Сердце техноцита (СИ)

Забракованных растений было немного. Причин, почему они их вычеркнули из списка — тоже нет. Я распорядился на всякий случай их исследовать получше, и Белая предложила обратиться к знакомому алхимику с лабораторией в городе.
Просто на всякий случай. Тем более, что почти все эти растения относились к добытым на нижних этажах в культуре интри. Выращенные мной образцы их пищи были забанены абсолютно все. Видимо, что-то они со своими растениями делали сильно не то.
С этим списком я начал рост полей в защищенном первым боевым отрядом некродендроидов во главе с Наги болоте, где обитали ящеры, а затем устроил геноцид насекомых в локации между стылой кашей и двойной локацией хобгоблинов.
Это позволило засеять нужными культурами ещё две локации, после чего начали расширение в сторону земель эрану. Их последнее место стоянки имело обитаемую область где-то в шестую часть всей локации, а дальше шли бесплодные горы и сухая, потрескавшаяся земля. Ситуацию спасал лишь тоненький водопад из дыры в стене, которая вела в соседнюю локацию.
Стоило там рассадить водяные кувшинки, и место преобразилось. С моим появлением место превратилось в полноводную реку, которая насытила жизнью умирающую локацию, позволив высадить ещё ряд культур.
К тому времени на захваченных болотах уже подрастал первый урожай риса.
— Готово, Арк! — поймала меня усталая Сайна. — Теперь в локации моула мой первый автономный сборочный конвейер на солнечных батареях.
— Поздравляю.
— Да нет, это я тебя поздравляю! Теперь за твоими дендроидами пойдут мои роботы-осветители с прожекторами. Никакая магическая дрянь не пройдёт!
— Осталось только сделать этих самых дендроидов, — через силу улыбнулся я. Тяжёлая работа на пределах сил никуда не девалась. Я уже с нетерпением ждал, когда всё начнётся. Подготовка начинала сильно утомлять.
Но на этот раз без неё было никак.
Нам нужен был ударный кулак и возможность создать плацдарм. Внизу полно земли. Моя сила там возрастёт многократно!
Главная ударная сила из некродендроидов тоже не создавалась мгновенно. В окружении нескольких духовных деревьев на пятнадцатом, которые я некогда вырастил, шёл другой конвейер. Тумор силами Древа-лифта доставлял тела погибших и обескровленных монстров во время искусственных гонов под раффлезиями.
К счастью, ассимилировать тела, чтобы плодить миньонов, лично нужды не было, потому процесс проводился двумя созданными в терминале на замену высшими.
Сейчас мне было в первую очередь нужно было подчинение и строгое исполнение приказов, так что никаких экспериментов — оба были созданы из высшей нежити, причём не самой умной — скелета-рыцаря и могильного мародёра. Первый — просто сильный мечник-танк, второй — что-то вроде продвинутого скелета-лучника.
Мои познания в некромантии всё ещё были слабоваты, чтобы полностью понимать как устроены мои мёртвые помощники, и полагался почти полностью на растительную ветку. Прекрасно при этом помня, что лояльность обладающих душой слуг не может быть стопроцентной — это всегда в том числе и выбор самого существа.
Но в любом случае, новички ещё очень нескоро соберут кусочки новой личности. На первых порах высшие некродендроиды мало чем отличаются от простых зомби.
Тем временем, план шёл как задумано и без сбоев.
Временная база на десятом, перевалочный пункт, ставший возможным благодаря обилию в локации местных. Поставки семнадцатых. Постоянное расширение состава некродендроидов. И оповещение проходчиков в городе о начале эпохального события, которое подарит всем безграничные запасы земли.
Со своей стороны я учёл всё.
Так мне казалось до первой встречи с врагом.
К счастью, это было не боевое столкновение армий, а всего лишь разведка.
— Как такое возможно? — спросил я у Тумора, но ответить он мне не мог. Сейчас мы вместе изучали то, что пришло от растений, оставленных на двадцатом.
Враг пересобирал локацию и тасовал участки земли, но средств определить наши способы слежки враг не мог. С растительной цепью король механизмов был не знаком, иначе пытался бы сейчас активно отравлять землю химией и выкорчёвывать всю растительность.
