Отбор. Наследница (СИ)

Однако, к своему собственному удивлению, девушка продолжала лежать в кольце теплых рук, несмотря на весь хаос, творящийся в её голове. И, чем больше она позволяла себе анализировать, тем понятнее становилось, что она до сих пор банально верит в чудеса. Хочет надеяться. Хочет верить в слова, что Александр произнес вчера. Хочет, чтобы его чувства были крепкими и сильными, искренними и простыми. Ей так этого хочется, что надежда пересиливает страх, заставляя её лежать и ждать его пробуждения.
Но, чем дольше она лежит в его постели, тем больше новых мыслей появляется в вечно анализирующей голове. И, когда вконец накрутившая себя девушка пытается поинтересоваться у собственного Я, зачем ей вообще все это нужно, если она все равно собирается возвращаться на Землю, ответа Фролова попросту не находит. А может не может принять тот вариант, что услужливо подсовывает сознание?
Александр уже и не помнил, когда так крепко спал. Но держа в объятьях эту невероятную женщину, его теперь уже официальную по всем законам жену, ему было так спокойно и уютно, как никогда прежде. И, хоть им было, о чем поговорить после сегодняшней ночи, ему просто не хотелось открывать глаза. Казалось, что как только он позволит сонной дымке полностью отступить, все разрушится.
И, если нервозные вздохи и нетерпеливое елозанье Арины его забавляли, заставляя сонно щуриться в попытке подавить неконтролируемую улыбку, то метка вызова, что начала пощипывать кожу на запястье, сообщая о прибытии его дяди, восторга не добавляла. Нужно было поскорее выпроводить его, пока тот не столкнулся с Ариной. Им ещё предстояло познакомиться, но определенно не сейчас.
— Жалеешь? — первым делом поинтересовалась Фролова, вглядываясь в едва приоткрывшиеся глаза темного лорда, чтобы не пропустить и тени сомнения.
Однако лорду де Вайленштейн не было потребности скрывать от неё своих истинных чувств. Какой бы сложной не была вся эта ситуация, он был уверен в правильности своего выбора.
— Жалею, — подтвердил лорд, замечая, как вспыхнул праведным гневом ониксовый взгляд от его слов. — Жалею, что проснулся так поздно и теперь у меня нет времени, чтобы как следует подбодрить тебя перед сегодняшним испытанием.
Арина хмыкнула, тут же теряя весь воинский запал, перекатываясь на спину и буквально выдыхая напряжение, в котором, незаметно для самой себя, пребывала с момента пробуждения. Ей даже было как-то непривычно, что этот мир не показал ей свой злобный оскал, как это обычно бывало.
— Ну, если мы сузим прелюдию до минимума… — задумалась вслух блондинка, поглядывая на мужчину с хитрой усмешкой на губах.
Александр одним стремительным движением перекатился, подгребая её под себя, и ласково погладил рассыпавшиеся по подушке волосы. Сейчас она была так красива, что у него буквально защемило сердце от переполняемых чувств.
— Мне очень нравится ход твоих мыслей, — искренне улыбаясь, признался лорд. — Но я вынужден покинуть тебя. Дух оповестил о появлении моего дяди.
Фролова недовольно вздохнула, отворачиваясь, когда лорд попытался её поцеловать. Но Александра это не остановило и, вместо поцелуя в губы, он ласково прижался к нежной коже возле её уха, вызывая у девушки мурашки, прежде чем заставить себя подняться с постели.
— Дядя, у тебя не больше десяти минут, — с порога произнес Александр, входя в библиотеку, где уже ожидал его родственник, вальяжно расположившись в кресле.
— Не переживай, я в курсе о сегодняшнем испытании, — отмахнулся он, вытягивая из внутреннего кармана пиджака распечатанное письмо. Александр невесело хмыкнул, заметив на расколотом сургуче оттиск герба рода Линнок. — Я с очень хорошими новостями. Вчера ко мне обратился Герцог де Линнок. Он официально сделал предложение в отношении твоей помолвки с маркизой Еленой.
— Хорошая новость, я полагаю, в количестве золота, которое он предложил в качестве приданного за этот брак? — недовольно поинтересовался лорд де Вайленштейн, опускаясь в кресло напротив своего дяди.
