Чертова женщина (СИ)

— Нет. Со мной все хорошо. — после того, как отошла от удивления произнесла я. — Где Лана?
— Отдыхает. Позвольте проводить. — Он галантно предложил мне свою руку, которую я приняла. — Вы, я так понимаю, та самая София — это был не вопрос. Утверждение. — Я Рик, младший брат, Вашего зятя.
— Вы очень похожи. — рассеянно ответила я. Теперь, мне кажется, что он походит на хитрого лиса.
— Так, многие многие говорят. — Мы поднялись на второй этаж, и повернули направо. — Лично я сходства не вижу. Он — свирепый, угрюмый и молчаливый. Я — общительный, милый и любвеобильный. Поверьте, пообщавшись со мной побольше, Вы бы это поняли.
Мы дошли до дубовых дверей, открыв которые мужчина пропустил меня вперед. Комната была ярко освещена, лучами заходящего солнце, которые пробивались сквозь тонкие кружевные ткани светло — зеленых занавесок. Убранства восхитили бы взор любой девицы: дубовая мебель, арфа возле низкой софы, набор для вышивания, спицы с цветными нитками, в углу стоял мольберт с начатым рисунком, видимо, какого-то мифического странного зверя. Но это все не имело никакого значения, потому что на небольшой кровати, в прилегающей комнате, лежала бледная, как полотно Лана. Казалось, ее кожа стала прозрачной, оголив тонкие синие вены.
— Боже мой! — Произнесла я и рухнула на колени возле кровати.
Слезы, заполнив глаза, полились через края и потекли по щекам. Моя маленькая хрупкая девочка. Я не успела. Я не смогла придумать способ спасти ее.
— Как же так? — я не скрывала слез и плакала в голос.
— Не стоит так убиваться. — Рик прикоснулся к моим плечам, — девушка спит. Десять-двенадцать часов и будет как новенькая.
— Я должна была забрать ее из этого дома. Знала же, что медведь до добра не доведет. Все кричало об этом. Сколько же он ей зла причинил. Лучше бы при цирке осталась. Как я могла так оплошать…
Мужчина перестал выражать сочувствие. Поставил меня на ноги, уж не знаю, откуда в нем столько силы, встряхнул и, глядя в глаза, произнес.
— София, вытрите слезы, и, давайте-ка по порядку. — Первое — никто бы не позволил Вам забрать Лану из этого дома. Уж не знаю, что там кричало, но мой брат никогда не причинил бы вреда ни одной девушке. — это второе и третье. С его-то моральными принципами он даже голос повысить не всегда способен. Оставлять девушку в цирке, где её постоянно избивает дядя, как и всех остальных, самое неразумное, что Вы могли сделать — это четвертое. А теперь — Он пододвинул кресло и усадил меня. — Расскажите, мне о кошмарах, что так тревожат Вас по ночам. И как это связано с тем, что сейчас происходит.
Я рассеянно огляделась, в поисках чего-то, чего сама не понимала, пока не осознала заданный им вопрос.
— О чем Вы?
— О Ваших снах, София. — Рик, сел на соседний стул, взял мои руки в свои, и чуть тише, продолжил. — Каждую ночь, вы бубните какие-то слова, и просыпаетесь в холодном поту. Хочу знать, что это за слова, и почему они так страшат Вас. Я слышал лишь обрывки, и в основном связанное с животными.
— Слышали?
Хотелось вскочить, но мужчина удержал. Его прикосновения были мягкими, но настойчивыми, и я осталась в кресле.
— Слышал.
Он встал, подошел к столу, налил мне бокал вина и вернувшись, протянул мне с милой улыбкой хитрого лиса. Когда же я приняла напиток, он развернул стул спинкой вперед, сел на него, широко расставив ноги, и облокотился на спинку же, подпер кулаком щеку.
— Я, знаете ли, многое слышу и многое вижу. Талант у меня такой.
Я задумалась. Среди труппы новых людей у нас не было. Но пару месяцев назад, сломались две балки, в шатре для выступлений, за которыми последовало ряд разрушений. Луи нанял посторонних людей, потому как неправильно сконструированные крепежи, могли навредить выступающим, а значит, лишить его дохода. Укротитель был каким угодно, но неглупым.
— Один из строителей… — озвучила я свое предположение
— А Вы догадливы.
Так вот почему он казался таким знакомым.
