Подземелья Конфренко 2 (СИ)

Удивленная столь неожиданным поступком Мита просто положила руки мне на плечи и тихо постанывая, наслаждалась необычным массажем. А я намылив ее ноги, принялся гладить скользкой губкой упругие ягодицы, а другая моя рука, тем временем, намыливала гладкий, без единого волоска лобок девушки, иногда проскальзывая между ноги и массируя нижние губки. Возбуждение Миты усиливалось, кожа покраснела, но я пока не стал заводить ее еще больше, вместо этого я поднялся и начал намыливать красивую, нервную спину, а потом перешел на грудь. Я еще ни разу не позволял себе так вот, смело и открыто ласкать нежные упругие холмики. А еще я жадно рассматривал это природное совершенство. Мита находилась почти в предобморочном состоянии из-за необычных ощущений. Закончив с грудью, я просто помыл девушке голову, одновременно делая легкий массаж. Если вы никогда не делали своей девушке массаж головы, то обязательно сделайте это. Поверьте, это не мнее приятно чем поглаживание гениталий.
Оставив в сторонке тяжело дышащую Миту, я повернулся к ее сестре. А та просто смотрела на меня огромными глазами и протягивала свою губку:
— Ген Ма, что ты сделал? Это было так, так…но я прошу, сделай мне также!
И я повторил, с удивлением узнав, что Нита оказалась более чувственной, и легко возбудимой. Я с большим трудом удерживал ее на грани оргазма, но не позволял получить желаемое. Когда я закончил мыть ей голову, то протянул девушкам мочалку и сказал:
— А теперь вы!
И девочки не подвели. Они опустились на колени, и периодически задевая моего стоящего в полной боевой готовности бойца, принялись намыливать ноги, потом спину и грудь, заканчивая мытьем моих длинных отросших за это время волос. Но они все еще боялись взяться руками за «главное». Но я не дал им увильнуть:
— Вы должны вымыть меня везде! — и легкий нажим в голосе.
Надо сказать, что свое возбуждение я сдерживал с огромным трудом. Организм просто вопил о том, что надо схватить этих доступных самок и отжарить их со всей пролетарской сознательностью. Но, мои боевые подруги, оказались в интимном плане совершенно не опытные, и очень робкие. И сейчас любая грубость, хоть и будет воспринята как норма, но может надолго, если не навсегда, отбить у них желание к постельным играм. И будут они просто исполнять своего рода «повинность», в ублажении хозяина. А мне этого совсем не надо. Я хотел взаимного удовольствия. Ведь для настоящего мужчины, нет большего удовольствия, чем доставить своей женщине оргазм, а лучше и не один. Это только кажется, что на просто воткнуть, и «поехали». Нет ублажение женщины процесс тонкий. Поэтому я, сцепив зубы наблюдал как Мита и Нита завороженно рассматривают торчащий перед их носом огромный жезл, при этом не забывая нежно намыливать его в четыре руки. Но в итоге я все же не выдержал и с громким стоном кончил, забрызгав семенем стенку душевой кабинки:
— Что это? — взяв на палец белую жидкость спросила Мита.
— Это? Это мужское семя, именно из него в животе женщины потом вырастает ребенок! Когда женщины правильно обращаются со своим мужчиной, он выделяет очень много семени. И от этого ему делается очень хорошо! — пояснил я.
Мита поднесла палец к лицу, понюхала, потом лизнула:
— Необычно. А это всегда так будет?
— Нет, теперь ваша очередь получать удовольствие! Я вам все покажу!
Я вывел девушек из душевой, насухо вытер полотенцами и повел к постели. Когда я смотрел на двух голеньких и послушных красоток, мое орудие снова начало подниматься. Но спешка тут ни к чему, поэтому я присоединился к близняшкам на постели. Сначала я наклонился к Ните, ухватил ее за грудь, и слегка помял, потом поцеловал нежные губы. Девушка такого не ожидала, и растерялась. Как я уже говорил, такие ласки в Конфренко не распространены, и отношение к женщинам довольно потребительское и утилитарное. Как там говорят, сунул, вынул и бежать. Девушка сначала не понимала, что я от нее хочу, но потом инстинкт взял верх, и она начала неумело, но с большим энтузиазмом отвечать. Поиграв немного с Митой, я переключился на ее сестру. Обучение поцелуям заняло достаточно длительное время, пока я не почувствовал, что девушки достаточно возбудились. Тогда я посадил перед собой Ниту и начал целовать сначала нежную длинную шейку, потом ушко, спустился к груди и взял в рот горошинку соска. По уровню стонов я определял, нравится девушке то, что я с ней делаю, или не очень. И пока все было правильно.
