Волчий трон (СИ)

Я не видел, как они ее добывают, но они притаскивали с собой таких огромных морских гадов, что своими размерами превышали самих охотников в несколько раз. Вот здесь я и убедился, что у них прекрасно работает ночное зрение. Близко не мог подобраться, чтобы понаблюдать, но я видел огромные гранитные волноломы, закрывающие собой удобную бухту и разрушенный, когда-то величественный пирс. Видно предки этих деградировавших летающих монстров, были когда-то искусными строителями.
И еще появилась одна неприятная для меня новость. Виверны оказались не просто хищниками, умеющие выпускать огнешары, но и были ментоактивными существами. Обнаружилось это совсем недавно, когда я услышал как бы эхо ментального зова, но наличие у меня ментальной защиты, не давало точно определить его источник. Тогда я снял с себя этот амулет, постоянно подпитываемый моей аурой и тут же почувствовал, как ментальное щупальце начинает проникать мне в голову.
— Разумный! — зашелестело у меня в мозгу — верни все, что взял в сокровищнице, иначе мы тебя найдем и будем жрать по кусочкам! Подвергнем таким пыткам, что ты будешь молить о смерти!
— Пошел в жопу! — тут же выкинул этот склизкий кусок из своей головы и опять надел ментоактивный амулет и пробормотал сам себе — раз не могли найти до сих пор, значит не найдете и впредь, а все ваши артефакты, снятые с мумии я надежно спрятал в сундук, иначе бы вы меня давно обнаружили хе, хе!
В связи с этой опасностью, я запретил Эмилии и Бартону снимать ментально активные защитные амулеты. У девушки была привычка, перед принятием горячего душа снимать сережки. А именно туда была встроена ее ментальная защита. Бартон же снимал браслет также при принятии водных процедур. Я им конечно объяснил в чем дело и какая при этом существует опасность быть обнаруженным, если кто-то из них вдруг окажется под ментальным контролем виверн.
Эмилия и Бартон, так смотрели на меня умоляюще, что мое сердце дрогнуло.
— Ладно, черти, уговорили! — решил идти в первую вылазку втроем. Исходил из того, что в разрушенном городе чудовищ не ожидают нападение и как говорится внезапность, наше все — только вести себя, так как я вас инструктировал и не проявлять самостоятельность, иначе следующего раза не будет.
Те согласно закивали головами, вот дети. Для них это развлечение и проба сил, настолько уверовали в мои умения, что перестали вообще бояться, а это плохо. Для Эмилии я выбрал специальное место в разрушенном двухэтажном доме. Второго этажа, как такового не было, остались только плиты перекрытия. Ее миномет разместил на первом, а ствол задрал в потолочную дыру перекрытия.
Девушка было вскинулась, но я так посмотрел на нее, что та проглотила все высказывания и покорно продолжила слушать мои инструкции. Ну, да я ее прекрасно понимаю, с ее позиции вообще ничего и никого не видно. Да и результатов стрельбы она не увидит. А, зачем? Ей я оставил всего десять мин и ее задача составить общий шум, выпустить их и приторочив миномет на свою лошадку быстро ретироваться по подземному ходу домой и делать при этом все посекундно, как я их учил.
Глядя пристально в глаза свей ученицы, я был уверен, что она ни на йоту не отклонится от моих приказов, ибо это чревато не только для нее, но и для нас тоже. Эмилия только молча кивнула, что все поняла правильно и в слово, в слово повторила, сказанное мной. Молодец, умничка! Будем действовать по сигналу следящего ока, у каждого свое.
Бартон расположился немного дальше и ему я вручил тоже всего десять снарядов. Вот у него позиция была несколько лучше. Тот мог со своей точки видеть, куда летят мины и я еще показал ему куда надо бить конкретно, но временный регламент у него остался такой же, как у сестры — пятнадцать секунд. За этот промежуток времени, парень должен успеть выпустить все свои снаряды. И это не обсуждалось, потом быстро уходить, прихватив с собой миномет.
Брат с сестрой уже воочию убеждались в моей правоте при планировании любых операций и поэтому у них даже не возникало вопросов и сомнений, то что мне и надо. Себе же позицию, я выбрал почти в противоположном конце города и от них самих подальше. Эмилия и Бартон нужны мне были, в основном для шума и количества. К тому же, как говорил ранее, чудовища настолько уверены в себе, что даже и помыслить не могут, что кто-то может покуситься атаковать их собственный дом.
 
