Похититель сердец (ЛП)

Я приоткрываю рот. Вблизи она кажется намного меньше. Это вообще безопасно?
— И надень это, — Клаудия берет спасательный жилет и протягивает его мне.
— А мы разве не поедем на лодке твоего отца? — я прикусываю губу и надеваю жилет, чувствуя, как бешено колотится мое сердце.
— Хочешь, чтобы он кинулся ее искать? — спрашивает Клаудия, вопросительно приподняв бровь.
Нет.
Черт возьми, нет.
Боже, конечно, нет. Логично взять ту, что поменьше. Ее используют только для осмотра границ острова.
Я достаю из кармана цепочку и застегиваю ее на шее, чтобы облегчить надвигающийся эмоциональный срыв.
— Сколько потребуется времени, чтобы доплыть на этом до берега?
С помощью Клаудии я забираюсь в лодку, но замираю оттого, что она раскачивается, практически сбивая меня с ног. Я делаю пару вдохов, затем осторожно сажусь, радуясь, что на дне лежит пара сложенных одеял.
— В ней есть мотор, который мы заведем, как только окажемся достаточно далеко от берега. Мы ведь не хотим вызывать подозрений шумом.
Я поднимаю веревку, прикрепленную к мотору, о котором она говорит.
— Пока не дергай за нее! — предупреждающе поднимает руку Клаудия, и я отпускаю веревку.
— Ладно. Он от этого заведется?
— Да, — выдыхает она, и на мгновение закрывает глаза.
Когда Клаудия снова их раскрывает, то ее взгляд падает мне на грудь, к висящим там цепочкам. Она, нахмурившись, рассматривает маленькие кулончики.
— Где ты взяла второй? — с удивлением спрашивает она.
— Ты знаешь, где она их купила?
В моем голосе звучат настойчивость и надежда. Отследив последние передвижения Клары, предшествовавшие ее убийству, можно раздобыть ключ к поиску того, кто с ней это сделал.
— Клаудия? — раздается голос из темноты. — Это ты?
О Боже мой, нас поймали. У меня в горле застревает ком, страх сковывает мышцы. Дерьмо. Мой отец никогда не позволит мне уехать. За это он устроит мне очищение на глазах у всей деревни. Мое горло обжигает кислота, и на глаза наворачиваются слезы, но Клаудия прижимает к губам палец в молчаливом призыве молчать.
— Клаудия, это ты? Что ты делаешь?
По причалу проносятся шаги, и в глазах Клаудии загорается страх. Ее взгляд скользит через плечо к своим сумкам, все еще стоящим слишком далеко от нас. Мысль о неудаче искажает ее черты, и вся она как-то сникает. Затем бросает мне в ноги мою сумку.
— Клаудия? — шепотом кричу я.
Покачав головой, она отвязывает от причала лодку и впивается в меня своим испуганным взглядом:
— Спрячься под одеяло. Не высовывайся, что бы ни случилось. Обещай мне.
Клаудия прыгает обратно на причал и бросает мне какой-то маленький предмет.
— Возьми это. Найди братьев Уорд. У них все ответы. Именно там было найдено тело твоей сестры, в их имении. Отправляйся прямо на восток, ты его не пропустишь. Плыви прямо на восток, Мона. Она доставит тебя туда, — инструктирует она, сталкивая лодку в воду.
— Подожди… ты не поедешь?
— Плыви, — призывает Клаудия, пока я сползаю на дно лодки и натягиваю на себя одеяло, чтобы спрятаться.
Сквозь небольшой зазор между лодкой и одеялом я вижу ее силуэт как раз в тот момент, когда чья-то рука зажимает ей рот. Нет, нет, нет. Ее оттаскивают назад, и по моим щекам льются слезы. Уже слишком поздно. Ее поймали. Боль тисками сжимает мою грудь. Предполагалось, что это будет ее побег. Я жду, вернется ли охранник. Видел ли он, как отчаливала лодка, прежде чем схватил Клаудию? Затаив дыхание, я начинаю считать. Когда я досчитываю до тысячи, и причал исчезает из виду, я сажусь, разглядывая брошенный Клаудией предмет. Компас. Я всей душой горюю о том, чего она лишилась, помогая мне, но понимаю, что обязана сделать это ради нее. Взяв весла, я начинаю грести в темноту, позволяя ей меня поглотить. Пути назад нет.
Я уже это делаю.
Я свободна.
Оказавшись достаточно далеко от берега, я дергаю за веревку, чтобы завести маленький мотор. Ничего не происходит. Нет, нет, нет. Я тяну снова, чуть ли не падая, воздух пронзает порыв шума, а затем затихает. Проклятье! В отчаянии и решимости я сильнее дергаю за веревку. Наконец, после еще двух сильных рывков мотор оживает. Я молча благодарю Клаудию и вздыхаю с облегчением. Заняв свое место, я успокаиваю дыхание и затем направляюсь на восток, как мне было велено.
 
