Подчинить ведьму. Двойное совращение (СИ)

А если обдумать все детально… Но детально и по полочкам расписывалось с трудом, нехотя. И перспективы не впечатляли.
Они не уйдут.
Не один из них.
Последовать предложению Лиара и выйти за него замуж — не самый лучший вариант. Наверное, прозвучи эти слова полгода назад и до той злосчастной ночи, я даже подумала бы. Сейчас — точно нет! Во-первых, он подорвал мое доверие. Во-вторых, с его матерью не все понятно, а идти голой по улице города ради «очищения» я не имела ни малейшего желания. Безусловно, Ройс был красив, заботлив, нежен — полная противоположность его кузену. Однако отрицательные моменты слишком перевешивали все доводы «за».
Далее, Дрэйк… Тут полный мрак со своими особыми загадками. Вроде прямолинеен, груб, каждым словом отталкивал меня, но там, в ванной комнатке показал себя с другой стороны. Будь он тем, кем хотел казаться, то не стал бы делиться воздухом. Хотя это могло оказаться очередной его забавой.
— Что у нас так вкусно пахнет?
Я подскочила на месте. Заметила, что блин давно пора перевернуть. Схватилась за лопатку, тронула рукой сковороду.
— Ай, черт!
Затрясла кистью, словно это могло помочь. Ринулась к попавшейся на глаза питьевой воде в белом ведре, сунула в нее пальцы и блаженно выдохнула.
— Извини, не хотел тебя испугать, — оказался рядом Лиар.
— Ничего, сама виновата, — кивнула я и заметила напряженный взгляд Дрэйка. Полуголого притом. Черная поросль на рельефной груди, подтянутый живот. Издевается? — Не мог бы ты одеться, мистер Мальро?
— Нет. Моя рубашка сохнет. Только если здесь не осталось от твоих захаживающих мужчин одежды…
Вот что ему въелась эта тема? Ревнует, что ли? Было бы кого, грязь, ей-богу!
— Сомневаюсь, что ты ее надел бы, — заметила я и поспешила к уже подгоревшему блину.
— Верно, сжег бы. Сразу всю. Ты только покажи, где ее взять, чтобы я не перевернул весь дом!
— Вивиан, а что это такое? — решил сгладить обстановку Лиар.
— М-м, — посмотрела я на него в упор. — Блины. В вашем мире я таких угощений не встречала пока. Мука у вас немного другая и яйца… В общем, не куриные они. Поэтому вкус заметно отличается от привычного мне, но в целом весьма неплохо.
Я попросила мужчину сесть за стол и не крутиться под ногами. Готовила. Отрывала кусочки от первого, испорченного, и скармливала особенно тихой в последнее время Шелли. Она никогда не появлялась на глаза гостям, а тут словно перенимала мои тревоги и тряслась за меня… вместе со мной.
В общем, мы будто были связаны.
Я вновь с головой погрузилась в готовку. Обратила внимание, что Лиар ходил по дому, разглядывал скромное убранство, в то время как Дрэйк сидел на одном месте, смотрел только на меня.
Он словно был единственным тяжелым предметом на батуте, а потому пол сам наклонялся, подталкивая к нему. Ноги скользили. Я едва держалась. Казалось, вот-вот сорвусь и упаду прямо в его загребущие лапы.
Лучше бы не оборачивалась!
Я быстро закончила с блинами. Поставила на стол кружки, тарелки. Достала свое любимое варенье, отдаленно напоминающее черничное. Спасибо травнице из деревни! Она вообще мне во многом помогла.
Хотелось бы, конечно, сесть на свой любимый стул с подушечкой, но…
Я поджала губы, разозлилась. Это мой дом. Я здесь хозяйка. Почему какие-то гости ущемляли мои права?
Приблизившись к Дрэйку, я уперла руки в бока и грозно произнесла:
— Пересядь, это мое место.
Его моя выходка позабавила. Мужчина ничего не ответил, лишь в глазах появился нехороший блеск.
— Тут много обычных стульев, выбери любой другой. Я же хочу сидеть на своем, — добавила достаточно грозно.
— Так садись, — раскинул он руки и даже отодвинулся, словно приглашал расположиться на своих коленях. — Кто тебе мешает?
Внутри сладко стянуло. Во рту образовалась слюна. Перед внутренним взором яркой вспышкой пронеслось все то, что недавно происходило в ванной комнатке.
— Лучше садись ко мне, — дернул меня назад Лиар и умостил на своих коленях. — Всяко удобнее будет.
