Личная помощница для босса (СИ)

Всю дорогу до дома я думал, что же мне с ней теперь делать, как же быть. Она почти идеальна для меня, но все же не до конца, может стоит все прекратить, раз она даже не захотела остаться и выслушать меня?!
Но в то же время я понимал, что она мне нравится и даже очень, а доверие…ну что ж…над этим мы еще поработаем.
А вот дома я обнаружил весьма и весьма неприятный для себя сюрприз. Она уехала, забрала все свои вещи и вернулась похоже в свою крошечную квартирку.
Сначала я злился на нее, что она оказалась совсем не такой, как я думал! Да как она могла так со мной поступить то?! Уехать и даже не поговорить, не выслушать!
Потом я понял, что возможно с проверкой доверия все же я сам перегнул палку, надо было хоть дверь открыть, или запись не отправлять хотя бы. Но сделанного уже не воротишь.
Столько мыслей крутилось в моей голове, и не выдержав, я все же рванул к ней.
Дверь она открыла мне вся заплаканная, опухшая от слез, и даже не захотела пускать к себе в квартиру.
‒ Может все-таки впустишь меня? Дома будет говорить удобнее.
‒ Как-то знаешь, не хочется.
Но я все же смог зайти в квартиру, несмотря на ее крайне недовольный вид. Прошел на кухню, где когда-то уже был и присел.
‒ Почему ты решила уехать от меня? Вот так внезапно и даже не поговорив? ‒ я все пытался поймать ее взгляд, но она упорно смотрела куда угодно, но только не на меня.
‒ А сам не догадываешься? ‒ в этот момент в ее глазах вспыхнула злость, и она все же посмотрела на меня. ‒ Ты там весело проводил время с этой девкой, запись вашего времяпрепровождения Яна любезно дала послушать и мне. А потом ты думаешь, что после измены, я просто закрою на это глаза и все будет снова хорошо? ‒ последние слова она уже кричала, эмоции так и выплескивались из нее.
‒ Я просил о доверии…, ‒ я хотел продолжить свою речь, но она меня перебила.
‒ О каком доверии может идти речь?! Мы всего ничего вместе, да я даже не знаю, вместе ли мы на самом деле, как-то мы не поднимали еще эту тему. Доверие не складывается по щелчку пальцев, его нужно заслужить. И я понимаю, когда мне просто бы рассказали, что ты там с кем-то закрылся в кабинке, то я бы поговорила, спросила, ведь могли же специально оболгать тебя, но тут я все видела свои глазами, да и слышала тоже, так что знаешь, простить такое я не могу, да и не хочу!
‒ Я не изменял тебе, ‒ сказал я и потом просто выложил все как на духу, понимая, что она права, кажется, я сильно заигрался.
‒ То есть ты хочешь сказать, что все эти ужасы, которые я пережила в самом начале, это все было какой-то проверкой?! Я все правильно понимаю?! ‒ она сейчас сидела и смотрела на меня с огромными от удивления глазами.
‒ Да, все верно. Но с последним ты права, это я не учел, мой план похоже был не слишком идеальным, ‒ усмехнулся я, понимая, как все-таки облажался. ‒ А теперь поехали домой. Тебе помочь собрать вещи?
Я не понял, что я такого сказал, но она посмотрела на меня как на идиота какого-то, а потом просто истерически расхохоталась.
‒ Мой дом здесь! И я никуда с тобой больше не поеду! ‒ категорично заявила она. ‒ А теперь, Арсений Владимирович, не могли бы вы меня оставить одну в мой законный выходной, я бы хотела отдохнуть с вашего позволения, так сказать.
‒ Маша, послушай, давай без глупостей. Поехали домой.
‒ Нет, я уже все вам сказала. До свидания, Арсений Владимирович!
Я попробовал ее уговорить, но она в итоге вытолкала меня за дверь. А я был в шоке. Ну подумаешь я немного над ней поиздевался, если бы любила, то простила бы! Значит не любит… Или любит, но просто сильно обижена?
И что мне теперь делать? Забыть и оставить все как есть? Или же добиваться ее прощения?!
Я понял одно, я сам запутался в своих чувствах. Она мне нравится, мне с ней хорошо. Но последняя проверка и ее сейчас поведение…
А что мне делать, если она вообще решит уволиться, ведь теперь то она понимает, что я не буду претворять свою угрозу в реальность.
***
(От лица Маши)
Я сидела как громом пораженная. Когда он мне все рассказал, то мне просто до безумия захотелось выцарапать ему глаза, еле сдержалась!
 