 
Но мир на двадцатом и без того неузнаваемо изменился.
Я коснулся сознанием трав, и перед глазами промелькнули переданные растением от других растений образы громадных заводов, выпускающих по конвейеру боевые тела техноцита — сплетённые с техникой мёртвые тела.
В небе над двадцатым появилась железная жизнь. Вернее, не-жизнь. Костяные птички, зажатые в металлические доспехи и напичканные антигравами и ускорителями взамен привычных перьев и хлопков крыльев.
Они внимательно следили за каждым сантиметром земли и травы, но понять, что за ними следит сама трава, не могли.
Потянулся дальше. В соседней локации, отделённой от перехода наверх, шагал отряд из шести четырёхметровых боевых механизма. Шагающие издали напоминали те, что нам передавали с семнадцатого. Но только издали — вблизи машины сияли изнутри некротизмом, видным через щели в броне.
Капли зелёной ядовитой магии капали на землю, убивая траву рядом с собой.
Дальше я увидел ещё разворачивающийся военный конвейер, собиравший сплавы из бронированных мёртвых тел с колёсами и теми же антигравами. Прямо передо мной такой новенький поднялся, выпав в конце конвейера, подъехал к пятерым таким же и затем все теперь уже шестеро — со скоростью километров под двести резко рванули в другую локацию.
Он решил построить здесь базу? Зачем, если у него есть двадцать первый и возможно ещё один-два под ним?
Я потянулся сознанием дальше и вскоре услышал восклицания Тумора:
— Мать моя… это ещё что такое? — пронеслось в шелесте трав его бормотание.
Впереди, посреди выгоревшего чёрного поля с редкими вкраплениями белоснежных светящихся камней на полу, возвышалось стальное дерево, окружённое шестёркой высоких башен, с дырой рядом с основанием и длинным шестом.
По чёрному полю, некогда покрытому биолюминесцентной бирюзовой травой, бродили зомби с признаками механизации, и собирали светящиеся осколки невесть откуда взявшихся белых камней.
Затем у одной из башен появилась платформа. Она поднималась по шесту, а на ней стояли замершие особи техноцита — судя по всему, рабочие. После приехал и другой лифт снизу — на нём оказались горы упакованного оборудования. Реактивные ранцы, как те которые делали внизу на том заводе я узнал сразу. Назначение остальных вещей определить на вид я не смог.
Разглядеть, что находится в ветвях стального древа я не мог. Растения не ощущали там ничего. Но у этой проблемы было решение в виде распространения летучих грибных спор.
Практически не прокачанная ещё мной ветка грибов позволяла вести примерно те же способы слежки, как и через растительную сеть. Грибы имели свои способы связи друг с другом. Но увы, видимость оставляла пока что желать лучшего.
Выпустив облако спор, я вскоре смог создать незаметные крохотные грибные колонии, чтобы распространять споры всё дальше. На это ушло ещё почти пол дня. Но поскольку отлаженный процесс получения пищи и строительства некродендроидов уже не нуждался в моём постоянном участии, я счёл такие траты времени разумными.
Благодаря летучим спорам удалось издали увидеть в самом центре кроны дерева, вмурованный в столб стальной кирпич размером где-то в двадцать на двадцать метров. Такой себе стальной ящик или гроб.
Подлететь ближе не удалось. Дерево оказалось ещё и окружено каким-то электро-магнитным полем, которое довольно быстро пожгло грибные споры ещё на подлёте.
Тумор мрачно посмотрел на меня, когда мы вместе вышли из медитации и связи.
— Что думаешь? — наконец, осторожно спросил он.
— Мы готовились к тому, что видели там, когда ушли. Но я был прав, нужно было спешить и атаковать сразу. Проходить такое мы пока не готовы.
— Можно не спешить и тоже наращивать мощности…
— Нет, — отрезал я. — Это гарантированный слив, старик. Я уже говорил Сайне как-то об этом. Даже если семнадцатые решат нам помогать в открытую и приведут с собой все остальные сектора поблизости, экономическая победа против техноцита невозможна. Под его контролем ресурсы чёрт знает скольки секторов. К тому же, мы обещали дать людям возможность набрать земли. Промедление заставит их думать, что их кинули, и тогда о поддержке города в будущем можно забыть.