Современный венгерский детектив

— Возможно, все это верно, — сказал Шалго, хотя доводы Балинта ничуть не убедили его. — Только речь сейчас идет о более важном.
И он передал майору Балинту указание полковника Кары.
— Разумеется, когда вы будете допрашивать Салаи о Сильвии, не забудьте спросить его и об Эрихе Фоксе, — заметил Шалго.
— А вы не хотите прокатиться со мной в Веспрем? — спросил Балинт. — Моя Эржи, думаю, была бы рада…
— Нет, не могу.
— А куда вы собрались? Не затем же только вы приехали сюда, чтобы передать мне указание полковника Кары?
— Собственно говоря, я хотел попасть в Фюред, а сюда заскочил, чтобы уговорить и тебя поехать со мной.
— А что там, в Фюреде?
— Я хотел бы выяснить, что именно Хубер искал в Балатонфюреде. Но сейчас для нас, пожалуй, важнее Салаи.
Балинт засмеялся.
— Чудные мы все-таки люди, — с подкупающей искренностью сказал он. — И у каждого свои мысли, своя интуиция. Меня, например, больше всего интересуют Тибор Сюч, Беата Кюрти, а вас — этот Хубер. Знаете что, давайте съездим туда завтра, ладно?
Шалго пожал плечами, пожевал губами и сказал:
— Возможно, это и не понадобится. Если Хубер передаст нам список агентов, вся проблема решится сама собой.
В то время, когда происходил этот разговор Шалго с майором Балинтом, Лиза сидела у себя в гостиной и прослушивала магнитофонную запись с виллы Табори. «Надо же, а я сейчас совсем одна!» — сокрушалась она, сразу же поняв по тону разговора Хубера с Герцегом, какая Хуберу грозит опасность. Видимо, Герцег затем и пришел в дом Табори, чтобы покончить с Хубером.
А беседа на вилле Табори принимала все более резкий характер.
Лизу бросило в жар. «Нужно что-то предпринять! Срочно! Только не растеряться. Бывала я во всяких переплетах, — успокаивала она себя. — Возможно, Хубер уже составил список, и, если он попадет сейчас в руки Герцега, тот, разумеется, первым делом уничтожит список. Нужно помешать этому! Но как? Если бы у меня было оружие! Можно было бы подобраться к дому и подстрелить этого Герцега…»
Лиза смотрела на медленно вращающуюся катушку миниатюрного магнитофона. «Домбаи!» — вдруг мелькнуло у нее в голове. Лиза набрала нужный номер.
— Товарища Домбаи нет в кабинете, — ответила секретарша. — Но я сейчас поищу его. Подождите, пожалуйста, у аппарата.
Потянулись минуты, казавшиеся Лизе часами. Она продолжала напряженно вслушиваться в спор Герцега с Хубером. Но вот в телефонной трубке послышался знакомый голос Шандора Домбаи:
— Привет, Лиза! Что-нибудь случилось?
Лиза, словно боясь, что ее могут услышать на вилле Табори, шепотом рассказала Домбаи, что там в эти минуты происходит.
— Я сделаю немного громче и приложу трубку к динамику. Слышишь их голоса, Шандор?
— Отлично все слышу.
— Что же мне делать?
— Погоди, дай подумать.
В динамике подслушивающего устройства раздался шум. Кажется, на вилле Табори опрокинули стул или кресло.
— Что там такое, Лиза?
— Не знаю, может быть, подрались.
— Наверное, Герцег ударил Хубера, — предположил Домбаи.
— Возможно. Так что же мне все-таки делать?
— Спокойно, Лиза. Пусть они продолжают мило беседовать. Может, мы услышим что-нибудь интересное и для нас. Ты записываешь все это на пленку?
— Да.
«…Подойдите к отопительной батарее и загляните за нее!» — донесся голос Хубера.
— Хубер знал, что у него в комнате аппарат подслушивания? — спросил Домбаи.
— Как видно, знал, — ответила Лиза.
— Тогда можете передать Эрне, что это была не самая удачная выдумка.
— Эрне не знает об этой выдумке ничего. Аппаратуру подслушивания установила там я.
— Все равно это явный промах… Алло, Лиза, что… случилось?
— Герцег нашел микрофон и выключил передатчик.
— Дело дрянь, черт побери!… Подождите, Лиза, оставайтесь на месте.
И вдруг заработал телетайп. Лиза быстро пробежала глазами текст, все еще не понимая, чего хочет Домбаи.
