посылал в ее сторону. Хотя мне это в ней тоже нравится. У меня цыпочки выстраиваются в очередь, чтобы пососать мой член в надежде, что они будут скакать на мне до самого драфта, но моя куколка не вписывается в эту очередь.
 
Я видел жар в ее глазах, когда она увидела, как я полирую свой член в то утро, но именно вспышка разочарования в ее глазах прямо перед тем, как она убежала, заставила меня замедлить свои толчки, а мой член сдуться, как будто его укололи булавкой размером с Сави, и это осталось со мной после ее ухода.
Я никогда не задумывался о том, что думает обо мне девушка, но где-то между ее волшебными пальцами, пробегающими по моим волосам, когда я лежал на ее животе, и болью, которую я увидел в ее глазах, когда Тейт рассказал о ее фиаско с первым разом, мне стало не наплевать… совсем чуть-чуть. Хм, ладно, может быть, даже очень. Мне понадобилось всего три секунды, чтобы решить, что она станет моей новой одержимостью. Я никогда раньше не зацикливался на девушках, они никогда не волновали меня достаточно сильно, но Сави… она просто бьет по-другому, сильнее, и да, я чертовски хочу ее.
Эш глубоко вздыхает в раздражении и скрещивает руки, в то время как Тейт опускает глаза на пол, нахмурившись.
— Ты, блять, тоже, Джуд?
Когда я просто поднимаю на него бровь и дергаю пирсингом кольца в брови, Эш ехидничает.
— Что у вас всех с этой цыпочкой? Ты тоже хочешь ее трахнуть?
Качаю головой в сторону, привлекая внимание, и Тейт бросает на меня мрачный взгляд, заставляя рассмеяться.
— Что? Мне нравится, когда она рядом. Она как… как милый маленький домашний эльф, который приятно пахнет и приносит мне угощения!
Эш зыркает в мою сторону.
— Мы не пускаем цыпочек в дом, если только не для того, чтобы трахнуть их и выбросить. Нам не нужно, чтобы эта маленькая мышка постоянно здесь ошивалась. — Он оглядывает нас всех, прежде чем остановиться на Тейте. — Твой маленький фальшивый эксперимент начинает действовать мне на нервы.
Бек пожимает одним большим плечом.
— Если честно, Сави не похожа на юбки, которые мы обычно трахаем. Она не… не цепляется и ничего не просит. Она больше похожа на домашнее животное. С ней весело обниматься и играть. Не вижу ничего плохого в том, что она тусуется с нами. Не похоже, что это зайдет далеко. Она недостаточно сексуальна для этого. — Он говорит, но его глаза отводятся в сторону, говоря мне, что он уже полон дерьма.
Эш протягивает руку и подталкивает Тейта.
— А ты? Только не говори мне, что ты действительно начинаешь испытывать чувства к книжному червю. Твоя фальшивка порой чертовски убедительна.
Тейт закатывает глаза.
— Потому что я чертовски хорош! Она ничто, чувак. Средство для достижения цели. Мои оценки уже начинают расти. Мне просто нужно еще немного поиграть в это, а потом я смогу бросить…
Он прерывается с выражением виноватой паники на лице, оглядываясь на Эша. Я наклоняюсь в сторону, и мои брови поднимаются, когда я вижу побледневшую Сави, стоящую там с кастрюлей чего-то в руках. Когда ее глаза за очками в черной оправе вспыхивают гневом, я очень жалею, что не нашел закуску. Попкорн был бы сейчас как нельзя кстати для шоу, которое вот-вот начнется.
Эш оглядывается через плечо и видит ее. Его лицо становится пустым, но я вижу, как его горло двигается, когда он тяжело сглатывает, а затем она топает к нам, обходит остров и сильно втыкает кастрюлю мне в грудь. Ее глаза ярко-голубые, а плечи напряжены. Я никогда раньше не видел ее в гневе. Она чертовски великолепна.
— Вот! Доставка от вонючего гребаного домового эльфа. Наслаждайся, она будет последней.
Она отворачивается от меня, лезет в свою сумку, достает оттуда банку с чем-то и бросает ее в Бека. Он выхватывает ее из воздуха как раз перед тем, как она попадает ему в лицо.
— Это органический тигровый бальзам, о котором я тебе говорила, для твоих больших мальчишеских ушей. Ты можешь натереть их, а потом сходить в приют и взять гребаную собаку, чтобы пообниматься с ней!