Лепила. Книга третья (СИ)

Мы сидели и ждали. Четверть воинов была на карауле, остальные спали впрок, ведь когда нападут, будет уже не до сна. Кухня непрерывно поставляла каву, что тут же выпивалась, в машине царила нервозность. Время перевалило за полночь, узкий серп луны практически не давал света, только делал тени еще более черными и зловещими. Еще и легкая облачность появилась, затуманившая звезды, идеальная погода для скрытого проникновения на территорию и прочего нехорошего. Нервы напряглись. Пусть я и не видел врагов магическим зрением, это ни о чем не говорило, дальше полутора миль мне не заглянуть.
Внезапно со стороны ворот раздался крик, будто кого-то режут. В беженской части лагеря тут же началась нездоровая движуха, визги, крики, бульканье и хрип перерезанных глоток. Началось.
  
Глава 6
 
Противоартефактная сетка натянулась на откинутых на бортах кронштейнах, по ней заплясали видимые только мне вспышки включенных воздушных щитов. Остальная защита тоже активировалась. Бодрствующая смена тихо разбудила спящих солдат и орков, все начали спешно занимать места по боевому расписанию. Я же пытался магическим зрением охватить окрестности и понять хоть приблизительно картину происходящего.
Выходило так, что какая-то группа из «беженцев» устроило то, что именуется вероломным нападением. Они вырезали всех, кто мог бы организовать сопротивление и проредили дежурное отделение легионеров у ворот. И пусть ворота им взять пока не удалось, там осталось всего пятеро боеспособных, из которых двое были ранены. Так себе расклад против нескольких десятков орков.
Завыли сирены тревоги, вспыхнули магические прожектора, освещая территорию лагеря беженцев, голос Мило загремел из репродукторов, приказывая немедленно сложить оружие и лечь на землю. Я взлетел по лестнице на крышу фургона с кентуккийкой в руке. Зачинщиков отсюда было хорошо видно, они согнали несколько десятков женщин в качестве живого щита, прикрываясь ими от стрелков Легиона. Только от нас прикрыться они не догадались.
— Мило, здесь Док, дай майора, прием, — произнес я в амулет связи.
— Привет, Док, — ответил маг, — майора здесь нет, говори, что надо.
— Прикажи всем стрелкам на стене отвернуться от внешних ворот, желательно вообще укрыться за стеной. Сейчас будут светошумовые, как только свечение спадет, можно снова выглядывать. Подтверди, как понял.
— Всем стрелкам укрыться от световой вспышки на воротах, правильно понял?
— Подтверждаю, понял правильно. Дай сигнал, когда можно начинать. Прием.
— Момент, — ответил маг. Все-таки не знают они здесь дисциплины связи, даже такой примитивной, как у меня в подразделении.
Ожидая ответа профессора, я скомандовал стрелкам зарядить арбалеты светошумовыми и сонными артефактными болтами.
— Приказ отдан, действуйте, — снова ожил амулет связи.
— Светошумовыми товсь! — скомандовал я. — После выстрела сразу зажмуриться и прикрыть глаза рукой, понятно? Огонь!
Дружно хлопнули тетивы арбалетов и через секунду с небольшим у ворот расцвело натуральное зарево, сопровождаемое диким визгом, от которого даже здесь, почти в фарлонге оттуда, ныли зубы.
— Сонными прицельно по врагу огонь! — отдал я новую команду.
Снова хлопнули тетивы арбалетов, стрелки в темных очках били по мечущимся на фоне зарева светошумовых артефактов оркам. Вскоре вся площадка перед воротами была усеяна телами спящих. Победа, что ни говори, да только чувство опасности не оставляло ни на секунду.
Как накаркал. Участок частокола рядом с караульной вышкой на полпути между нашей позицией и воротами вдруг засветился в магическом зрении и начал рушиться. Подломилась одна из опор, и вышка опасно накренилась внутрь лагеря. Из-за шатров в пролом полетели стрелы с той самой артефактной начинкой, что принес Марх. Снаружи начали разряжаться магические мины, вспышки, грохот и молнии сопровождали этот процесс. Как назло, глазами стрелков было не разглядеть, мешали шатры. Стрелы полетели также и по площадке вышки, где караульным почти негде было укрыться от огня. Я поднял кентуккийку, взвел курок и прицелился в видимую в магическом зрении метку командира стрелявших, уж очень качественно он руками размахивал, явно координируя действия своих подельников. Выстрел, метка цели побледнела, упав без движения. Раздалось несколько выстрелов со стороны половины Легиона, стрелков выкосили пули и стрелы. Беда в том, что они уже успели сделать свое черное дело. В частоколе пролом, на минном поле образовалось подобие прохода, да и супостат снаружи не дремлет, отсюда хорошо видны вспышки срабатывающих мин. И пусть Мило выключил четыре из каждых пяти мин, после обратного включения никто не помешает южным варварам снова применить свои кустарные средства разминирования.
 