Лорд Ример подозрительно прищурился, рассматривая своего племянника. Что-то в нем изменилось. Его магия была так же сильна, как и прежде, давя своей мощью, но ощущалась она иначе. Словно сила больше не была буйной свирепой стихией, что билась о клетку его резерва, а превратилась в тихое озеро. Глубокое и мощное, но спокойное и контролируемое. И еще никогда прежде Вольман не видел своего племянника таким безмятежно спокойным, несмотря на скорое испытание, которое его ждало.
 
— Твоя сила… — начал было лорд Ример и осекся, видя, как меняется выражение лица Александра.
— Все под контролем, — сухо и холодно произнес лорд де Вайленштейн, не терпящим возражений тоном. — А касательно предложения герцога, можешь не утруждаться с написанием ответа. Я уже отверг его предложение и попытки меня уговорить лишь раздражают.
Лорд Ример поджал губы, видя решительное выражение лица племянника. Вольман видел, что он принял окончательное решение и не собирался его менять, но глупый мальчишка просто не понимал от чего отказывался. И всему была причиной та вздорная блондинка, что свалилась им на головы.
Видела Темная Богиня, Вольман сразу понял, что от девчонки будут одни проблемы, но он даже не подозревал, что его лорд может допустить такую глупость, как влюблённость. Он не верил своим шпионам, когда те передавали ему сведения о действиях Александра, предполагая, что им движет желание мести, но стоило увидеть все собственными глазами, как все домыслы отпали. У него буквально руки холодели при мысли, что его племянник может допустить ту же ошибку, что сделала сестра — отдать свою жизнь, встав на сторону этого отродья. А погибни Александр и весь его род пойдет по ветру. Ему нужно было срочно что-то придумать, чтобы избавиться от леди де Ариден де Арти, пока все не зашло слишком далеко. Однако, пока девушка была претенденткой на престол, сделать это было крайне сложно. Он даже пошел на отчаянный шаг, передав Императору информацию о её посещении особняка де Ариден в надежде, что Его Величество, руками своих непобедимых берсерков, избавит его от этой проблемы, но видимо что-то пошло не так, раз девчонка все ещё была жива.
Срочно, просто безотлагательно нужно было что-то предпринять, ведь Вольман ни за что не допустит, чтобы Александр пострадал. Он уже потерял сестру, доверившись её заверениям, что им ничего не угрожает. Второй раз он этой ошибки не совершит.
Арина не совсем понимала, что изменилось после этой ночи, но чувствовала себя странно. Все казалось слишком переполненным. Солнце светило ярче, цвета казались более насыщенными, воздух — ароматнее, а чувства и эмоции вот-вот грозили выйти из-под контроля. Настроение скакало от сказочно-цветущего до угрюмо-отчаянного, а триллион мыслей, что проносились в голове, лишь способствовали тому, что девушку буквально бросало в раздумьях от крайности к крайности. Почти как при ПМС, только в сотню раз сильнее. Для человека, привыкшего контролировать каждый свой шаг, это было просто невыносимо. Пытка, причины которой было не понять. Хотя предательская мысль все же закралась в голову, пусть Фролова и пыталась стойко её игнорировать — влюблённость. Да-да, та самая наивная влюблённость с бабочками в животе и широченной улыбкой в пол лица, с которой ты похожа на безмозглую дуру. И эта мысль была пугающе сладкой, хоть девушка и понимала, что эти чувства принесут ей множество проблем в дальнейшем. И разбитое сердце по итогу, ведь как бы дорог ей ни был один самоуверенный брюнет, она все ещё планировала вернуться домой, а для этого ей нужно было во что бы то ни стало пройти сегодняшнее испытание. Именно с такими мыслями Арина вошла на веранду так полюбившегося ей балкона, пока в комнате слуги накрывали стол, сервированный на четверых. — Уже проснулась, — признал очевидное Хил, которого Арина даже сразу не заметила за массивной спинкой одного из кресел. Мужчина с характерным хлопком как-то нервно захлопнул толстую книгу и переложил её на край стола, где уже лежали несколько похожих томов.