Я хочу тебя (СИ)

Отстегнул усатому мужичку-арендодателю несколько купюр, проводил его до двери, закрылся на все замки...
И обернулся.
— Я в душ, – Лара стянула шубку и кинула ее на черную ветвистую вешалку в прихожей. Отбросила за спину волосы, почапала в ванную и с грохотом там заперлась.
— Ты кофе хотела? – вспомнил вдруг Демьян расставленные на столе в спа-салоне кружки. Он снял куртку, остался в белом, под горло, свитере и черных брюках.
Белый цвет ему идет.
Особенно, этот свитер. Толстой вязки, колючий, я знаю, на прошлой неделе случайно налетела на Демьяна на работе у папы и царапнула щеку.
— Кофе на ночь вредно, – опускаю глаза на пакет на полу, в котором заманчиво просматривается бутылка с молоком и расстегиваю куртку. — Спать лягу.
На самом деле, когда мы поднимались сюда, я рассчитывала первым делом завалиться на кухню и согреть чаю, зеленого, с молоком, Демьян там еще купил шоколадку, я видела.
Но в одном с ним помещении мне душно и воздуха не хватает, его тяжелая энергетика пожирает весь кислород.
— В чем дело, Алина, – он шагнул ко мне, задев пакет, и оттуда выкатилось на паркет зеленое яблоко.
За дверью ванной шумит вода. И Лара во весь голос напевает какую-то идиотскую песню.
Я стою.
Руки Демьяна коснулись воротника моей куртки. И он медленно, словно на стриптизе, стянул ее с моих плеч.
Вздрогнула.
— Ты же сказала, что не боишься меня, – его голос низкий, хриплый, по чувствам ударил, словно по клавишам и запустил по телу мурашки, его запах морозный, с мятой, под кожу забрался, как парализующий газ.
— Я и не боюсь, – подтвердила и чуть назад завела руки, он снял с меня куртку и бросил ее нам под ноги.
— На меня посмотри.
Это не приказ даже, ведь приказа и ослушаться можно, это гипноз, мощный и черный, и я подняла глаза.
Запрокинула голову.
— Сказать мне ничего не хочешь? – его взгляд неотрывный, не в глаза, а глубже сразу, минуя тело, он сканирует душу.
— По поводу? – облизнула пересохшие губы.
— На счет той подворотни.
И моей помощи.
— Спасибо. Я уже сказала.
— Слышал. Но я жду другое, Алина, – он шагнул ближе.
В подъезде гудит лифт. На кухне холодильник. В ванной шумит вода, поет Лара.
Я не понимаю, чего он от меня хочет.
Отступила назад, он шагнул ближе. Попятилась еще, и он тоже придвинулся. Еще один короткий шаг, и я уперлась лопатками в стену, тонкой футболкой повозила по шершавой мраморной крошке и замерла.
Его ладонь тут же впечаталась в стену возле моей головы, а за ней и вторая. Он навис надо мной, к моему лицу склонился.
— Как можно быть такой глупой, Алина, – он усмехнулся, и на миг показались ровные белые зубы. — Отцу твоему я ничего не сказал. И "Спасибо" – меня не устраивает.
Эта краткая улыбка, приправленная легкой издевкой – она просто неотразима.
А он словно не знает этого, так редко, так скупо улыбается.
— Чего ты хочешь?
Спросила. И уже сама поняла, по его лицу, я помню этот голодный блеск в его взгляде, я узнала его и влажными ладонями вцепилась в край футболки.
— Я хочу тебя, – выдохнул он.
Всего три простых слова, и у меня пропал голос, и внутри вихрь поднялся, из паники и стыда, ведь я стою, прижавшись к стене, на это мужчину смотрю и не могу отвести глаза.
— Что не так, Алина? – его ладонь опустилась ниже, пальцы задевают мое плечо.
Меня колотит, будто я на морозе голая, инстинктивно сжимаюсь, как от лютой метели от него.
— Отойди, – просипела.
— Громче, – он наклонился к моим губам.
— Демьян, отойди, – повторила, в сантиметре от его рта.
— Еще громче, Алина.
— Уйди! – выкрикнула и вскинула руки, толкнулась в каменную грудь.
И он отступил. Хмыкнул, взъерошил волосы и развернулся, вернулся к двери, поднял яблоко. Подхватил пакет.
— Я просто убедиться хотел, – он снова подошел ближе, — что с тобой сюрпризов не будет, как с сестрой твоей. Что не будешь лезть к плохим дяденькам. И баксы у них воровать, – он двинулся на кухню, и добавил, не оборачиваясь, — чай хочешь?
  