Ночь холодная. Начинает накрапывать дождь. Я смотрю в пустоту, меня ослепляет чернота ночи. Время бесконечно. Я плыву по течению уже несколько часов, по меньшей мере три. Издалека мерцают огни, с каждым моим затрудненным вдохом становясь все ближе. Раздается резкий скребущий звук, и лодка начинает раскачиваться. Вода хлещет, переливаясь через бортики. Лодка ударяется о камни, и меня трясет и швыряет из стороны в сторону.
Я пытаюсь удержаться, но меня выбрасывает за борт, я погружаюсь в ледяную воду, от которой перехватывает дыхание. Благодаря жилету я удерживаю голову над поверхностью, пытаясь дышать и обрести хоть какой-то контроль. Под водой я ударяюсь обо что-то ногой, и мои нервные окончания пронзает резкая боль. Я тяну вперед руки, хватаясь за валуны, страх и отчаяние вынуждает меня найти в себе силы, чтобы выбраться в безопасное место. Я не умею плавать. Слава Богу, что есть камни.
Подтянувшись за них усталыми руками, я стаскиваю с себя жилет и падаю спиной в траву.
Мое платье испорчено и изорвано в клочья. Отдышавшись, я поднимаюсь на ноги, пытаясь осмотреть рану, но не вижу ничего, кроме стекающей по ноге темной влаги. Черт, это больно. Я делаю пару шагов, и вокруг меня вспыхивает ослепительный свет.
— Это частная собственность, — кричит какой-то мужчина. — Не двигайся.
У меня бешено колотится сердце, ноги ноют от желания побежать.
Через несколько секунд появляется человек-гора, одетый в черное, его кожа темная, как ночное небо.
— Мэм, пожалуйста, пройдите со мной.
Держа над моей головой зонт, он ведет меня к огромному зданию с башенками и горгульями. Оно выглядит почти как замок из книжек с рассказами. Я осматриваюсь по сторонам, затем поднимаю взгляд на ведущего меня мужчину. Поймает ли он меня, если я побегу?
— Даже не думай об этом. Ворота заперты. Тебе некуда идти, если только не хочешь снова намокнуть…, — говорит он глубоким, рокочущим голосом.
— Чего Вы от меня хотите? — спрашиваю я, дрожа от проникающего под кожу холода.
— Я ничего. Однако у мистера Уорда могут быть другие планы.
У мистера Уорда…
  
9
 
МОНА
Мужчина какое-то время хмуро оглядывает меня с ног до головы, но я не могу сдержать улыбку.
Мне страшно, но я свободна от своего отца. Если этот человек меня убьет, то, по крайней мере, это произошло из-за моих действий, и я снова буду с Кларой.
Он открывает большую деревянную дверь и жестом приглашает меня войти.
Холод пронизывает меня до костей. Повинуясь инстинкту самосохранения, я начинаю искать тепло в большой, щедро заполненной мебелью и коврами комнате, и ноги сами медленно несут меня к ревущему в камине огню. Этот дом просто огромен, ничего подобного я раньше не видела. Мы живем очень скромно, имея при себе только самое необходимое. Все остальное считается потаканием своим желаниям, и это греховно. Вероятно.
Я морщусь от боли в расцарапанном колене, ткань от порванного платья трется о поврежденную кожу.
— Есть тут кто? — зову я, медленно подбираясь все ближе и ближе к ревущему оранжевому зареву огня.
На стенах пляшут тени, и прямо за дверью комнаты, в которую меня завел человек, назвавшийся охранником, раздаются шаги.
— Вы только посмотрите, что нам прибило приливом, — проносится по комнате низкий голос.
Я обхватываю себя руками, чтобы успокоить нервы.