Теотль Сухоруков (СИ)

Пора садиться за разработку проекта стройки. Задач уйма, Ичтакауэка с грустью понимал, что нападение на Уэшо откладывается на еще более далекий срок…
А тут еще и Дитя Голода вернулся!
  
Глава 27
 
Отрежь язык свой
 
— Вот.
На стол перед нами легли камни. В одной кучке — почти черные блестящие, с ярко-выраженным кристаллическим рисунком; в другой — гладкие обломки с острыми сколами, играющие разными оттенками серого и коричневого. Совсем разные, но, по уверениям Конецинмайлы, всё это — оловянная руда.
— Прости меня, владыка, — первым делом покаялся парень. — Я не смог узнать секрет бронзы. Поверь, я сильно старался! Но у пурепеча очень немногие занимаются ее производством. У меня месяц ушел только на то, чтобы найти место, где плавят бронзу, узнать людей, этим занимающихся. Но к своему делу они сторонних людей не подпускают.
Я верил, что Дитя старался. Об этом очень красноречиво говорил свежий шрам, идущий по щеке от правого уха. Видимо, нормально заживить рану у Дитя Голода не вышло, шрам получился грубый, набухший. Он слегка перекосил лицо моего шпиона, так что улыбка у него теперь выходила кривоватой. Да и мало стал улыбаться мой персональный гений.
Зато я не мог убрать с лица счастливую улыбку. Плевать мне было на эту бронзу, и на портящий лицо шрам тоже! Главное, что мальчишка вернулся! Живой и относительно целый! Никогда его больше не позволю посылать в такие рискованные путешествия. Колоть грецкие орехи цифровым микроскопом — эту роскошь я себе позволить не могу.
Однако, Дитя вернулся не с пустыми руками. Он потратил кучу времени, но хоть какого-то результата добился.
— Я следил за одной мастерской долгие дни, — отчитывался мой разведчик. — Запомнил людей, которые там работают. Узнал, что ввозили туда и что вывозили. Медь, уголь легко опознать. А потом появились носильщики с другим металлом. Я нашел место, где его плавят. Тоже не подобраться. Пытался проследить за караваном, который привозил ее в Цинцунцанн, но через пять дней пути понял, что добывают ее очень далеко на западе. Дождался другой караван и ночью во время стоянки выкрал у них образцы руды. Увы, это всё, что я смог сделать. Но плавят этот металл так же, как и медь. Говорят, он гораздо легче плавится.
Я смотрел на камни. Это уже зацепка. Можно пустить людей с образцами: пусть собирают похожее — а мы будем пытаться плавить. Но как понять, тот это результат или не тот?
— Ты что-нибудь узнал о руде, о самом дивном металле?
— Немного, владыка. Второй металл похож на серебро. Но темнее и тяжелее. Быстро теряет блеск. Вот эту руду, — Дитя ткнул пальцем в камушки с разводами. — Лучше всего искать в дымящихся горах. Она может находиться рядом с обсидианом. Но не только с ним. В камне она залегает узкими полосками, а бывает — отдельными… каменными плодами.
Я покосился на мастеров. Те, едва не облизывались, глядя на образцы. Сразу бы сунули в печь!
— Э, нет! — хлопнул я ладонью по столу. — Эта руда бесценна.
— Да ее все равно мало, — неубедительно фыркнул Воронов Волос. — А выход металла с руды большой?
Дитя Голода только руками развел.
— Если, как с меди, то нам нужно, хотя бы две головы… ну, голову руды, чтобы расплав наверняка заметить.
— Какие предложения?
— Поисковиков надо запускать, — уверенно заявил Хадани. — Дать каждому по камушку: одного и другого вида. Пусть ищут. Найдут похожее — мешочек насобирают и пометят, где именно нашли. Да и само место следует пометить… А потом пусть дальше идут. Мы после каждую партию прожжем и посмотрим — пойдет металл или нет.
Я посмотрел на две кучки камушков. Как же мало! Всё не отдам! Надо несколько образцов сохранить на самый экстренный случай. А с остальным… ну человек шесть-семь послать можно. Много ли они мест обойдут? И как быстро?
— Куда пошлем людей?
Ичтакауэка тер вспотевшие ладони.
— А точно получится сделать бронзу? — проигнорировал он мой вопрос.
— Да кто же знает? — вздохнул Хадани. — Столько неизвестного.
 
