Теотль Сухоруков (СИ)
— У тех, кто выходит из Содружества больше не будет Домов Заботы, Шокол, мастерских, — выдвинул идею Вочтуиката. — Всё забираем; и живите, как хотите.
— Да, примерно так, — кивнул я. — Правда, со временем они научатся делать свои Дома Заботы и Шоколы…
Я давно уже вынашивал идею: связать нашу конфедерацию экономически. Например, Толимека богата хлопком — но большие ткацкие мастерские оборудовать в землях миштеков. А производство красителей — вообще во владениях тлапанеков-мефаа. И так во всем. Думаю, это скрепит Содружество лучше законов и запретов. Но пока я не очень ясно понимал, как это провернуть. Выдать каждому союзу свой технологический секрет? Но долго ли это продержится?
Ничего, время есть. Только начинался год Четыре Дом.
* * *— Мой Бог, в Техуакане разграбили и сожгли храм Золотого Змея Земли…
Вот так начался год Четыре Дом. Моя религия расползалась инфекционной болезнью по бывшим землям астеков. Даже по тем, что еще не вошли в Содружество. Просто Храм Змея эволюционно выигрывал на фоне других. Своими радикальными, но удобными принципами, своим человечным отношением к пастве. Ну и агрессивным маркетингом плюс большими богатствами. Храм Змея производил и торговал; делал деньги, на которые легко содержал настоящую армию. Лучшую армию в регионе. А еще вслед за Храмом в новые земли шли медицина и образование.
Понятно, что храмы старых богов, стоявшие только на страхе и чувстве собственного величия, в равных условиях не могли со мной конкурировать. Сеть странников проникала везде, завоевывая сердца людей в каждой деревне. Поэтому, если кто и ненавидел Содружество — так это были жрецы. Они провоцировали бунты, устраивали теракты… Вот и в Техуакане мой храм был разрушен. А владение только-только вступило в Содружество.
Жалко, конечно. Но свои храмы я легко восстанавливал за месяц. За местный месяц из 20-ти дней. Однако спускать жрецам подлость нельзя.
— Отправьте в Техуакан тысячу войска Бога. Пошлите жрецов-дознатчиков. Пусть выяснят, кто виноват в нападении. А пока выясняют — не пускать в город торговые караваны. Думаю, так виновных быстрее найдут.
* * *— Я интересуюсь у посла, по какому праву войска пурепеча вторглись в долину Толуки?
Посланник Цинцунцанна набычился, но сдерживался.
— Я не думаю, что солнцеподобный каконци должен держать перед тобой ответ, Змей-Скорпион. Толукой владеют астеки — наши извечные враги. И твои тоже, насколько нам известно.
— Мы считаем незаконной любую власть астеков над какими-либо народами. И считаем, что жители Толуки могут сами выбрать свой путь. Их князья и жрецы имеют право решать: выбрать власть солнцеподобного каконци или вступить в Содружество Змея.
— О, несомненно все они жаждут присоединиться к державе пурепеча и служить каконци, — посол нагло улыбался мне в лицо.
«Если бы всё было так просто, дружище» — я улыбаться в ответ не стал, только лениво махнул рукой.
Здоровой.
По сигналу в зал впустили около десятка мужчин, разряженных в пух и перья.
— Эти славные мужи — голоса правителей Окуитлана, Малиналько, Шокотитлана, Теотенанго, Калиштлауаки и других городов Толуки. Они пришли сюда, чтобы сообщить о воле своих господ.
Тучный матлацинк вышел вперед и объявил от имени всех «голосов»:
— О, славный Золотой Змей Земли! Все правители Толуки пожелали объединиться и присоединиться к твоему Содружеству!
— Ты слышал, посланник? — обратился я к пурепеча, который откровенно скрежетал зубами. — Передай своему каконци, что он ошибся. И, воюя с Толукой, он будет воевать со всем Содружеством.
Вот так. Год Четыре Дом ознаменовался войной, гораздо большей, чем прошлый год. Вообще, я надеялся, что будет легче. Прежде, чем мы провернули авантюру с присоединением Толуки, пурепеча здесь уже пару раз крепко подрались с астеками (понятно, всем хочется отщипнуть кусок шкуры издыхающего ягуара). Войско Теночтитлана с позором отступило. Я полагал, что пурепеча неслабо потрепало… Но нет. Едва до Цинцунцанна дошли вести о нашей «подлой аннексии» Толуки, две большие армии сразу двинулись на восток «восстанавливать справедливость».
