Отзвуки сердца (ЛП)

  
Л.А.Кейси
 
Отзвуки сердца
 
Книга вне серий
 
Над книгой работали:
Переводчик — Лиза, редактор — Анна Пронь.
Русифицированная обложка — Виктория Дровникова
  
ПРОЛОГ
 
Фрэнки
Наши дни…
Сегодня будет хороший день.
Я где-то читала, что если человек сильно верит во что-то, он может воплотить это в жизнь. Не знаю, верить или нет, мне обычно не слишком везло, поэтому попытка воплотить свои желания в реальность, возможно, была не самой глупой вещью на свете. Ну, что может случиться самое плохое?
В ожидании лифта на этаже хосписа Святой Елизаветы, я слушала «Kryptonite» группы «3 Doors Down» в наушниках, отстукивая ритм музыки рукой по бедру. Был понедельник, мой единственный выходной день на неделе. В то время, как большинство людей ненавидят понедельники, я люблю их. Провести весь день с моей прекрасной мамой —
вот что это значило для меня. Девять лет назад, когда мне было восемнадцать, а ей сорок шесть, мы узнали, что у неё болезнь Альцгеймера на ранней стадии. Услышав эти слова, часть моей души разбилась вдребезги. Сначала в это было трудно поверить, а ещё тяжелее принять. Прошло девять лет и теперь мамина болезнь стала частью нашей с ней жизнь.
Странно звучит, но теперь я не могу представить свою жизнь без этой болезни. Из-за Альцгеймера всё наше существование было сосредоточенно вокруг мамы. Время когда она не болела воспринимается необычно. Я ненавидела эту болезнь всеми фибрами души и именно она сделала из меня ту женщину, в которую я превратилась за последние девять лет. Она научила меня терпению, пониманию, состраданию, на гораздо более глубоком уровне, и заставила еще больше любить свою мать. Она — мой герой. В жизни не знала такой сильной женщины, как она, и сомневаюсь, что когда-нибудь узнаю.
— Ауч!
Я споткнулся, когда в меня врезалось маленькое тело. Приземлилась на колени и начала падать вперед, но прежде чем грохнулась лицом на пол, кто-то схватил меня за руку. Мгновение спустя я уже стояла на ногах. Мой взгляд встретился с большими карими глазами темнокожего подростка. Ему было около шестнадцати.
— Мне очень жаль, миссис, — пробормотал мальчик. — Я не смотрел, куда иду.
Улыбнувшись я подхватила свои наушники, так как они выпали из ушей.
— Никто не пострадал. Не волнуйся об этом, дорогой.
Паренёк заметно расслабился, когда понял, что ему не грозят неприятности. Наше внимание переключилось, когда раздалось дзинь, и двери лифта, который я ждала, широко распахнулись. Внутри никого не было. Мальчик жестом предложил мне войти первой, что я и сделала, с благодарной улыбкой. Уже в кабине я впервые рассмотрела мальчика подробнее. День был учебный, вероятно, мальчик навещал пациента хосписа и получил выходной. Когда я взглянула на его чёрную футболку — сердце кольнуло.
Передо мной красовался логотип «Blood Oath» (Клятва крови), написанный жирным белым шрифтом.
Мой взгляд переместился на левую руку мальчика, в которой он держал смартфон, прищурившись я увидела, что он смотрит какое-то видео на YouTube. Заметив мой интерес, он вытащил наушники и сказал:
— Это клип «Blood Oath», если интересно. Отличная рок-группа. Хочешь тоже посмотреть?
Я отпрянула от него, как от змеи.
— Нет-нет, всё в порядке, дорогой. — Я возилась с проводами своих наушников, пытаясь распутать их. — Спасибо за предложение.
Вставила наушники обратно в уши и, когда очередная песня из моего плейлиста заблокировала всё остальное, почувствовала облегчение. Должно быть, я показалась мальчишке сумасшедшей, потому что он всё ближе придвигался к дверям лифта. Он несколько раз постучал по кнопке этажа, на котором хотел сойти, и когда двери открылись, выскочил с максимальной скоростью.
Я прислонилась головой к стальной стене и глубоко вздохнула. Встреча почти произошла. За эти годы их было более чем достаточно. Но в этот раз я была так близка к тому, чтобы услышать его голос, что почувствовала бешеное биение сердца Поэтому я везде носила наушники, чтобы никогда не слышать этот голос. Девять лет назад заболела моя мама, но это было не всё, что перевернуло мой мир. Мой бывший парень и любовь всей моей жизни, Риск Келлер, ушёл от меня по моей просьбе.
 
