Подземелья Конфренко 2 (СИ)

Паучий шелк стал отличной заменой латексу. Вообще уникальный оказался материал. Он немного тянулся, изделия из него не пропускали воду, он плохо горел, почти не рвался, был крайне износостойким и еще оказался прекрасным диэлектриком. Более того, разные виды пауков оказались способны выдавать паутину разного цвета. Сейчас у нас производился паучий шелк четырех цветов: белого, опалово-серого, небесно-голубого и глубокого черного. Подземелья оказались весьма щедрыми на добычу. Но и тут я постарался не пускать все на самотек. Для серьезного производства, добыча сырья не должна зависеть от охотничьей удачи. Поэтому яйца пауков собирались, и потом помещались на паучьи фермы, то есть просто большие каменные сараи с крепкими дверями. Естественно все «фермеры» ходили в броне-скафандрах Древних. Когда пауки вырастали до достаточных размеров, чтобы начинать представлять угрозу, их уничтожали и разбирали на ингредиенты уже для другого цеха.
И таких цехов у меня было достаточно много. Были фермы, на которых выращивали различных монстров, если это конечно было в принципе возможно, были фермы, где выращивали корм для монстров. Это, как правило были обычные крысы, или черви, личинки, гусеницы, и прочая легко воспроизводимая живность. А некоторым, например, ядовитым слизням, хватало пищевых отходов с кухни. Потом шли заготовительные цеха, где как раз забивали тварей, и сушили, солили, мариновали, вязали в пучки и прочая и прочая. В заготовительные цеха сдавали свою добычу охотники. Далее уже шла глубокая переработка материала. Материалы шли в оружейные и бронные мастерские, ткацкие и швейные цеха, ювелирную мастерскую, ну и в особый цех ее величества Алхимии. Именно по этому цеху я сейчас и прогуливался. Симпатичные девчонки улыбались и по весело кивали, продолжая при этом свою работу. Учить всему циклу производства препаратов я счел излишним, и применил принцип конвейера.
Девушки передавали полуфабрикаты с одного рабочего места на другое, согласно номерам. А так как в этом цехе готовили множество разных препаратов, то какая операция к какому препарату относится, знал только старшина производства, из особенно доверенных людей. Как бы ни была сильна вера в своих подчиненных, но паранойя — это наше все. Я с удовольствием наблюдал за процессами фильтрации, отстаивания, разделения, центрифугирования, возгонки и прочими манипуляциями. Всего в производственной деятельности было занято больше десяти тысяч человек. Да-да, вы не ошиблись, больше десяти тысяч. Да, изначально все мои люди готовились как воины, и при необходимости, эти девушки и немногочисленные парни достанут из-под одежды оружие и покажут супостату, где живет мать Кузьмы! Но когда я дал им выбор, сражаться или спокойно работать, обладая всем правами члена нашего братства, то четверть всего состава ушли именно на производство. Сюда же парни из боевых отрядов запихивали своих жен и подруг, не желая, чтобы они подвергали свои симпатичные попки смертельному риску в лесах Фелиции.
И да, я, наконец, отошел от коммунизма и начал платить своим работникам зарплату. Деньги, хоть и зло, но это самый простой метод оценить эквивалент вложенного труда. Само собой воины зарабатывали больше всего. И чем выше ранг, тем выше заработок. Доходило даже до того, что бойцам Серебряного ранга отдавали в собственность броне-скафандры Древних, как и древнее оружие. При этом все они, как воины, так и нонкомбатанты продолжали оставаться членами братства «Черные Ножи», и продолжали проходить боевую подготовку. А чтобы они не рисковали жизнью и здоровьем выходя на поверхность, то на втором-третьем уровне подземелий появились свои магазинчики, бары и ресторанчики. Такой себе город под городом. Наша внутренняя экономика росла, и росла она по мере взросления детей. Что же касается прогулок на верхний ярусах стен, и по рынкам с магазинами, то никаких проблем в этом не было. Парни могли гулять спокойно, а девушкам обязательно надо было брать сопровождение. А все потому, что под воздействием новых методик развития, внешность девушек, да и парней тоже, начинала стремиться к идеалу. И всю опасность этого явления я понял слишком поздно.
