Подземелья Конфренко 2 (СИ)
Я стер со своего лица частички слюны, что вы порыве праведного гнева вылетали изо рта почтенного торговца, посмотрел на него тяжелым взглядом, и с нажимом, четко проговаривая слова начал говорить:
— Скажите, уважаемый господин Сан Ву, я похож на толстую шлюху из заведения мадам Ли Луш!?
— Э-э-э, н-нет! — испуганно проблеял тот.
— Тогда почему вы подумали, что я раздвину булки, и послушно позволю себя трахнуть? А! Да еще так задешево!
— Н-но, д-договор! — потухшим голосом пробормотал торговец.
— В жопу себе его засунь, вместе со своими уважаемыми людьми! Вы думали, что нашли послушного дурачка, и решили его использовать по полной? Так что ли! — и по его забегавшим глазам, я понял, что это действительно так.
— Но вы понимаете, Ген Ма, что с этого момента все отношения между нам прекращаются? — попытался он надавить на мой кошелек и жадность.
— Вы поводу покупок препаратов, так можете успокоиться, за то время, что я с вами работаю, количество каналов сбыта увеличилось многократно. Неужели вы принимаете меня за совсем уж полного отбитого идиота? — и опять я попал в точку, именно за идиота он меня и принимает, — тогда вы должны знать, что все деньги, что вы мне дали, и еще несколько раз по столько, мои люди поставили на меня. И теперь ваши деньги стали мои! — я никогда не видел у местных таких больших глаз.
— Но как вы могли так поступить со мной? Вы заранее все спланировали?!
— Ничего личного, уважаемый господин Сан Ву, это только бизнес! — я нагло ухмыльнулся ему в лицо.
И тогда мужчина вытянул свой самый главный козырь:
— Ведь вы же понимаете, что никогда больше не увидите ни мою дочь, ни своего сына! Он вырастет в полной ненависти к вам, считая самым подлым человеком в мире!
— Да? Ну что же, бывает! Передавайте привет Сан Жу, или вы думаете, что поймали меня на крючок, подсунув мне в кровать свою слегка подсушенную престарелую дочурку? Серьезно? — и я понял, что опять оказался прав.
— …! Слов у Сан Ву больше не было, и просто стоял, и тяжело молчал.
— Если у вас все, уважаемый господин Сан Ву, — на слове «уважаемый», я нагло осклабился, — то не смею вас больше задерживать! — после чего развернулся, и направился на выход с арены.
* * *Ночь была удивительно тиха и спокойна, тишину нарушали только трески местных аналогов сверчков. Дверь на садовую террасу была открыта, и сквозь дверной проем можно было наблюдать прекрасные яркие звезды, мириады звезд. Все члены почтенного семейства спокойно спали, кроме главы, тот как раз активно ворочался, думая, как ему разгрести свалившиеся проблемы. Ему было явно не до любования звездами. А в это время, в одном из отдаленных коридоров поместья, тяжелая решетка на стене, внезапно задвигалась, потом по-хитрому извернулась и исчезла в скрытом воздуховоде, про который обитатели поместья даже не догадывались. Из темного провала выскочила гибкая высокая тень. Тень шустро перемещалась по всему поместью, периодически замирая, если на пути попадались сторожа. Хотя эти самые сторожа, так, одно название. Мужики привыкли к тому, что во втором кольце совершенно спокойно, поэтому обычно спали в небольших закутках, выставив парочку дежурных, чисто на всякий случай. И надо же такому случиться, что сегодня, когда они больше всего нужны, парни тупо проспали.