Глава 7
  
Едва я села на кровати, и задела ногой картонный пакет, которого вчера не было в спальне. Заглянула в него, и увидела новую одежду для себя – обычные темно-синие джинсы и черную шелковую блузку, и кардиган.
Все новое.
Как и яблочный смартфон, с уже вставленной сим-картой.
И принес это Демьян.
Он был здесь, пока я спала. Стоял над моей кроватью. Может, даже касался.
Страшно и волнующе от этих мыслей. Но больше — страшно.
Я заглянула на кухню. Там тихо, но я чувствовала, что Демьян сейчас там.
Именно так и оказалось.
— Доброе утро, – поздоровалась я, и Демьян кивнул, но голову ко мне не повернул.
Даже не взглянул, продолжил полировать свой нож – любимое его занятие. Некоторые четки перебирают, некоторые спиннер крутят, а Демьян полирует свой нож, больше на кинжал похожий.
— Спасибо за одежду, – поблагодарила я, и Демьян снова кивнул. — И за телефон.
Снова кивок.
Этот мужчина никогда не перестанет меня пугать. Не только родом своих занятий. Я просто его не понимаю, оттого боюсь еще сильнее. И чувствую его присутствие каждой клеткой своего существа, каждым волоском.
— Я позавтракаю в универе, – сдалась я. — Ларе скажешь, что я убежала, ладно?
— Ларису будет сопровождать Кастет, а я тебя. Идем, – мужчина поднялся со стула так резко, что я зачем-то сделала шаг назад от него.
— Кастет?
— Костя, – пояснил он. — Едет уже, будет охранять клофелинщицу.
— Хорошо. Но мне охрана не нужна, – нахмурилась я, и поняла, что влипла.
Я бы не спорила с Демьяном. Стерпела бы то, что за мной весь день будут ходить следом, но только не сегодня. Сегодня мне не нужно ничье общество.
— Тебя забыл спросить, – Демьян приподнял бровь, и я прочла в его взгляде насмешку. — Одевайся, и выдвигаемся.
— Но…
— Или я иду с тобой, или ты остаешься дома. Прогуляешь один день, и ничего страшного. Не отупеешь от этого, – сухо произнес он.
Вот же черт!
Я не могу поехать в университет вместе с Демьяном, ведь мне нужно не на учебу. За часть предметов я получила зачеты автоматом, и некоторые дни освободились. И сегодня как раз такой день.
Но и дома остаться я не могу, ведь сегодня приезжает мама.
Всего на пару часов, чтобы встретиться со мной на фудкорте. Посидеть рядом, посмотреть друг другу в глаза, и разойтись в разные стороны, чтобы отец не узнал про наши встречи — вот мой план на первую часть дня.
Я заслужила встречу с мамой, мы видимся два раза в год, а то и реже. Тогда, когда отец загружен, и есть вероятность, что он не узнает о приезде своей бывшей жены, которой запретил с нами встречаться.
— Мы остаемся, – Демьян устал ждать, развернулся, и хотел вернуться на кухню, чтобы продолжить полировать свой чертов нож.
— Нет, стой, – я вцепилась в него, и тут же отдернула руку. — Поехали. Только мне нужно в книжный заехать сначала, так что в ТРЦ, а потом в универ.
Мы вышли из дома, и оказались на декабрьском морозе. Я всегда любила это время года, считала отрадой после грязного и слякотного ноября. Город украшен к Новому Году, глаза радуются. Ни холод, ни гололед не портили моего настроения, но в этот раз все действовало на нервы.
Слишком многое случилось за эти сутки, и я лишилась последнего, что у меня оставалось – личного пространства.
— Нет, в другой торговый центр, – попросила я, когда Демьян хотел повернуть к «Глобусу». — Мне нужен тот, что у площади. Я заказ делала в книжном, самовывоз только там.
— А потом на учебу? – поинтересовался Демьян.
Кажется, поверил мне. Отец как-то говорил, что у Демьяна нюх на любую ложь. Что он круче любого детектора лжи. Что если я солгу, что на обед брала не винегрет, а борщ, то он поймет.
Видимо, отец просто приукрасил действительность, и Демьян – обычный человек.