 
Многие, жаждущие доступной красоты духовные практики Конфренко, упокоились в ритуалах передачи Силы. Но и запереть этих гиперактивных, сильных и подготовленных детей, было слишком фантастической попыткой. А если не можешь бороться, то надо возглавить. Вот и появились регламент и правила таких прогулок, а также правила техники безопасности, силовое обеспечение, и всяческие материальные типы поощрения работников и бойцов. Например, я мог дать им подарочные сертификаты в подконтрольные нам магазины, пропуска в публичные дома, оплаченные ужины в ресторане на двоих или на троих, или на только, сколько баб успел завести себе воин. Как-то так получилось, что гаремы в нашем братстве могли себе заводить только воины. И чем выше ранг, тем больше гарем себе мог завести такой боец. Не все этим правилом пользовались. Но могли, да могли.
По мере появления новых семейных пар, планировалось постепенно заселять второй и третий уровни, подземелий, образуя настоящие поселки. Пока таких домов было еще немного, но дети растут. И им требуется собственный дом. Все же бывшим беспризорникам жизнь в закрытом клановом поселении казалась более безопасной, чем существование в постоянном страхе на поверхности. Ведь в братстве есть жесткие правила поведения и четкая иерархия. А на поверхности сохраняется культ грубой силы. Это неплохо, очень способствует развитию сильной личности, но вот государство при таком строе начинает хиреть и скукоживаться. Впрочем, Конфренко еще до такого далеко. Хотя не развалился город именно благодаря абсолютной центральной власти, и еще потому, что народу деваться просто некуда. Если отселишься из города, то вскорости тебя сожрут, или свои же, городские бандиты прикончат. Что-то я сомневаюсь, что желающих уйти из города не было никогда. Но почему-то о них молчали и никогда не вспоминали.
И да, я даже в земной истории не припомню таких изуверски-извращенных государств. Даже у цивилизации Майа и Ацтеков законы были более структурированные чем в этом городе. Но возможно это из-за того, какие именно личности были основой всего. А личности были никакие, искусственно созданные. Но суть не в этом. Суть в том, что моя банда постепенно превращалась в одну большую корпорация. У которой были свои четко структурированные подразделения, такие как боевые отряды, разведка, экономика, производство, безопасность и прочие. Пока многие дети еще маленькие, я стремился воспитать в них мышление подобное корпоративному. Нюансы, конечно, были, но все же корпоративная структура показалась мне наиболее оптимальной. Да, сначала я создавал банду по типу террористической организации, и боевые отряды, в своем большинстве, так и были сформированы. Но из этих боевых ячеек по мере взросления, получения образования и жизненного опыта, молодежь уходила в новые подразделения, в соответствии со своими желаниями, амбициями и способностями.
А те, кто не хотел, занимались тем, что подбирали новых детей, и воспитывали очередных членов братства. И хотя официально набора в «Ножи» не было, количество вновь принятых членов за эти более чем полгода, составило, по последним отчетам, больше полутора тысяч. И по мере разрастания и усложнения структуры, я все больше жалел, что не стал брать в банду взрослых. Но уже было поздно, основным принципом рекрутирования в нашу структуру, было принятие детей не старше десяти-двенадцати лет. Да, таким детям легко было привить свои идеалы, они легче поддавались обучению. Но. Но при этом в них требовалось вложить намного больше ресурсов. Не только материальных. В первую ресурсов свободного времени. А все потому, что детьми надо было заниматься, и заниматься плотно и серьезно. И все эти полгода, большая часть времени, кроме тренировок и налаживания связей с верхушкой городских властей, у меня занимало именно обучение тех, кто в дальнейшем будет обучать уже нижестоящих.
Я светил своим лицом перед новичками, читал лекции, проводил мастер классы по боевым искусствам и духовным практикам. Водил отряды малолеток в вылазки за стены, где обучал тонкостям выживания и охоты. Достаточно сказать, что спал я не более чем по четыре часа в сутки. Кроме того, я не только сам загонялся, но и заставлял работать и учиться своих ближайших подчиненных. Они выли, стонали, но продолжали выполнять приказы. А все потому, что я донес до них простую мысль — ничего из ничего не бывает. Если они хотят взойти на вершину, то для этого надо пахать как проклятые, по двадцать часов в сутки. Нормальный человек такую гонку не выдержит. Но где нормальные люди, и где духовные практики. А еще девчонки, они сильно помогали. Помогали одним своим присутствием. Хотя Дану я последнее время видел довольно редко. Хорошо хоть спать по-прежнему приходила в мою кровать. Она таки организовала свою сотню сумасшедших девок, и сейчас гоняла их, вместе с моими старшими инструкторами.