 
Постепенно я провел языком между ее грудей, по животу, и, раздвинув колени, впился губами в средоточие женственности, одновременно массируя кожу внутренней поверхности бедер. Я почувствовал, как Нита сначала напряглась, потом застонала, и забилась в конвульсиях сильнейшего оргазма. Такого я не ожидал, особенно того количества влаги, что выплеснулось на мое лицо. Девочка действительно давно созрела. Пока Нита находилась в прострации, я почувствовал, как ко мне прижимается Мита. Она тоже потребовала свою долю ласки, а потом и остального. Возбуждалась она чуть дольше сестры, но и пришло долго гладить ее, ласкать грудь, живот, и массировать бугорок клитора, выискивая ее личную «зону удовольствия». Оказалось, что ее очень возбуждало, когда я начал тереть шершавое колечко ануса. И когда я одновременно засосал клитор, но оргазм Миты продолжался намного дольше чем у Ниты. Но на этом я не успокоился:
— А теперь девушки, вы тоже должны мен помочь! — и я казал на свой «инструмент».
— Ген Ма, научи как!
И я научил. Предрассудков в местном обществе еще никаких не знали. Поэтому и лизать, и сосать девушки научились довольно быстро. Сначала робко, а потом со все возрастающим энтузиазмом. Когда меня тоже настигла волна удовольствия, я не отказал себе в удовольствии излился в их горячие ротики. А потом заставил проглотить. Мужское семя не должно пропадать впустую. Потом мы еще раз сходили в душ, где я доставил девушкам удовольствие уже руками, продолжая учить их правильно целоваться. И закончилось все очередным минетом от двух сногсшибательных красавиц. Это было чудесным завершением вечера. Достаточно сказать, что уснули мы моментально, как убитые. И теперь никаких ночнушек и белья. Только плотный клубок из обнаженных тел, которые, казалось, хотели раствориться друг в друге. Девушки отдавались новым ощущениям и своему новому статусу моих любовниц, что я просто не мог их подвести.
А еще я краем глаза увидел стоящую в темном углу, и тяжело дышащую тонкую фигурку Даны. Она была одета в темных халатик на голое тело, и засунув руку меду ног усиленно себя ублажала. В этот момент мы встретились глазами, и она, молча содрогнувшись, обмякла и осела на пол. Но трогать я ее не стал. Ещё не время. Когда захочет, девушка придет сама. После того, что выпало на ее долю, нельзя было форсировать события. Юная психика пластична, и плохое быстро забывается, если его вытеснять более сильными хорошими воспоминаниями. Но Дане надо было забыть слишком многое. Поэтому только терпение. И, самое главное. Никакой жалости, жалость унижает, и тогда она замкнется в себе, и из этой раковины девушку уже будет не выковырять. Пускай смотрит на наши с близняшками игрища, и убеждается, что мужчины могут не только причинять боль, но доставлять радость. Точно также, как и пришла, Дана, шатаясь поднялась на ноги и бесшумно направилась в сторону своей кровати, расположенной в довольно просторной технической нише моих апартаментов.
* * *
Пробуждение было не менее приятным. Пока я медленно выплывал из темноты сна, подмяв под себя Ниту, в качестве теплой подушки, Мита исследовала утреннюю проблему каждого нормального молодого парня. Ну, вы поняли. Член просто стоял колом. Тогда девушка медленно взяла его в рот, и начала неуверенно посасывать, одновременно отслеживая мою реакцию. Увидев, что я проснулся она хотела прекратить, но я не позволил:
— Продолжай, ты все правильно делаешь! Самый лучший способ разбудить своего мужчину, это избавить его от утреннего возбуждения!