В одной из маленьких комнатушек, в которой совсем не было окон, да и обстановка была довольно спартанской, на уровне местных слуг, никак не могла уснуть красивая девушка. Рядом с ней стояла детская кроватка, в которой спал довольно крупный упитанный младенец. Девушка с тоской вспоминала тот яркий проблеск реальной жизни, который произошел в ее беспросветной жизни несколько периодов назад. И мужчину, который за короткое время стал для нее всем. К сожалению, счастье ее продлилось недолго, она сейчас была всего лишь отработанным ресурсом. Бесплатной нянькой при своем маленьком сыне, как только он научится ходить, его заберут у нее, и тогда останется только эта комната, и редкие прогулки по саду поместья. Ну, и еще медитации для того, чтобы повысить свой ранг. Но без боевой подготовки, ее ранг не имеет никакой ценности, так, остается для престижа, как украшения, особенно после омоложения. Скорее всего ее используют, чтобы подкладывать под нужных людей. Отец не любит разбрасываться никаким ресурсом. А ей оставалось только вспоминать…
Внезапно дверь тихонько отворилась, и из темноты послышался такой знакомый и родной голос:
— Жу, ты здесь?
— Да, это ты, Ген Ма? Что ты здесь делаешь? — привстала Сан Жу, прикрыв заметно увеличившуюся после родов грудь тонким одеялом.
— Да это я! Я пришел за тобой, и за нашим сыном! — прошептала тень.
— Нас поймают, и тебя ничто не спасет! Уходи!
— Так просто ты от меня не избавишься! Поверь мне, мы уйдем, и никто нас не остановит!
— Ты же знаешь, я не могу с тобой спорить, но мне страшно! Хотя еще страшнее, знать, что я больше тебя никогда не увижу! — вдруг сказала девушка, делая шаг к темной фигуре.
— Хорошо, вот возьми, надень это, и заверни ребенка в пеленки, там специальные, темные! — мужчина протянул девушке небольшую сумку.
Сан Жу отбросила, одеяло, и совершенно не стесняясь своей наготы, и молочно-белой кожи, казавшейся нереальной и потусторонней, в свете местного спутника, который прорывался сквозь открытую дверь, начала одевать на себя просторный черный шелковый костюм. В это время мужчина подошел к детской кроватке, и через короткую трубочку выдул в лицо младенцу какую-то пыль. Девушка встревоженно кинулась к нему, но мужчина спокойно сказал:
— Это ему не повредит, часа два проспит, так что не разбудишь, за это время мы далеко уйдем.
— Хорошо Ген Ма, я тебе верю! — и девушка принялся заворачивать младенца в такие же черные шелковые пеленки.
Через десяток минут уже две тени бесшумно ступая обутыми в мягкие кожаные мокасины ногами, пробирались сквозь запутанные коридоры поместья. Но в этот раз все прошло намного проще, так как не надо было заглядывать в каждую комнату, да и сонный порошок, солидный запас которого осел в комнатах, тоже не способствовал обнаружению беглецов. На всякий случай мужчина присыпал свои следы особым составом, вдохнув который любое поисковое животное на долго потеряет способность к преследованию добычи. Спокойно, и даже неторопливо, парочка добралась до неприметного закутка, и Сан Жу с изумлением уставилась на довольно широкое отверстие в так хорошо знакомой стене. Она это поместье с самого детства облазила сверху до низу, и даже не предполагала, про такие его тайны. Тем временем мужчина взял ребенка на руки и поднял его к темному провалу, из которого высунулись сильные руки, и младенец исчез в темноте.
Потом он подошел к встревоженной матери и с видимым удовольствием схватил женщину за ягодицы и засунул ее в воздуховод, после чего сам залез туда же. Через секунду решетка заняла свое место, и никто уже не смог бы догадаться, что тут может находится тайный проход. Я беглецы пробирались по проходу, и Сан Жу только слышала, как ее любимый читал шёпотом странную мантру, на неизвестном, видимо очень древнем языке. И только житель одной восьмой части суши планеты Земля, смог бы перевести странные слова:
«… Знал я и Бога и чёрта,Был я и чёртом, и Богом.Спрячь за высокимЗабором девчонку —Выкраду вместе с забором.Спрячь за высокимЗабором девчонку —Выкраду вместе с забором…»* * *