Обвил талию, прижал боком к себе. Зарылся носом в мои волосы. Снова шепот, бисеринки поцелуев. Пальцы на животе, груди. Ощущение, что плавлюсь, готова снова оказаться припечатанной к столу, голой, безвольной, стонущей для них двоих. Под развратными взглядами. С собственным вкусом на чужих губах. И надменной улыбкой, подкрепленной фразой: «Пока не готова. Надеюсь».
 
Ну уж нет!
Это что за развратные мысли?!
Я вскочила, сбросила с себя шаловливые руки. Хотела развернуться, отправиться заниматься ежедневными делами — здесь их много. Но живот урчал, есть хотелось. Был еще вариант забрать блины и уйти к себе. Пусть голодали бы!
Но я не сдамся. Не получат!
Ладно, аристократ, сиди дальше на моей любимой подушечке. Потом выброшу… или постираю.
Я села за стол. Взялась за завтрак. Всем своим видом давала понять, что ничего важнее блинов и чая в жизни не было. Меня не заботили их взгляды. А мимолетные касания Лиара то моей ладони, то локтя, то пальчиков на кружке вообще не будоражили. И если один не умолкал, делился впечатлениями, хвалил мою готовку, то второй ел молча. Ел! Дрэйк ел мои блины один за другим. Отрывал, макал в варенье, клал в рот, запивал.
— Не так нужно, — не выдержала я этого кощунства и потянулась к его тарелке.
Положила туда блин, намазала вареньем, свернула, протянула, предлагая взять рукой и съесть нормально, по-человечески.
А он откусил. Словно что-то развратное сделал. И улыбнулся.
Боги…
В груди стало тесно. Я растерялась. Должна была выбросить дурацкий блин, но продолжала его держать, уже чувствуя, как что-то течет по руке.
Дрэйк наклонился, откусил больше, вобрал в рот мой большой палец, а я выдала сдавленный звук, отдаленно напоминающий всхлип. Это со мной происходит?
— Продолжать? — тихо спросил этот… извращенец.
Брюнет провел языком по темной дорожке на моем запястье, облизал губы. Я неосознанно повторила его движение.
— Мне дашь попробовать? — спросил Лиар, и я протянула ему тот же блин, то есть, его половину.
Варенье уже растекалось по ладони, снова темной струйкой убегало к локтю. Я смотрела во все глаза, как второй мужчина поглощал с моей руки завтрак, словно самое вкусное лакомство в его жизни, как скользил по бледной коже его длинный язык. И сердце замирало. Не билось.
Грязь… Я ведь для них грязь.
Эта мысль отрезвила. Я подскочила со стула, бросила на стол остатки блина, как еще «фу» не сказала. Посмотрела на Дрэйка, на Лиара, и у обоих во взглядах ни капли насмешки. Голод!
— Не приближайтесь! — испуганно вскрикнула, отпрыгнув назад. — Нет, ясно вам?!
Я бросилась к выходу, на ходу подхватив кожушок и сапожки. Затолкала ноги, всунула руки. Выскочила на улицу и блаженно вздохнула, подставляя лицо морозному воздуху.
Метель больше не выла. Просто шел снег. Большие хлопья кружили в небе, опускались на бренную землю, превращаясь в высокие сугробы. Не выбраться.
Я осмотрела округу, с грустью поняла, что нужно раскапывать дорогу к деревне, чтобы вывести моих «хороших» гостей. И что-то сразу захотелось взяться за дело. Работать без перерывов на еду и сон, чтобы выпроводить их из моего дома, из моей жизни. Пнуть под зад и захлопнуть дверь.
В памяти вспыхнули картины нашего завтрака. Ощущение, как скользит влажный язык по коже. Взгляд голубых глаз, приколачивающий к стулу. А потом прикосновения-поцелуи Лиара. Его нежность, окутывающая, согревающая. Оберегающая от полного обледенения.
Я попыталась стряхнуть с себя пустые мысли, решила отвлечься. Отыскала в сенях широкую лопату. Принялась за работу, собираясь хотя бы расчистить путь к заднему двору и необходимым для поддержания огня в камине поленьям. Занялась размеренными движениями. Не думала. Отдавала всю себя простому делу. Вперед, поднапрячься, поднять, отбросить. Совсем не трудно. Зато из головы исчезали дурные мысли. Нос щекотало. Щеки пощипывало. Я махала лопатой, не замечая ничего вокруг.