Болотная бусинка

— Ты прав. Его оттуда нам не вытащить. — Покачал головой Паша — Надо действовать по плану ветряков. Его надо привести на болото. — Он убрал остатки воды в рюкзак, забросил его на плечо и кивнул Артёму — Всё, пошли! Если ворону хочется здесь остаться, пусть остаётся. У нас с тобой другое дело.
Они пошли к железной дороге, и уже переходя её, увидели, что ворон тоже перелетел дорогу и сел на невысокую рябинку на краю леса.
— Правильное решение принял, от коллектива нельзя отрываться! — Паша помахал ворону, но тот отвернулся.
  
Глава 6. Спящий
 
Паша и Артём, после того, как перешли вброд речку, сделали небольшой привал на поляне, перекусили, отдохнули. Паша попробовал подозвать ворона, чтобы угостить его пирогом, но тот даже не повернулся к нему.
— Если бы ты ему мышку поймал, он бы принял её от тебя! А то пирожок с капустой! — Артём засмеялся — Это, как если бы я тебя сейчас берёзовым листиком угостил.
— Он, наверное, голодный. — Ответил Паша — Даже не охотится, такой ответственный!
— Так ведь на службе! — Поддержал его Артём.
Ровно в полдень они подошли к кладбищу. Деревенские следили за ним хорошо, убирали могилки не только свои, но и всех, кто лежал здесь. Тем более, недавно был родительский день, а это — святое. Яркие бумажные цветы ещё не успели выцвести под летним солнцем, и памятники выглядели нарядно, даже радостно. Они прошли сначала по главной дороге, заглядывая на дату смерти здешних жильцов, но найти рядом две могилки с осенним захоронением и весенним у них не вышло.
— Ты не заметил, что люди больше летом и осенью умирают? — Спросил Артём — Вот мой дядя — летом умер, его отец и мать — она летом, а дед осенью. Вот Иван Семёнович Тулеев — тоже осенью. Где все весенние-то?
Они пошли по крайнему ряду. Здесь были старые могилки, лежали в них те, кто умер ещё до войны, в тридцатых — сороковых годах.
— Артём, посмотри, кто в весенней лежит. — Паша повернулся к Артёму, показывая на памятник.
Артём подошёл к ней и прочитал:
— Алла Степановна Подногина. То есть, на самом-то деле, это Анна Никаноровна в теле Али. Значит, косточки её отца рядом с ней теперь полежат. Интересно. А кто у нас летний? Нет, ты посмотри, просто мистика какая-то!
Паша заглянул в табличку и прочитал: «Иван Алексеевич Подногин», он хмыкнул и сказал:
— Все тут собрались, как по заказу! Первый участник, из-за которого всё и произошло, и последний, который заварил кашу с этой бусиной.
Он достал лопатку и вырыл в широком проходе между соседними могилками ямку, глубиной сантиметров тридцать. Достал из рюкзака мешок с костями, потом подумал-подумал, да ещё углубил ямку на столько же. Артёму пояснил:
— Надежнее будет!
Они высыпали кости в яму, потом Паша закидал кости землёй. Они потоптались на этом месте, Паша даже срезал травяной дёрн с соседней дорожки и они притопали им место захоронения. Получилось очень хорошо, незаметно. Они ещё немного посидели рядом на скамеечке, вкопанной рядом с могилкой Али, отдохнули.
— Да, днём здесь хорошо! — Паша смотрел в голубое сияющее небо без единого облачка — Ночью здесь будет не так.
— Тоже мне, Америку открыл! — Артём фыркнул — У нас из класса Венька Дорофеев на спор на Хэллоуин на кладбище пошёл в полночь. Так потом его полгода от какой-то парши на нервной почве лечили. Чесался весь.
— Так в полночь в июне не так уж и темно! Не осень ведь. — Ответил Паша — Да здесь и место не очень-то страшное.
— Ага, не очень страшное! Посмотрю, что ты в полночь будешь говорить. А ещё за нами будет тащиться этот мертвец неукомплектованный со своими серыми пауками! — Артём поёжился — Как представлю, как он сейчас выглядит, так жутко становится.
— А ты заранее не представляй!
Они вышли с кладбища, и пошли по дороге в деревню. Над ними кружила чёрная птица, но возле самой деревни она резко повернула обратно и улетела в лес. Паша позвал Артёма на обед к себе, и они, помыв руки у бочки в огороде, сели за стол, куда бабушка Нина Максимовна уже успела поставить традиционные пироги и шаньги. Они успели съесть по большой миске наваристых щей, когда за окном послышалось урчание дедова мотоцикла, и вся поисковая компания в составе Валериана Петровича, Милки, Коли и Оли заехали во двор.
 