На то и был весь мой расчет, когда согласился на их жалобные взгляды взять тех на операцию. У меня же была конкретная задача, как можно больше навести паники на чудовищ и как можно больше нанести им урона. К тому же я себя не собирался ограничивать никаким количеством снарядов, сколько понадобиться, столько раз выстрелю по этим тварям, чтобы они почувствовали, не только они здесь хозяева, есть существа, могущие бросить им вызов наравне с ними.
Исходил из постулата: ты слабый, ты никто и звать тебя никак. Нормальный диалог ведут всегда только с равным по силе. Слабого поедают или делают из него раба. Видимо такой постулат во всех мирах был один и тот же. По моему сигналу все три минометных ствола начали изрыгать огонь и выплевывать мины, неся монстрам смерть и разрушения. Тут же в воздух с криками поднялись тучи летающих существ.
Гвалт стоял такой, что я перестал слышать выстрелы миномета. Пришлось все делать визуально и бить по большим скоплениям виверн, не разбирая кто там, самка, детеныш или самец. Выпустил уже снарядов тридцать, когда те наконец обнаружили то место, из которого плюется смерть и ко мне полетели сразу несколько групп виверн, увидев такую толпу монстров я не выдержал и достал из кольца три гранатомета, один за другим сделав три выстрела подряд в самую гущу летающих чудовищ.
И конечно же не промазал. Я видел, как вниз полетели отдельно руки-крылья, головы и части туловищ, что разорвал мой снаряд. От криков боли и ярости, я почти оглох, но не ослеп. Я себе сделал около десяти летающих артефактов и с их помощью отслеживал обстановку у меня под ногами, т. е. в подземелье. Так вот они мне передавали, что по подземному ходу в мою сторону направились очень много самцов виверн.
Эге, пора уходить! Сделав последний выстрел из гранатомета по воздушной цели, закинул все свои убийственные «инструменты» в кольцо и начал уходить по намеченному маршруту, держа на готове осколочно-фугасную гранату. Я заранее знал, что твари попытаются перекрыть все ходы и выходы, поэтому нашел один ход, резко уходящий на более глубокий горизонт.
Его я ранее исследовал и нашел, что тот выходит далеко за пределами города чудовищ и он настолько узок, что в нем помещусь только я и то если буду идти в нем, в полусогнутом виде, предполагал, что виверны не смогли найти мой узкий лаз и сейчас все галдели на том месте, где я только что был.
Не долго думая, я взлетел на големе, на ближайший холм, примерно в двух километрах от прежней точки и вытащив миномет начал подкручивать ручки верньера, опять выцеливая чудовищ. За детей я не беспокоился, они давно уже должны быть дома и закрыть все каменные двери, ведущие в нашу пещеру. Мне надо, чтобы хищники увидели, что я выбрался из укрытия с которого стрелял и кинулись за мной в погоню.
Только успел сделать три выстрела, этого оказалось вполне достаточно. Убрав все в кольцо сел на своего верного коня и прошептал:
— Ну, милый выручай — и пригнувшись, ухватился за его шею. Голем со всей стремительностью полетел вниз с холма, все наращивая свою скорость. Я уже успел понять, что в лесу виверны плохо ориентируются и не любят летать между деревьями, цепляясь своими большими рукокрыльями за свисающие ветки. Прятался от них в лесу почти трое суток. Ох и шум поднялся в разрушенном городе. Ментальные щупальца виверн, шарились повсюду, пытаясь меня хоть, как-то зацепить, но мой ментальный амулет, мое самое первое изделие по артефакторике, надежно меня прятал от этих хищников и отводил ментальные щупальцы в сторону.
 
Через трое суток я вновь оказался дома. Дети все испереживались за меня. Пришлось торчать и не высовывать своего носа еще неделю. Со мной чудовища опять пытались связаться ментально, я их конечно послушал, но ничего нового для меня они не озвучили, правда придумали новые пытки, хе, хе, обещали сто раз убить и сто раз оживить! Вот после моей второй вылазки их тон сменился на другой.