— Расскажите про сны, София. Я запомнил ряд фраз, которые смог понять: Заичье сердце, тигр, медведь рычит, пламя полыхает. Но для меня это просто набор букв. Мне нравится Лана. Она встала на защиту моего брата. И я, почти уверен, что девушка любит его. Помогите мне, помочь Вам.
 
Я посмотрела в черные, как безлунная ночь, глаза и по какой-то причине, поверила. Может, потому что он высказал то, что я уже знала. Моя маленькая девочка, любит своего супруга. Это стало очевидным в тот день, когда Луи угрожал ей, а она защищалась лишь для того, чтобы не подводить мужа. А может, просто потому что, Рик, действительно, милый. Я глубоко вздохнула и начала.
— Моя прабабка была целительницей и ясновидящей. В народе ее звали ведьмой — враги, и Божьим посланием — друзья. Она видела будущее и лечила больных. Не магией какой-то, а травами и кореньями. Большая часть ее знаний утеряна. Но то, что я помнила, сохранено в записях.
— Да, я видел их.
Хотелось сказать, что меня удивили его слова, но нет. Его облик лиса, проступал все отчетливей и отчетливей.
— На моей бабушке и матери, природа отдохнула, а вот мне кое-что досталось. — продолжала я. — Крупицы былой силы прародительницы. Я не просто называю Вашего брата медведем. В каждом из нас есть животная натура. Она ярко выражена в некоторых людях. В некоторых проявляется по немногу. Кое-кто еле различим. В любом случае, люди, ведут себя сообразно животному, на которого похожи. Мне досталась способность видеть связь людей с их животным я. А так же…
— Ясновидение. — догадался мужчина.
— Очень редко, и очень расплывчато. — кивнув головой, я отпила вина и продолжила. — Чаще всего обрывками, и пророческими фразами. В моей голове вырисовывается картинка, и слышен голос. Главная проблема заключается в том, что я почти никогда не могу понять, что эти пророчества означают. Известно мне лишь одно…
— Что они сбываются?
Я кивнула вместо ответа. Паренек неглуп. Я перевела взгляд с его задумчивого лица, на все еще бездыханную Лану. Она полюбила супруга, а любит ли он ее? Девочка всю себя отдала, чтобы выходить его. Но на что медведь готов ради супруги? Чем он пожертвует? Да, и пожертвует ли…
— Как звучит пророчество?
Голос вернул меня в комнату, отрывая от мыслей о взаимности чувств. Вспомнить слова, что врезались в память, не составило бы труда, а вот довериться незнакомцу было страшно. Он догадался о причине моих сомнений
— Бросьте, София. Мы же с Вами родственники, как-никак. Вы названная мать моей невестки. — хитрец игриво подмигнул, в довесок к словам. Хорош малец, ни дать ни взять. Да еще и чертовски красив. А как мягко стелет… — Тем более, проблема, разделенная на двоих, решается в два раза проще и быстрее.
Вот бы этот брат встретился моей Лане, а не второй.
— Скажите, а Вы женаты? — все же спросила я.
Мужчина звонко рассмеялся, прежде чем ответить.
— Я счастлив в браке, имею прекрасную дочь. — и многозначительно добавил. — Поверьте, как бы я ни был хорош, но определенно не лучше Дэна. Лучше него никого нет.
— Вы так говорите, потому что он Ваш брат.
Я достаточно пожила, чтобы знать о двух типах братьев. Одни, друг за друга горой, и в огонь, и в воду. Вторые пылают лютой ненавистью друг у другу, и стараются разъехаться как можно дальше. Дэн и Рик относились к первому типу.
— Пожалуй, Вы правы. — протянул собеседник. — Но это, никоим образом, не мешает моим словам, быть правдой. Тем более, я почти уверен, что и Дэн любит Лану. А какой мужчина может быть лучше любящего!
Я не стала спорить с его утверждениями. Время покажет.
— Видение состояло из двух частей. Первое звучит так:
Тигр медведя не одолеет.
Заячье сердце сожмётся в груди.
Река на багровых холмах голубеет.
Зайчиха сгорает внутри.
— Так, ну медведь — это Дэн, а Тигр, я предполагаю, укротитель, верно?
Я кинула.
— То, что он не одолеет моего брата, это очевидно. Его никто не одолеет. По крайней мере, я таких не знаю. Зайчиха — это Лана?