Надломленные оковы (СИ)

— Слушаю, великий кушуру! — ответила взрослая Кенира с явной насмешкой.
Я засмеялся в ответ. Не знаю, для чего до сих пор придерживался этого нелепого маскарада, но театральная постановка «старый сенсей обучает ученицу кунг-фу» стала настолько привычной, что я не стал ничего менять, даже когда эта ученица совсем уже выросла.
Я взмахнул широким рукавом, и бамбуковая роща вокруг нас пропала, сменившись ещё одним местом из гонконгских боевиков. Мы очутились в круглом зале, где на равном расстоянии друг от друга в нишах стояли статуи буддистских монахов, принявших стойки различных боевых стилей, а точнее — моего представления об этих стилях. На стенах, сделанных ступенчатыми террасами, ровными рядами располагались тысячи горящих свечей.
— Как считаешь, ученица, каким будет твоё следующее задание? — пытаясь напустить в голос загадочности, спросил я.
— Гасить свечи? — предположила Кенира. — Я таким занималась уже много раз.
— Верно, да не совсем. Ты должна гасить только красные свечи, не трогая белые.
— Но они же вперемешку! — недовольно сказала Кенира. — И дай угадаю, если я случайно погашу белую свечу, всё начнётся сначала?
Я довольно кивнул. Впрочем, чтобы догадаться, гением быть не требовалось — похожие упражнения мы проделывали и раньше.
Кенира вздохнула и направила вперёд палец. Я не стал ей говорить, что руки использовать не следует, это станет одним из следующих этапов. Две красные свечи, стоявшие одна под одной, мигнули и погасли.
— Неплохо, — сказал я и осёкся.
Накатившее внезапно тревожное чувство ледяной ладонью ухватило за сердце.
— Ульрих, всё в порядке? — насторожилась Кенира. — Мне что-то не по себе!
— Нет, что-то не так! — мотнул головой я. — Просыпаемся!
Сон подёрнулся туманом и пропал. Вновь почувствовав под собой жёсткие ветки лежанки и прижавшееся ко мне тёплое тело Кениры, я приоткрыл глаза. Казалось, ничего странного не происходило. Несмотря на глубокую ночь, было довольно светло — две луны, Криаз и Тагунар, стояли в зените и усеивали окружающее пространство раздвоенными тенями. Почти идеально ровную каменную площадку, на которой мы расположились, с трёх сторон прикрывали скалы, так что опасности следовало ждать лишь с одного направления. Встретившись взглядом с уже проснувшейся Кенирой, я указал на спящего Рахара. Она кивнула.
Быстро натянув ботинки, я тихо встал и начал собираться. Сунул за пояс оба ножа, проверил мешочек с «заряжёнными» камнями для пращи, поднял и намотал на руку болас. Затем наклонился и разъединил половинки обогревательного артефакта. Кенира подхватила топор, подошла к Рахару и несколько раз пнула его ногою в бок. Тот, проснувшись, недовольно всхрапнул.
Стояла полная тишина, где-то вдалеке раздавался истошный крик ночной птицы, порывы прохладного ветра отдавались свистом в окрестных скалах. Ничего, абсолютно ничего не свидетельствовало о неладном. Может, конечно, мне показалось, может я воспринял собственную накопившуюся нервозность за признак настоящей опасности. В этом случае наибольшее, чем мы рискуем — сокращением ночной тренировки. Так что я не стал поступать как герои многочисленных фильмов ужасов, которые, услышав странный звук или отдалённый вскрик, решали, что им послышалось, и продолжали заниматься своими делами. Я безгранично доверял Ирулин и её силе, к тому же подобное предупреждение однажды уже спасло нам жизнь, поэтому отнёсся к ситуации самым серьёзным образом.
— Собираем вещи, оставляем всё, без чего можно обойтись, — сказал я тихо. — Сейчас главное — скорость.
Кенира кивнула, подхватила котелок и начала пристраивать его на седле Рахара.
— Удивительное дело! — раздался новый незнакомый голос. — Мы-то надеялись застать тебя врасплох.
Кенира дёрнулась повернула голову. Я тоже вздрогнул от неожиданности. У входа в расщелину, где секунду назад никого не было, возвышались две тёмные фигуры. Незнакомцы с какой-то противоестественной синхронностью сделали шаг вперёд и вышли из тени. Теперь яркий свет двух лун позволил хорошо рассмотреть их обоих.