Когда я только вернулась домой, то думала про увольнение, что надо все забыть и отпустить. Но сейчас… нет, он этого точно не дождется!
Я пока не уверена до конца, но с работы скорее всего я не уйду!
Не знаю как, но я заставлю его пожалеть о содеянном. Вот как можно так поступать с людьми?!
В общем свои планы я теперь скорректирую и подумаю, что делать и как быть, но легко ему точно не будет.
  
Глава 27
 
Выходные для меня прошли в каком-то заторможенном режиме, я до сих пор не могла поверить, что Сеня мог так жестоко меня проверять. Он не звонил, как ушел, так и пропал.
Я все думала и думала, как же поступить лучше, но злость на него мне не давала покоя. Да и что уж от самой себя скрывать, я хоть и не хотела, но, к моему великому сожалению, все-таки в него влюбилась.
Выбора у меня было два: либо я ухожу от него совсем и, соответственно, наши пути расходятся, или же я остаюсь на работе в качестве его личной помощницы, а там уж по обстоятельствам. Я понимаю, что после такого логичнее было бы просто уйти, но...я не хочу этого делать.
В понедельник я выглядела великолепно. Красное в меру обтягивающее деловое платье с небольшим вырезом, удачный макияж с акцентом на глаза, все это сегодня сделало меня яркой и привлекательной, что мне и было нужно. Сегодня состоится встреча с партнерами, я была уже пару раз на них, но даже и не думала с кем-то там познакомиться, не до того было, но сейчас я хочу это исправить.
В офис зашла как ни в чем не бывало, Верочка меня поприветствовала, но очень удивилась, что с шефом мы сегодня пришли по раздельности.
‒ А ты чего сегодня без босса? Я уже как-то привыкла, что вы вместе приходите.
‒ Ну раньше он за мной заезжал, но сегодня у него не получилось, ‒ придумала отмазку я, так как я, естественно, никому не рассказывала, что жила все это время у него дома.
Дальше нам разговор продолжить не дал сам начальник, который зашел в приемную и почему-то по его виду сразу стало понятно, что меня здесь он уже и не ожидал увидеть.
‒ Мария…хм…пройдите в мой кабинет, ‒ сказал он и быстрым шагом пересек приемную.
Хоть внутри меня трясло, мне было плохо и больно видеть его, но я в этот раз даже перед зеркалом тренировалась натягивать на свое лицо максимально естественную улыбку, чтобы не доставлять ему удовольствия и не демонстрировать свои истинные чувства и эмоции.
‒ Маша, ‒ обратился он ко мне, едва дверь за мной закрылась. ‒ Ты…эээ…так ты не уходишь? ‒ он стоял напротив меня и впервые я видела, что он волнуется.
‒ Нет, я решила продолжить работать, если вы, конечно, не против, Арсений Владимирович. Если же против, то прошу тогда разрешения перевести меня обратно в журнал, там мы практически не будем с вами пересекаться.
‒ Так и не простила меня, да? ‒ спросил он вместо ответа про работу, подошел ко мне еще ближе, практически вплотную, мне ничего другого не оставалось, как прижаться к двери.
‒ Вы мой руководитель, я ваш сотрудник. За что мне вас прощать? И я что-то не помню, чтобы вы передо мной извинялись, ‒ я дерзко посмотрела в его глаза, с вызовом, он же отреагировал не так, как я планировала, вместо слов просто в наглую взял и поцеловал. Я пыталась сопротивляться, но его губы не оставили моим ни единого шанса на спасение.
‒ Прости меня, ‒ произнес он, когда оторвался от моих губ, из своих объятий меня похоже вообще отпускать не планировал, сжал еще только сильнее.
 
‒ Я вас прощаю, Арсений Владимирович. Отпустите меня, пожалуйста, через полчаса нам надо выезжать на встречу с вашими партнерами, перед этим есть какие-то указания? ‒ все это я проговорила строгим и деловым голосом, что заставило его все-таки меня отпустить и отойти.
‒ Нет, Мария, можете идти.