Отвергнутая невеста дракона. Хозяйка ведьминского сада
Похоже, смогла вырваться и сбежать. Главное, чтобы тем волкам не попалась. На дорогу выйдет – ее там непременно кто-то да заберет себе.
От телеги остались рожки да ножки. В смысле, кузов почти развалился, из трех колес целое только одно, четвертого вообще не наблюдаю.
Хочу рассмотреть дорогу, по которой мы сюда приехали, чтобы выбраться ближе к основному тракту, но… Дороги я тоже не наблюдаю.
Вокруг плотными рядами стоят темные стволы деревьев, а над головой виднеется лишь маленький участочек неба среди густых крон. Как мы сюда доехали?!
Прикрываю ладонью глаза и тру виски. Локти саднят – похоже, содрала. На колене стопроцентно будет синяк. В голове гудит, дышать все еще сложно.
Я хочу верить, что я не сошла с ума. Все слишком невероятно и абсурдно. Хотя… оказаться в чужом теле тоже невероятно.
Мой мозг, привыкший искать вполне приземленные объяснения на самые необычные события, кажется, сейчас откажется мне помогать и пойдет куда-то погулять.
Так, стоп. Лес. Ночь. Чаща. Темно. Почему я могу хорошо разглядеть то, что вокруг? Распахиваю глаза и осматриваюсь еще раз.
Из-за деревьев ближе ко мне начинают слетаться маленькие золотистые огонечки. Светлячки?
Они плавно кружатся и мерцают, словно маленькие звезды. С каждой секундой их становится все больше, и от этого кажется, что это звездное небо спустилось в лес и окружило меня.
Нежное свечение рассеивает ночную темноту, заставляя невольно любоваться завораживающей картиной. Я даже на пару секунд забываю, в каких проблемах я по уши, как в соломе.
А потом весь рой светлячков начинает двигаться куда-то вглубь леса. Он улетает шагов на десять и останавливается. Немного возвращается, а потом снова летит в ту сторону.
Хм… Интуиция подсказывает, что нужно следовать за ними. Конечно, это бред. Но, учитывая все происходящее, я просто беру и иду за этим светящимся облачком.
Тишину нарушает лишь тихое потрескивание веток под ногами, когда я осторожно пробираюсь между стволами и через кустарники. Отличный массаж стоп, но я бы предпочла свои старые любимые кроссовки для таких путешествий, потому что сейчас ноги просто горят. Пару раз ловлю на себе паутину и слышу треск своей одежды, которая цепляется за ветки.
Все мое поле зрения – это золотистый шар и от силы пару метров от него, потому я очень поздно замечаю, что деревья редеют, а потом мы выходим на полянку: там намного светлее от света звезд и луны.
На последнем шаге я подворачиваю ногу, от неожиданности чертыхаюсь вслух и, как мешок с картошкой, падаю на землю. Еще и ладони теперь поцарапала…
– Ну и долго ты тут отдыхать планируешь? – раздается надо мной недовольный старушечий голос.
Глава 6. Драгомир
Дракон рвется наружу, грозя разнести полгорода. А оставшуюся половину – сжечь. Непозволительная роскошь для князя – эмоции. Увидеть невесту в объятиях другого накануне свадьбы, да еще после науськиваний Варны…
Хвостатый собственник внутри меня так взревел “Мое”, что я думал оглохну. Попробовал взять верх, но не на того нарвался.
Ярость в тот момент застилала все остальное. Я видел только этого плешивого волка и испуганную Дарину. Чего испугалась? Того, что посол напал или того, что я узнал?
Дарина… Я не жаловал ее вниманием, но был уверен всегда в ее чистоте и невинности. И этот страх в глазах в тот момент. Все заставляет меня сейчас сомневаться в том, в чем меня убеждает Варна.
Говорит, есть свидетели. Спрошу с каждого, заставлю говорить правду. И посла не помилую.
Но Дарину под замок. Разберусь со всем остальными, поостыну, тогда и поговорю с ней. Сейчас дракон слишком зол.
– Посла ко мне в терем, – отдаю приказы своим людям. – Все вещи Дарины проверить. И собрать всех, кто был вчера на реке и что-то видел. С каждым поговорю.
– А с девкой-то что делать? – спрашивает Колояр, моя правая рука.
– Под замок, – подумав, добавляю: – Не трогать. Сам приду с ней поговорю.
