Летучие мыши появляются ночью. Та, которой не стало. Табакерка императора

Спиридон, очевидно, поджидал их: повернулся ключ, дверь открылась.
— Я вас увидел из окна, — сказал он. — Что случилось?
— Бай Спиридон, вы звонили мне сегодня по телефону?
Бай Спиридон подтянул длинные холщовые штаны.
— Я?.. Зачем мне было звонить? Какая–то ошибка.
— Кто–то сказал, чтобы я сразу приехал к тебе.
— И речи быть не могло! — покачал головой бай Спиридон. — Ты хороший человек, но мне–то зачем тебя беспокоить…
— Ты когда пришел домой?
— Около шести.
— И после этого никуда не выходил?
— Никуда! Сначала решал задачи вместе с внучкой — до восьми. Потом смотрел телевизор.
— Что показывали?
— Балет из Польши. Мне не понравилось… Наша рученица лучше, — он засмеялся и снова подтянул штаны.
Димов подумал, что можно больше ни о чем не спрашивать. Судя по всему, бай Спиридон не мог быть членом банды — это противоречило бы здравому смыслу.
— Ну хорошо, бай Спиридон, извини за беспокойство.
Перед сельсоветом Димова уже ждала машина. Он попрощался с председателем и поехал в Гулеш. Перед домом Несторова машина остановилась.
Все окна были освещены. В одном из них виднелась знакомая фигура.
Услышав шум мотора, Паргов вышел навстречу.
— Нашли паспорт?
— Нет…
— Так и должно было быть! — сказал Димов.
— Одно мне не ясно, почему мы не спросили у Нестерова, — недоумевал Паргов. — Он лучше всех знает, где его паспорт.
— Нет смысла, — усмехнулся Димов. — Мне известно, что он скажет. Кто наверху?
— Пырван и Наско…
— Очень хорошо! — кивнул Димов. — Мы с тобой поедем в Перник. Но у них здесь еще есть дела. Дом Кушева опечатан?
— Да.
— Хорошо, пусть снимут печать и снова все обыщут, там должен быть тайник.
— Какой тайник? — с недоверием спросил Паргов.
— Тайник, в котором прячутся люди. Я не уверен, что его найдут, но он, по всей вероятности, здесь. Потому что я не думаю, чтобы кто–нибудь прятался на кухне.
Это было бы слишком рискованно!
— Кто, ты думаешь, там скрывался?
— Потом узнаешь… А сейчас распорядись, и едем. Они сели в машину и на полной скорости помчались в Перник. Им предстояло самое трудное и самое опасное дело.
— Все справки получил? — спросил Паргов.
— Да, все.
— Как видно, мы с тобой едем арестовывать преступника?
— Вдвоем нам это едва ли удастся, — сказал Димов. — Нам должны помочь.
— Если ты в него попал…
Димов задумчиво покачал головой.
— Именно это меня и удивляет! Как я мог промахнуться? Он был близко, видел я его отлично. И прицелился хорошо. Не было ли у него под фуфайкой какого–нибудь панциря?
— А мне это не кажется странным, — сказал Паргов. — Как ты мог попасть, стреляя вывихнутой рукой?
— Я стрелял левой, — сказал Димов. И хлопнул себя по лбу.
— Паргов! — воскликнул он. — Ну, конечно! Все очень просто. Я стрелял левой рукой, а прицелился правым глазом… Как же я мог попасть?
Подумав, он добавил:
— Ничего, так даже лучше! Он нам нужен живой. Вот увидишь, у него будет что рассказать.
В окружном управлении нашли только дежурного офицера. Димов попросил разбудить майора Жечева. Жечев приехал и молча, судя по всему, с некоторым сомнением выслушал Димова.
— Если все действительно так, надо поставить в известность госбезопасность, — сказал он наконец. — Я тут же с ними свяжусь.
— Это не помешает нам навести справки…
— Да, разумеется, — немного поколебавшись, сказал майор. — Но очень осторожно.
Если спугнем птицу — мы в ответе.
— Это уж от тебя зависит! — сказал Димов. — Здесь ты знаешь людей.
Снова надо было ждать — и результатов запросов, и приезда сотрудника госбезопасности. Тем временем майор сварил кофе.
— Рука болит? — спросил Паргов.
— Да, снова дает о себе знать.
— Давай позовем доктора Станкова.
— Может, кого другого? — пробормотал Димов. — Совестно его будить.
