Отбор. Наследница (СИ)

— Лорина, я знала, что ты будешь здесь, — спокойно проговорила маркиза де Спарртоу, подходя к телу Донатана с другой стороны постамента.
— Зачем ты пришла? — горько поинтересовалась я. — Разве ты не понимаешь, что все кончено?
Да, я переходила на крик, но мне уже было все равно.
— Ты ошиблась, нет никакого пророчества! И ребёнка уже никогда не будет, потому что Донатан мертв. Он мертв.
Только проговорив это вслух, я впервые заставила себя действительно поверить в его смерть. Он умер. Ушел навсегда из моей жизни, даже не простившись. Мерзавец! Как он мог оставить меня здесь? Почему не забрал с собой! Любимый мой, родной…
— Лорина, ребёнок уже у тебя под сердцем, — тихо проговорила эльфийка. — Лишь это объясняет тот факт, что ты до сих пор жива. Ребёнок питает тебя своими жизненными силами.
Я недоверчиво посмотрела на неё, понимая, что она не шутит. Но сильнее меня поразил жадный блеск в глазах Амалии, что пугал сильнее слов, что она произнесла. Она была похожа на сумасшедшую фанатичку, но я почему-то сразу поверила ей. И, в тот самый момент, как я приняла мысль о ребёнке, моё сердце окончательно разбилось. Я не просто не смогу насладиться ролью жены самого прекрасного мужчины в мире, но и не смогу стать матерью нашего ребёнка, ведь когда он появится на свет, я умру. И это сильнее всего раздирает меня, дорогой Дневник. Как я могу привести в мир малыша, что просто не имеет права существовать, и бросить его? Его же сразу убьют.
— Амалия, — испугано прошептала я, чувствуя, что все краски в момент сошли с моего лица, а руки начали дрожать. — Меня и ребёнка просто убьют. Они обязательно сопоставят все и поймут от кого я беременна. Малышу просто не дадут появиться на свет.
Это озарение было мне просто необходимо. Я поняла, что ради нашего малыша я пойду на что угодно. Он родится. Должен родиться, иначе все было напрасно. Иначе жертва Донатана была напрасной. Я так сильно убивалась мыслью, что не смогу оставить моего малыша Богу Хаоса, а теперь искренне радовалась, что он обретёт сильного покровителя, способного его защитить.
— Император не убьёт тебя, если будет думать, что ты носишь его ребёнка, — тихо заметила эльфийка.
— Что ты мне предлагаешь? — ошарашенно переспросила я, думая, что мне послышалось.
Маркиза де Спарртоу обошла каменный постамент и, встав передо мной, мягко взяла за руки, побуждая смотреть на неё.
— Если у тебя есть идеи получше, я слушаю, — невесело усмехнулась она. — Но правда в том, что это единственный шанс для твоего малыша выжить. Твоя задача выносить и родить, а дальше… Дальше будем полагаться на волю Богов.
Я покачала головой, понимая, что этого для меня недостаточно.
— Вдвоём мы не справимся, — упрямо заметила я. — Мы должны найти тех, кто поверит в пророчество. Тех, кто готов будет помочь мне, несмотря на гнев Лиама, а он, поверь мне, обязательно последует, когда он поймет, что я рожу не его наследника. Нам нужна помощь.
Я осталась этой ночью со своим супругом. С моей первой и единственной любовью. Я многое сказала ему, что не успела сказать при жизни. Это так глупо! Глядя в его закрытые чёрные глаза я упрямо, раз за разом твердила ему о своих чувствах и обещала быть сильной. Клялась, что выдержу все испытания, справлюсь со всем, чтобы родить нашу малютку.
Я не прощалась с ним. Мы были связаны узами, покрепче брачных. Нас связывала любовь, и я чувствовала эту связь даже сейчас, когда его охладевшее тело лежало передо мной. Мы все ещё были неделимы. Моя душа обязательно найдёт твою, Донатан, когда мне придётся покинуть этот мир. И ты будешь ждать меня, я верю в это так искренне, что эта вера даёт мне силы жить дальше. Продолжать делать вдохи и выдохи ради нас и нашего малыша. Я улыбаюсь, что-то говорю, киваю, но на самом деле я просто отсчитываю дни. И с каждым новым днем дни с моим малышом неумолимо сокращаются, а день нашей встречи с тобой приближается.
Вчера, после коронации, я официально согласилась стать женой Императора. Вся Криольская империя готовится к предстоящему торжествует, а я могу думать лишь о том, что время течёт слишком быстро и нам нужно действовать быстрее. Кто-то может заметить моё плохое самочувствие по утрам, которое начало проявляться. Нужно торопиться. Но от одной мысли, что мне придётся разделить с Лиамом постель… все внутри восстает, противясь этому. Однако, я должна это сделать, чтобы обезопасить нашего малыша. Как я и обещала Донатану, я сделаю все, чтобы этот ребёнок появился на свет.
 