Остаток обеда прошёл в несмолкаемых разговорах. Сначала Паша и Артём описали свои приключения, в красках, эмоционально, чтобы остальные тоже почувствовали жуткую атмосферу их битвы с серыми тварями.
У второй команды приключения были не такими яркими, зато они пришли с уловом, от которого не только Артём, но и все остальные были в восторге. Бусину они не отыскали, но Коля нашёл возле притвора крыльца, под толстым утрамбованным слоем опилок и земли, старую монету грешников с отверстием. Именно такую, которую и описала им бабушка Настасья — на одной стороне у неё был открытый рот с зубами, а на другой стороне наполненный чем-то мешок. Она была ржавая, и в отверстии торчал полусгнивший обрывок тесёмки.
— Господи, неужели эту монету кто-то носил? — Спросила Оля, брезгливо глядя на грязную тесёмку.
— А эта Тамара Селивёрстовна может и не такая и наивная овечка, как пытается нам это показать! — Сказал Паша, разглядывая монету — Странно всё-таки, ничего она не знает, ни о чём не догадывается, однако возле её дома убили ветряка, нашли монету грешников, у неё там где-то находится бусина. Слишком много всего в её доме сосредоточено. Что-то я перестал ей верить.
— А я сразу ей не поверил. — Поддержал его Артём — Может, она и самая бедная в деревне, но что-то в ней есть хитрое, и это настораживает.
— Да, слишком много совпадений! — Согласился с ними Валериан Петрович — Монета эта не пятак какой, который уронили и забыли. Она о себе даёт знать, её невозможно игнорировать, а Тома говорит, что ничего не слышала и не видела. И потом, её мать была подругой Сони Копытовой. Уж не вместе ли с Соней они там обряды свои проводили? Наверняка Соня поняла, что монеты не простые.
— А может это только мать её с Сонькой этим занимались, а Томка и знать ничего не знала! — Заступилась за Тамару Селивёрстовну Нина Максимовна — Я вам хочу сказать, что Тома до своего замужества была очень общительной и весёлой девушкой, голос у неё был хороший, песни она так пела, что заслушаешься! Парня она проводила в армию, да только не дождалась она его, замуж неожиданно вышла. Я помню её свадьбу. Мне-то тогда было всего лет десять. Но я хорошо запомнила, какая сидела Тома. Бледная, глаза потухшие. Ей будто на шею верёвку накинули, как телушке, и на убой повели. И после свадьбы она так быстро смирилась с тем, что Вова, её муж, пил, толком не работал, да ещё и её поколачивал. Жила и терпела. Она только и оживала на работе, всю душу в неё вкладывала, со всем справлялась. А как домой идти, будто потухнет, будто каждый день её к смерти приговаривают. И что странно, детишек долго у них не было. Сына она родила чуть ли не в сорок лет. Очень поздно. Все думали, что она бездетная. А потом на тебе — родила! А Вова её лет через пять после рождения сына помер. Когда сын родился у неё, она вроде оживилась маленько, даже, помню, как её соседка Иринка рассказывала, что Тома, после того как Вова что-то там опять из дома в очередной раз утащил и пропил, собрала вещички его и выкинула их на улицу. Он молотился домой всю ночь, а она его не пускала. Но потом всё-таки пустила, видать пожалела.
— А откуда такой пьяница Вова на её голову взялся? Разве мама Тамары Селивёрстовны не знала, что он пьёт, когда дочку свою за него выдавала? — Спросила Оля.
— Да как не знала! Все в Чудино знали этого Вову, даже у нас в Лосево про него все знали! Он родной брат Витьки Рушникова, мужа Сони. — Нина Максимовна замолчала и потом проговорила — Брат Витькин! Так вот как, получается, женили Вову! Соня постаралась. Но как мать Томки на это согласилась? Или тоже под Сонькиными чарами ходила?
— Да, точно, её подружка, Соня посодействовала в этом деле! — Ответил Валериан Петрович — Такая, видать, подружка была, что и врагу такую не пожелаешь. Не зря, видать монета во дворе у Томы появилась. Вот что, поедим сейчас, а потом поедем снова к Томе и уже конкретно про её замужество у неё спросим.