— Какое будить, он сейчас играет в белот, — убежденно сказал Жечев.
И поднял трубку. Играл ли доктор в карты, узнать не удалось, но он не спал и обещал тут же приехать с новокаином. Немного погодя сообщили из ГАИ, что днем, после обеда, в городе был украден «Москвич» синего цвета, модель 407. О цвете Димов ничего не мог сказать, но в модели был уверен. До сих пор украденный «Москвич» не был найден. Немного погодя после этого сообщения приехал и сотрудник госбезопасности, низкого роста, пожилой подполковник с резкими, нервными движениями. Выслушав рапорт, он просветлел.
 
— Все правильно! Это будет блестящая операция. И подошел к телефону. По отданным им приказам Димов понял, что он мобилизовал почти всех. И это испугало Димова. А если он ошибся? Если его гипотеза о паспорте окажется неверной? В конце концов как можно предполагать, что преступник отсиживается именно в гостинице в Пернике? На «Москвиче» он мог уехать куда угодно. Но теперь Димову оставалось только ждать.
Вскоре приехал доктор Станков, он был немного навеселе. Но, увидев Димова, сразу протрезвел.
— Я ведь тебе говорил, что теперь твоя очередь, — обратился он к Димову. — Еще дешево отделался.
Как только боль в руке стихла, Димов сразу почувствовал себя лучше. Наконец прибыл Паргов, лицо его сияло.
— Там! — произнес он торжествующе. — В гостинице «Витоша»… — Он опустился на стул со вздохом облегчения. — Гостиницу окружили, а я примчался сюда. Там я увидел запись… Дежурный оказался нашим человеком, но мы все–таки назвали вымышленное имя. Сами поискали в книге. Записано имя Янко Нестерова — двадцать четвертый номер на втором этаже. Мы не рискнули расспрашивать, но предполагаю, что эта комната на одного человека.
— А почему ты думаешь, что он в гостинице? — спросил, Димов.
— Ключа внизу не было.
— Да, это хорошо! — вмешался подполковник. — Вы действовали осторожно.
Преступники люди опытные, их трудно перехитрить!
— Ну, опытные–то опытные, а лезут в капкан! — презрительно бросил Паргов.
— Именно это свидетельствует об их дерзости и уме! — сказал подполковник. — Он думал, что мы будем разыскивать его где угодно, но не у себя под носом.
И, посмотрев на собравшихся, распорядился:
— А теперь за работу!
На операцию ушло два часа. Самым трудным было полностью блокировать гостиницу, чтобы у преступника не оказалось ни малейшей возможности скрыться. Тем временем навели справки. Человек, назвавшийся Янко Нестеровым, пришел в половине одиннадцатого, взял ключ и поднялся в номер. Это был сравнительно еще молодой человек, скромно одетый. Нет, на нем не было светлой фуфайки, администратор в этом уверен. Человек казался приветливым, спокойным, и вещей при нем не было.
Медленно поднялся по лестнице. Окна номера выходили в задний дворик, огражденный кирпичной стеной.
Пока наводили справки, Димов и Паргов стали на свой пост в темном подъезде.
Паргова огорчала бездеятельность, он все посматривал на часы.
— Мы так и будем сидеть сложа руки? — нервно спросил он. — И смотреть, словно в кино?
— Что ты беспокоишься? — улыбнулся Димов. — Мы свое дело сделали.
Операция началась в пять минут четвертого. Один из сотрудников поднялся на второй этаж и постучал в номер двадцать четыре. Мужской голос спросил:
— Что вам?
— Товарищ Несторов, вас просят к телефону.
— Кто?
— Говорит, ваш двоюродный брат… Конечно, никто не надеялся, что такой простой трюк удастся, но все–таки…
— Хорошо, сейчас, — спокойно ответил человек.
Сотрудник ушел. Мнимый Несторов, не зажигая лампы, быстро оделся, сунул пистолет в карман пиджака. Потом бесшумно раскрыл окно и осмотрелся. Дворик был темным и казался пустым. Человек вылез в окно. До земли было три метра, не бог весть как много. Он повис на подоконнике, потом спрыгнул. И все–таки упал. Вскочив на ноги, моментально достал пистолет.
Димов и Паргов услышали выстрелы. Паргов ринулся было на улицу, но Димов его остановил.
— Не делай глупостей! — раздраженно сказал он. — Неужели ты не понимаешь, что мы должны оставаться на месте. Того гляди, кто–нибудь из наших по ошибке ранит тебя.