Он был музыкантом, который вместе со своей группой добился большого успеха. Они долго и упорно трудились ради этого. У них появилась возможность подписать контракт с небольшой звукозаписывающей компанией. С того момента, как мама заболела, я знала, что навсегда останусь в Саутволде и никогда ее не оставлю. Никогда. Жизнь Риска должна была состоять из разъездов. Его талант был огромен, что бы запереть его в нашем маленьком прибрежном городке. Я знала это, даже если он не знал.
Расставание с ним было единственным способом, что бы он мог осуществить свою мечту. Я знала, что останусь в Саутволде, а он, встречаясь со мной, в конце концов отказался бы от своей карьеры. Так сильно он меня любил, таким человеком был. Я не хотела расставаться с ним. Конечно, хотелось держаться за него вечно и никогда не отпускать, но это было эгоистично, не только моё счастье, но и его имело значение
Пребывание в Саутволде разрушило бы Риска. Меня убил бы отъезд отсюда.
Единственным правильным решением было расстаться, что и случилось. Я всю жизнь знала этого парня. Встречалась, любила его в течение трёх лет и внезапно он перестал быть частью моей жизни. Как я и ожидала, он все-таки достиг своей мечты стать успешным музыкантом. Через полтора года после того, как Риск, а так же Хейс и Мэй, его друзья и коллеги по группе, переехали в Лос-Анджелес, их дебютный альбом достиг первого места в чарте Billboard 200. Они побили рекорды самого быстрого дебютного альбома рок-группы, который сразу стал номером один в более чем пятидесяти странах. Продажи их альбома за первую неделю выхода были самыми высокими среди всех рок-групп в год их дебюта в США и Великобритании.
Это было только начало для «Blood Oath».
Как я и предчувствовала: они ворвались на мировую сцену и взяли ее штурмом. Каждый знал, кто они такие, не только благодаря красивым лицам участников группы, но и благодаря их необузданному таланту. Они не играли осторожно. Они не придерживались цензуры. Они были воплощением рок-н-ролла. Неоднократно они выигрывали «Грэмми», «Бритт» и даже получили «Оскар» за песню, прозвучавшую в фильме. Парни достигли всего чего хотели и даже больше. И я не могла не радоваться за них. Я — их первая поклонница, никто не знает этого, кроме ребят.
Первый в истории фанат «Blood Oath», я уже тогда четко понимала, что не буду последней.
Об их достижениях я знала не больше, чем о них самих и то только потому, что это была безопасная информация, которую я могла исследовать. Была в курсе, что «Blood Oath» знамениты и их знает весь мир. Но за девять лет я не слышала ни одной их песни, кроме инструментальных версий. Не то чтобы не хотела, я просто не могла с этим справиться. Риск был ведущим вокалистом группы, а его потрясающий голос, был одной из немногих вещей в этом мире, которые могли мгновенно уничтожить мое самообладание.
Прошло девять лет с тех пор, как мы расстались. Тогда в последний раз я видела его, слышала его голос, наслаждалась его поцелуями, и если бы услышала, как он поет, хотя бы секунду, снова испытала бы всю боль от потери любимого человека. Когда-то Риск был моей скалой, партнером в преодолении трудностей, любимым звуком, но теперь… теперь он был спусковым механизмом для моей боли, напоминающим мне о том, какой идеальной была моя жизнь и что у нас с ним было. Он — постоянное напоминание о том, что сейчас я едва держусь.
Я надевала наушники, чтобы защитить себя от него.
Двери лифта были закрыты, когда я открыла глаза. Мне пришлось еще раз нажать кнопку своего этажа. Двигаясь по знакомому коридору к комнате матери, я осознала, что прошла целая неделя с тех пор, как она поступила в больницу. Несколько недель мама находилась в больнице с пневмонией, которая становилась все хуже и хуже. Она достигла той стадии болезни, когда с медицинской точки зрения для неё уже ничего нельзя было сделать. Нам рекомендовали перевести её в местную больницу, где она смогла бы провести свои последние дни в привычных условиях.