 
Оба были одеты в похожие кожаные одежды, количеством заклёпок напоминающие то ли костюмы металлистов, то ли прикиды байкеров. Усиленные кожаные вставки покрывали плечи, локти и колени, высокие ботинки поднимались до середины голени. К широким ремням на груди крепились ножны нескольких клинков, из-за плеч каждого виднелись рукояти какого-то оружия. Я бы решил, что это мечи — но на поясе у обоих среди подсумков и прочей экипировки висело по короткому мечу и кинжалу. Один из был высок и худощав, а второй — пониже ростом и покрепче телосложением.
Незнакомцы выглядели очень серьёзно и очень опасно. Тот факт, что они умудрились нас выследить на таком расстоянии и, если бы не сила богини, застать врасплох, многое говорил об их профессионализме. У ног одного из них низко пропало к земле животное, похожее на длинноногую крысу размером с сенбернара.
— Как вы меня нашли? — спросила Кенира.
Я готов был аплодировать вопросу. Во-первых, она отвлекала внимание разговором, а во-вторых, использовала слово «меня», а не «нас», тем самым дистанцируясь от моего участия.
— О, это было нелегко! — рассмеялся тонкий. — Все считали, что ты либо попытаешься где-то затаиться, либо направишься к границе. Остальные где-то до сих пор толкутся в приграничных городках и их окрестностях. Но не мы.
— Мы просто умнее, — криво усмехнулся коренастый. — Если бы ты поступила, как все ожидают, у нас не было бы ни шанса. Так что хочу высказать благодарность. Ты сделала неожиданный ход, отправившись на север, и это могло сбить с толку кого угодно. Но не нас.
Совершенно неожиданно я почувствовал раздражение от ощущения, что эту речь они репетировали заранее, согласовав даже окончания фраз.
— Как и сказал мой друг, — продолжил тонкий, — мы просто умнее. Так что хорошо подготовились. Его Высочество Одари Раэ одиннадцатый не отказал в маленькой просьбе снабдить нас вещью с твоим запахом, а с остальным справился вот этот красавец!
Тонкий чуть склонился и похлопал крысу по голове. Та в ответ радостно запищала и совершенно по-собачьи вильнула длинным хвостом.
— То есть шансов у меня не было? — спросила Кенира.
— Нет, почему? — осклабился Коренастый. — В первый день ты неплохо постаралась, сбивая следы. Да и позже… Несколько попыток вышли вполне удачными. Ты правильно сделала, что прибегла к помощи сообщника.
— Какого сообщника? — удивилась Кенира.
— Не притворяйся! Вот этого толстяка. Могла бы, кстати, подобрать кого-нибудь получше и помоложе. Мы расспросили торговца и всё узнали!
— Я не знаю никакого торговца, — поджала губы Кенира.
— Он тебя тоже. Зато знает жирдяя. Жирдяй проработал у него всё лето, на вырученные деньги купил тигилаша и направился куда-то на родину. Мы сначала не обратили на это внимания, но тигилаша — не та тварь, которую можно не заметить. И ни в городе, ни на пограничной заставе толстяка на шестиногой ящерице никто не видел. Нам пришлось хорошенько пошарить по округе, а потом Носач уловил твой запах.
Я стиснул зубы. Убедительная ложь, сочинённая Жорефом чтобы объяснить моё отсутствие, не помогла. Против чувствительного носа ищейки у нас не было ни шанса.
— Что со мной будет? — спросила Кенира, громко сглотнув.
— Ты поедешь к Его Высочеству, мы заберём свои деньги, может даже выйдет получить что-то сверху. Надеюсь, ни ты ни толстяк не наделаете глупостей. У вас ничего не получится, будет только больнее.
— Пожалуйста, не надо! — взмолилась Кенира. — Вы не знаете, что со мной сделает принц!
Коренастый рассмеялся.
— Может и не знаем, но догадываемся. Мы всегда наводим справки о работодателе. Так что в курсе, какой Одари больной ублюдок. Извини, ничего личного. Хотя…
— Что, «хотя»? — насторожилась девушка.
— Мой друг хочет сказать, что мы можем перевести всё в личную плоскость, — рассмеялся Тонкий. — Ты очень красива, даже красивее, чем на люксографии. Будет очень печально, если такая красота пропадёт зря. В нашем контракте сказано, что тебя следует доставить живой и без увечий. Но, в отличие от стерженька Одари, наши жезлы становятся твёрдыми и без пыток с мучениями.