Великие Боги, пусть у нас все получится…"
  
Глава 27
 
Тишина поселилась не только в малой гостиной особняка де Вайленштейн, но и в сердцах собравшихся. Строчки, что были прочитаны, плотно засели в голове Арины, заставляя её переживать утрату вместе с матерью. Подумать только, на что её мать себя обрекла, чтобы спасти её едва зарождающуюся жизнь… Фролова тут же отругала себя за обиду и злость, что испытывала на родителей за заключенную с Хаосом сделку. Они действительно делали все от них зависящее, чтобы спасти её и этот мир.
Просто им не повезло.
— Моя мать видимо и организовала орден Хаоса, — признала очевидное Амилиана. — Твоя мама была беременной и стала Императрицей, она бы не смогла действовать, не привлекая к себе внимание. Это моя мама все организовала.
Эльфийка замолчала, не в силах сдержать выступившие на глазах слезы. Голодный Хил резко поддался к ней и переплел их пальцы в молчаливой поддержке, которая была ей так нужна в этот момент. Амилиана давно догадывалась о роли своей матери, но догадываться и услышать правду своими ушами — было совершенно разными вещам. К собственному удивлению, она оказалась совершенно не готова к такому.
— Они все присоединились к ордену по своей воле, — задумчиво добавил Александр, поглядывая на стоящую на балкончике Арину.
Поднявшийся ветер развивал её светлые волосы и трепал юбку платья, но она словно не замечала этого, слепо глядя на линию горизонта. Он тоже потерял родителей, но у него оставался дом, род, семья. Темный лорд даже не мог представить что бы чувствовал, сложить его жизнь подобно её жизни. Одно он знал точно, что теперь никогда и ни при каких обстоятельствах не оставит Арину одну.
Отложив дневник в сторону, Александр подхватил с софы плед и направился к супруге. Девушка вздрогнула, когда тёплая ткань коснулась её плеч, словно забыла, что в комнате она не одна.
Эльфийка, все еще пребывающая в смятённом состоянии, поднялась на ноги, хмурясь мыслям, что терзали её рассудок. Ей нужно было все тщательно обдумать и успокоиться, чего она не смогла бы сделать здесь.
— Я перемещусь домой, бабушка сейчас занята расшифровкой схем, что мы нашли в особняке де Ариден. Возможно ей нужна помощь, — пояснила маркиза, стаскивая со своего запястья браслет переноса и прокладывая коридор домой.
— Я хотел бы помочь, — следом за ней поднялся с софы и Голодный Хил, смотря куда угодно, только не в глаза Амилианы. — Есть шифровки, которые применял мой род поколениями. Мои знания могут пригодиться.
Что-то решив, маркиза кивнула и открыла портал.
— Что я творю, — покачал головой Хил, ступая в портал следом за эльфийкой, понимая, что тёплого приёма от Герцогини ему точно ждать не придётся.
Александр проследил за удалившимися гостями с задумчивой полуулыбкой, размышляя о том, смотрелся ли он так же нелепо со стороны, ухлестывая за Ариной. Однако тут же покачал головой, понимая, что даже это не имело для него значения.
— Как ты себя чувствуешь? — заботливо поинтересовался он. — Резерв восстанавливается?
Арина пожала плечами, поскольку не имела абсолютно никакого представления о том, как должна было это ощущать. Но слабость, что нахлынула после вспышки магии на поляне, немного проходила. Однако, того щекотного чувства в животе, она больше не ощущала.
— О чем думаешь? — тихо спросил он, крепче сжимая ладони на её плечах, чтобы согреть.
— О предстоящем финальном турнире, — честно ответила Фролова.