А мы слишком долго раскачивались. Атотола на этот раз нам почти не помогал: по слухам, у него там какие-то свои сложности возникли на далеком-далеком востоке (я даже боялся представить, куда еще забрались его корабли).
Ну, и ладно. В конце концов, Содружество должно научиться само справляться со своими проблемами. Если уж мы пурепеча одолеть не сможем, что тут про испанцев говорить.
Поначалу почти весь груз войны лег на куитлатеков. Горцы отчаянно держались. Только через местный месяц я сумел привести в Толуку войско Бога. На тот момент оно насчитывало уже десять тысяч, но отряды были широко раскиданы, и на войну пришли тысяч пять-шесть. Однако, наступление пурепеча сразу застопорилось.
Нелегкая вышла война. Мои генералы признавали, что их новый враг не сидел последние годы, развесив уши. Он многому научился в боях с державой Атотолы, и собирая информацию о войнах на востоке. Войско их правителя-каконци было почти полностью оснащено бронзовым оружием. Конечно, у них-то олово в избытке!
Мы задавили врага массой. Когда подошли войска членов Содружества с юга и с востока — почти 30-тысячная армия пинком выбила пурепеча из Толуки. А когда мы вошли в Жаркие Земли — каконци запросил мира.
* * *— Ну, вот и всё, Ичтакауэка. Пора уходить. Не давай большой воли Машишкатлю. Он уже всю Тлашкалу подмял. Опирайся на Уэшо и Атлишко — вместе вы тлашкальтеков перевесите. Но и не увлекайся! Не хочу потерять таких союзников.
Я уходил из Чололлана. Эта мысль зрела в голове давно. Во-первых, живя здесь, я душил Ичтакауэку. Вроде и правитель могучего города, лидер сильного союза, а не понятно, кто в этом городе хозяин: тлатоани или Вернувшийся Бог. Так и до заговора можно парня довести.
Но это во-первых и не в главных. Самый важный вопрос — логистика. Наше Содружество впитало в себя почти половину владений астеков. И на карте выглядело почти треугольником. Северным его острием была наша восточная долина. Юго-западным — Четландия с Толимекой. А юго-восточным — миштекские союзы. И получается, что моя база, моя резиденция находится почти на краю этой территории. Причем, на самом опасном краю! Рядом недобитые еще астеки, и именно с севера придут испанцы.
Мне нужен более безопасный и более удобный центр власти. Я даже нашел его. В постоянных плаваниях От Чололлана до куитлатеков и четлан, мои люди нашли место, где Мезкала сливается с речкой Миштекой. Здесь она как раз и становится более-менее полноценной рекой. И ведь какое удобное место! По воде можно добраться до низовий Мезкалы (до обеих моих царственных жен), а также до Чололлана и Тлашкалы или до миштекских княжеств. До союза разрисованных тлапанеков вообще рукой подать.
Удобно, в общем.
Очевидцы рассказали мне, что больших городов там нет. Место гористое, плодородных земель маловато. А я и не деревню земледельческую строить хочу. Я великий город возведу! Неприступную крепость. Военный центр. А также научный, экономический, культурный. Всё здесь появится со временем. И это будет только мое владение.
Когда война с пурепеча закончилась, у меня на руках оказалось несколько тысяч пленников. Раньше-то с ними было всё просто: на алтарь, кормить богов. А теперь?
И я понял: настала пора. К слиянию рек были отправлены сотни мастеров, пара тысяч воинов Бога и почти все пленники. Вокруг горы, так что камня — строй не хочу!
Вот под знаменем этой великой стройки и прошел год Пять Кролик. Все ресурсы Храма шли на ее обеспечение. Больших войн, по счастью, не случилось, так что я смог сконцентрироваться на своей мечте. С мастерами мы определили порядок очередности. После военного лагеря, после промзоны, третьим пунктом шел мой личный дворец. Или я не заслужил?
Когда его завершили, я свернул всё свое хозяйство в Чололлане, и бесконечный караван лодок двинулся по узенькой Мезкале в мой новый дом. В дом, куда не стыдно будет и жен пригласить.