— Но вы уж постарайтесь! — подбодрил мастеров правитель и повернулся ко мне. — А искать надо у Госпожи в Синей Юбке. Западные горы лучше не трогать, там аколуа и астеки недалеко. А Матлалкуитль стоит на востоке. Это земли Тлашкалы — там поспокойнее. Кого-нибудь можно и на юг послать — вдруг и там чего найдут. Вы отберите людей, знающих толк в руде, — это он снова мастерам. — А я к каждому по пятерке воинов приставлю. Они и в дороге защитят, и камни помогут собирать и нести.
Это правитель дельно придумал. Мы раздали всем задачи, я велел Дитю Голода есть и спать три дня беспробудно. А тлатоани не уходил.
— Даритель, ну скажи! — сверлил он меня жадным взглядом. — Вот, если найдут руду, как скоро новый металл у нас появится?
— Нескоро, государь, — грустно улыбнулся я. — Поисковики по горам могут и десять дней бродить, и двадцать. Потом принесут образцы: и мастера начнут плавку. Каждую партию отдельно, кто знает, в какой удастся получить серый металл? Это тоже может до месяца занять.
— Так долго?
— Ну не могут же они все печи под новую руду занять? Придется на одной-двух работать. А это долго. Тут, конечно, надо богов просить об удаче. Вдруг с первого раза настоящая руда окажется! А может, и с самого последнего, — добавил я, заметив, что необоснованно раздул топку надежд правителя. — Или вообще ни разу.
— Не говори так! — поднял руки правитель. — Ты же Бог! Твои слова могут плотью обрасти.
— Ну, даже хоть с первого, — не унимался я. — Потом нужно посылать людей на месторождение, чтобы добыли руды на пару лодок веса. Сколько потребуется? Пять дней, десять? Зависит от количества людей и количества руды.
— Сотню пошлю! — горячился Ичтакауэка.
— Да не спеши, — улыбнулся я. — Лучше двадцатку с хорошим инструментом, чем сотню с голыми руками. Так что ты бы лучше последнюю тумбагу не на топоры и копья потратил, а на кирки.
Тлатоани горячо закивал, соглашаясь.
— А потом начнется самое трудное, — я был неумолим. — Мастера начнут пробовать разные пропорции, разное время, разный жар — чтобы найти рецепт хорошей бронзы. Тут тоже, как боги решат. Могут и за пару дней найти верное сочетание, а могут…
— Молчи! — остановил меня правитель. — Не надо.
Я хихикнул, поймав себя на мысли, что полностью своровал интонацию желтого червяка.
— Вот, — протянул поучительно. — Если рецепт появится, то дальше уже будет дело техники. Чем больше руды, чем больше печей — тем больше серого металла в короткий срок. Меди у нас…
Я полез в бумаги и отыскал свежий гроссбух по стратегическим складам.
— Такс… Ого! Почти девять лодок в слитках. Ну, допустим, что серого металла надо столько же. Это значит, что накопать и привезти надо лодок 30 руды. А уж угля сколько… Зато с этим мы всю твою гвардию вооружить сможем. С нуля! Правда, сам понимаешь: оружие и доспехи делать — это тоже время займет. На всё про все — полгода минимум. Это если боги удачу подкинут.
Ичтакауэка простонал.
— Как же долго…
— А нам что, делать разве нечего? — я кивнул головой в сторону макета крепости. — Работы у нас и на полгода и на год.
Ичтакауэка готов был койотом по клетке метаться. Да, еще не до конца он научился контролировать себя. Я утешительно похлопал его по плечу.
— Тебе еще повезло, тлатоани. У тебя почти на всё есть готовые решения. И мастера нужные имеются. И рабочих рук тысячи. А у меня ничего этого не было, когда я в Излучном начинал.
— И как же ты справился?
— А у меня терпения хватило! — улыбнулся я и едва не щелкнул правителя по носу.
Но сдержался.
Нда, терпения у меня хватает. За стеной моего «офиса» уже много дней подряд светило солнце. Дожди закончились, наступала ясная засушливая зима. Уже третья зима, которую я провожу в Чололлане. Сколько все-таки времени потрачено впустую. Нет, город меняется. Это уже совсем другой Чололлан, чем две зимы назад. Но насколько больше можно было сделать!