Разговор с послом оказывается долгим, содержательным и подтверждающим только то, что этот плешивый решил замахнуться на то, что ему не принадлежит. Да, он слишком юлит, отвечает двояко. Говорит, девчонка на него все время украдкой поглядывала, улыбалась. Даже браслет от него приняла.
Но посол боится. Этот липкий кислый запах страха я за километр учую. Его слова так же ненадежны, как подвесной мост в бурю.
Что ж, теперь ему судьба вернуться к своим с дурными вестями и без пары зубов. Я подкинул работы их знахарям.
– Что ты так прицепился к этой девчонке? – Варна приносит мне чай. – Сирота, за душой – ни гроша. В голове ветер. Вот и повелась на чужака, который и слух умаслит, и подарочек подарит.
– Замолчи, Варна, – обрываю ее, пока она снова не начала песню про то, что жена должна соответствовать мужу. – Оставь свои домыслы при себе и прекрати впустую языком молоть. Или тебе напомнить, чем ты должна заниматься?
Она горделиво вскидывает подбородок и выходит в сени:
– Спасибо бы сказал, что глаза тебе открыла. А то бы воспитывал волчат, а дракона никому передать не смог, – шипит она и хлопает дверью.
Из тех, кто был готов рассказать о том, что видел на берегу (а это были в основном женщины), до разговора дошел только один. Остальные сослались на то, что мимоходом были там. Одни видели только Дарину. Другие – только посла.
Надо же, а ведь сначала все так горели желанием обвинить Дарину. Но обещание десяти плетей за обман сделало их не такими разговорчивыми.
Рыбак, который в одиночестве оказался передо мной, переминается из стороны в сторону и хмуро смотрит:
– Не верь, князь, этим бабским россказням, – бурчит он в бороду. – Завидуют они все тому, что ты Дарину выбрал. Мол, ничем она не лучше них. Даже приданого нет…
– Ты, старче, ближе к делу.
– Были они на берегу, были, – говорит рыбак, а у меня опять пелена перед глазами. – Да только чужак-то он под деревом, на корнях сидел. А Дарочка-то все по бережку ходила, ракушки собирала. В легенду она все верила.
Это вызывает невеселую улыбку. Прекрасна в своей наивности: говорят, что если накануне свадьбы сделать браслет из ракушек, собранных своими руками, то воин будет непобедим.
Достаю маленький мешочек с золотыми:
– Держи. Иди домой, а завтра езжай на ярмарку. Жену порадуй, – говорю я и остаюсь снова один.
– В вещах девки ничего. Пара сарафанов да рубах. Даже из украшений только вон недоделанный браслет, – Колояр и его воины ставят передо мной три сундука с вещами Дарины.
Скромно. Я бы даже сказал бедно. И, конечно, никакого браслета, который якобы дарил посол. Зато оберег из ракушек на месте.
Все это дело затягивается: за окном уже совсем стемнело, в избах все огни потушили, и на город легла ночь. Но у меня есть еще один вопрос.
Иду в маленькую избу на отшибе. Вот там как раз лучина горит. Стучу и тут же заходу внутрь.
Волхв стоит у окна и не двигаясь с места, спрашивает:
– Пришел? Зачем? – в скрипучем старческом голосе обвиняющая усмешка. – Что мог уже, все сделал.
– Ты мне сказал на Дарине жениться.
– И не скажу ничего другого, – он наконец, поворачивается, останавливая на мне свои абсолютно белые глаза. – Будущее твоего рода в руках этой девы. Что еще хочешь ты услышать?
– Она…
– Не продолжай, Драгомир. Озвученное услышится далеко, – говорит волхв и тихо стукает посохом по полу. – Ох, непросто тебе теперь будет. Да сам виноват. Дракон силен, но он зверь. Голова тебе на что?
Волхв уходит за занавес, показывая, что разговор закончен.
С улицы раздается звон колокола, оповещающий о нападении. Кто посмел? Границы далеко отсюда, не должно было докатиться…
Но все оказывается проще и сложнее одновременно. Напали волки. Чего хотели – неизвестно. Дрались будто вполсилу, напирали в основном на въездные ворота, даже смогли пробить их.
Но, сделав это, быстро отсупили, так что отстояли мы город быстро, даже без жертв. Как будто волки действительно сделали свое дело, непонятное нам, а потом так же внезапно сбежали.