К пролому подъехала верхом группа легионеров, из закрепленного на вьючной лошади ящика с пространственным карманом они шустро вытащили детали переносной баррикады, тут же собрали ее и оттащили к пролому в частоколе. Теперь в лагерь на скорости и наглости уже не проехать. С караульной вышки спустились легионеры и присоединились к верховым, в качестве оборонительного сооружения вышка стала бесполезной. В самом же лагере началась веселая резня. Легионеры особо не разбирались, кто прав, кто виноват, и убивали по любому подозрению в нелояльности. Впрочем, сами орки от них не отставали, оперативно выпустив кишки смутьянам. Какие-то десять-пятнадцать минут, и в лагере наступили мир и благодать. Орки оперативно стаскивали трупы ближе к пролому, создавая из них подобие завала: любые средства хороши, чтобы хоть немного сдержать врага.
Нам принесли первых раненых, это были те самые легионеры из надвратной башни, что попали под первый удар предателей. Операционная уже была развернута, и я принялся за работу, ассистировал мне Сар, самый толковый из братьев в плане медицины. Сплошные колото-резаные ранения от стрел, ничего сложного, кроме изрядной кровопотери. Когда я поставил в строй последнего из этой партии пациентов, снаружи раздалась команда всем отойти от ворот. Магическое зрение показало, что к воротам через отключенное минное поле приближается большая группа орков. Мины активировались позади них, отсекая преследователей. Похоже, к нам отступил вождь со своей гвардией. И действительно, вскоре к нам принесли Хрурта, словившего стрелу в плечо.
— Похоже, это судьба, попадать к тебе раненым, — ухмылка вождя на ставшем серо-зеленым от кровопотери лице казалась вымученной.
— Не беспокойся, вылечу не хуже, чем в прошлый раз, — ответил я, активируя сонный амулет.
По сравнению с предыдущим ранением, сейчас проблема была совершенно несерьезная. Всего-то одна стрела пробила мышцы, да застряла между костей, дел на несколько минут, тут больше времени потратишь на чистку раны, чем на все остальное
— А? Уже все? — удивился Хрурт, поднимаясь с операционного стола и ощупывая плечо, на котором чуть краснело пятно шрама.
— Зачем долго тянуть? Сразу все исправил, — ответил я.
— Вижу, ты времени зря не терял, многому научился, — констатировал вождь. Я же неопределенно пожал плечами.
— Майк, подскажи, как мне поступить, — спросил вдруг вождь после недолгой паузы. — Мои воины напали на ваших, были жертвы. Выходит, что я допустил это, то есть, потерял лицо. По нашим обычаям мне нужно передать полномочия более достойному и стать простым воином.
— Хрурт, давай начистоту, — я отложил лоток с использованными инструментами и повернулся к вождю. — В ваших обычаях ничего не сказано про завоевателей с юга, угадал? — вождь кивнул, и я продолжил: — Далее, в ваших обычаях ничего не сказано про такой хитрый способ привлечения сторонников, как «будь с нами или умри», тоже угадал?
 
Вождь снова кивнул и задумался. Я же, выдержав небольшую паузу, добавил:
— Раз так, то оставайся на своем месте. Это раз. Толковых кандидатов себе на замену у тебя нет. Это два. Ты нужен Легиону именно в своем качестве здесь. Это три. Так что не парься про мнимую потерю лица. Это не ты лицо потерял, а южные захватчики, что не могут в честном бою нас победить, потому и затеяли этот цирк со склонением к предательству. Честные так не воюют. Подумай об этом!