Дождь барабанил по оконному стеклу. Порывы ветра с такой силой гнули могучие деревья, что казалось, вот-вот их вырвет с корнем.
— Лиза, слушайте меня внимательно, — снова зазвучал голос Домбаи в телефонной трубке. — Соберите все свое мужество и делайте так, как я скажу. Отправляйтесь на виллу Табори и выступите перед Герцегом в роли агента Хубера. Ясно?
 
— Ясно.
— Герцег наверняка поверит.
— А если не поверит?
— Поверит! Хубер же вас поймет сразу и подыграет вам. Тем временем я соединюсь с Веспремом и распоряжусь срочно выслать к вам на помощь оперативную группу. Идет, Лиза?
— Идет. Все равно больше ничего не остается.
— Вы боитесь?
— Боюсь.
Конечно, ей было страшно, но она сделала все так, как ей сказал Домбаи, и план его удался.
Казмер с чемоданом в руке постучался к Лизе. Дождь уже почти перестал, в воздухе посвежело.
— Вот гроза так гроза была! — проговорил он, окинув взглядом посеченные градом кусты. — Вы не скажете, куда ушел господин Хубер?
— По-моему, он пошел в гостиницу.
— А ключи? Он вам не оставил?
— Оставил. А твои-то ключи где?
— У мамы. — Казмер сел на скамейку, вынул из пачки сигарету, закурил. Лиза, достав из ящика кухонного стола ключи, протянула ему и снова принялась раскатывать тесто.
— Уж не гостей ли вы ждете, тетя Лиза?
— Сегодня вечером у нас ужинает господин Хубер. — Лиза подошла к молодому человеку и остановилась перед ним, вытирая руки о передник. — Но только доложу тебе, дружок, что твоя мамочка обманула меня, сказав, что пойдет к врачу. Я хотела срочно поговорить с ней, позвонила всем здешним врачам, но ни у одного из них ее не нашла.
Казмер взглянул на часы.
— Не к врачу она пошла, тетя Лиза, — хмуро сказал он, — а в церковь.
— В церковь? — Глаза Лизы округлились от удивления. — Не разыгрывай меня, Казмер! Во всем Балатонэмеде нет, наверное, другой такой безбожницы, как твоя мать.
— И все же это так, — ответил молодой человек и тяжело вздохнул. — Она стала верующей и тайком ходит в церковь.
— Давно?
— Вот уже несколько недель. Ума не приложу, что с ней произошло.
— Да она что ж это, с ума сошла под старость?! — воскликнула Лиза, опускаясь на табуретку.
Казмер, склонив голову, молча теребил бахрому скатерти, словно радуясь, что нашел занятие и может не смотреть Лизе в глаза.
— Какая-то она нервная стала. Иногда ночи напролет не спит. Все ходит по комнате. Я слышу ее шаги. А сегодня под утро пришла ко мне, — Казмер поднял голову, — сказала, что ей очень плохой сон приснился. Стала уговаривать меня, чтобы я немедленно уехал отсюда.
Лиза вскинула брови.
— Уехал? Куда?
— Все равно куда, говорит, только чтобы уехал… Я хотел бы попросить вас… — Казмер почти умоляюще посмотрел на Лизу, и она поняла, что его терзают какие-то тревожные мысли.
— Пожалуйста.
— Очень прошу вас, присмотрите за мамой. Я скоро уеду в командировку. В Москву. Ей будет трудно тут одной, без меня. А вас, тетя Лиза, она очень любит.
— И я ее люблю. Можешь спокойно ехать. Я позабочусь о ней… Но разве ты не останешься ужинать? — спросила Лиза, видя, что Казмер встал и собирается уходить.
— Я пообещал маме, что зайду за ней. — Казмер снова взглянул на часы. — Мне пора… Вы слышали, тетя Лиза, Еллинека-то арестовали?
— Еллинека? Это кто такой?
— Неужели вы не знаете? Фотокорреспондент агентства Рейтер, из Вены.
— А откуда мне было его знать? Меня он не фотографировал, интервью не брал… И за что же его арестовали?
— Якобы по дороге от границы до Будапешта он фотографировал казармы и военные объекты. Так, во всяком случае, говорят в гостинице.
— И когда же его арестовали? Кто?
— Час назад. Майор Балинт.
Шалго медленно шел по садовой дорожке. Лицо его было задумчивым, пасмурным. Казмер поздоровался с ним, но Шалго в ответ только слегка махнул рукой. Поднявшись на террасу, он поцеловал жену и грузно опустился в кресло.