Сержант и корона (СИ)
- Славься, Арей Ард Хоран! Славься, Мастер меча дома Рахим! – бесновалась толпа, надрывая глотки - Вы-бор! Вы-бор! Вы-бор!
Глава 8. Выбор
Их было четверо, но они были разные как день и ночь. Дочери старшей жены из семьи Тин обе были высокого роста – на этом их сходство заканчивалось. Арана Тин Рахим в полном доспехе командира боевой звезды –тяжелая и массивная. По габаритам она если и уступала Ворону- то самую малость. Лицо с нитками старых шрамов, доспех с выщерблинами- не парадный, а повседневный, боевой. Тяжелый и раздраженный взгляд.
Ида Тин Рахим – высокая миловидная водница с ярко- голубым водопадом волос смотрела доброжелательно и внимательно. Близняшки Аль Рахим едва достигли совершеннолетия. То, что их звали замуж их и пугало и льстило невероятно. В роскошных нарядах, с кучей семейных драгоценностей на песке арены эти две невысокие эльфары смотрелись чужеродно – словно племенной однорог, запряженный в крестьянский плуг.
- Я, Арей Ард Хоран, мастер рода Рахим по праву Испытания говорю с тобой, Арана Тин Рахим, с тобой Вельма Аль Рахим, с тобой Ида Тин Рахим, с тобой Юлга Аль Рахим. Я намерен возродить род Хоран и прошу семью Аль или семью Тин стать первой семьей возрожденного рода. Я –единственный законный наследник Рода.
- Я видел! Я знаю! Я свидетельствую!- слитный вопль тысяч глоток и слитный лязг тысяч кулаков заглушили все и Ворон замолчал, дождался тишины и продолжил:
- Имущество Рода захватили Хайм- но я надеюсь вернуть себе на него право, хоть это будет и непросто. Я не стану лгать о будущем - оно лишь в далеких облаках, я не стану лгать о неземной любви- я обещаю лишь защиту, заботу и верность.
- Вам никогда не говорили, принц, что вы дурной торговец? – в бархатном голосе Иды Тин Рахим прозвучала легкая насмешка, но в ее голосе не было враждебности – лишь интерес. Высокая стройная водница с легкой улыбкой смотрела на Ворона, чуть прикусив губку и на щеках ее разгорался румянец смущения.
- Я воин, а не торговец, прекрасная госпожа – с поклоном ответил Ворон, с удовольствием ловя ее взгляд, давая понять, что ее интерес им замечен и ему приятен.
- Да какой ты, к Темной, воин! Подарили наследничку испытание. Такого позора сто лет не видела. – хриплый голос Араны Тин Рахим разнесся по омертвевшему от неприкрытого оскорбления амфитеатру. Злобный характер старшей дочери патриарха, вопреки всем канонам водившей собственную звезду из мастеров-мужчин, был общеизвестен.
- Испытывал меня ТВОЙ Род, госпожа- – Ворон лишь чуть наклонил голову, соблюдая традиции, но и выражая явное презрение к собеседнице:
- Но если ты не веришь СВОЕМУ Роду - назначь поединщика.
Амфитеатр также засвистел и зашумел – обвиняя в нечистоплотности весь Род, дочь патриарха переходила границы дозволенного даже для нее.
- Я видела! Я знаю! Я свидетельствую!- в голосе Араны слышалась неприкрытая торжествующая радость. Масляные взгляды, которые сестричка- водница бросала на этого жеребца неожиданно просто взбесили ее. Подумаешь, одаренная! Дара Араны еле-еле хватало для укрепления тела- и что? Она добилась всего- и даже мужчины смотрят на нее с завистью, опаской и уважением! Арана и сама не понимала, отчего так - но холодная мощь силы этого Хоран вызывала в ней безотчетный страх и еще какое-то незнакомое ранее чувство, заставляющее подгибаться колени. А теперь еще и эта соплюшка Ида! Тяжелая злоба совсем затуманила голову и, красная от гнева, она сплюнула под ноги на песок Арены.
- Назначь поединщика - равнодушно повторил Ворон.
- Я сама тебя отделаю! Втопчу в грязь. Выскочка!
- Поединок с женщиной?- в голосе этой ледяной глыбы ни страха, ни колебания, ни удивления. Лишь вопрос.
- Я не женщина, трус! Я командир боевой звезды мастеров! Мастер Арана Тин Рахим! Что? Не можешь ударить женщину?! Тебе же хуже! Ты недостоин звания мастера- откажись и уходи с позором- тогда я сохраню тебе твою жалкую жизнь! Выскочка!
Неожиданно для Ворона часть амфитеатра поддержала Арану согласным гудением. Впрочем, он быстро разобрался, в чем дело- каждый из Рахим зарабатывал звание мастера потом и кровью. Годами. Изо дня в день, на глазах всего рода. Долго и тяжело. Для них Ворон - пришелец из незнакомого им столичного мира- действительно выскочка. Раз- и мастер. И сейчас скандальная дочь главы Рода невольно высказывала это общее раздражение.
Ворон взглянул на патриарха Рахим – но тот лишь беспомощно пожал плечами.
- Как бы не повернулось, патриарх – помни, я не хотел проливать кровь между нами.
- Если ты ее убьешь…
- Не трать слов напрасно –и так ясно. Какой муж из убийцы сестры.
- Хватит болтать! Пошли все вон! Поединок! Поединок! Поединок! – надо отдать должное, завести толпу она сумела. Крик Араны подхватил амфитеатр и тысячи глоток скандировали:
- По-е-ди-нок! По-е-ди-нок! По-е-ди-нок!
Ритуал выбора, обычно отличающийся лишь сальными шутками да острым словом, сегодня радовал неожиданным поединком. Пусть Испытание выдалось кровавым- но толпа все еще жаждала зрелищ. И крови.
Что-то там вещал патриарх, обосновывая поединок. Ворон сосредоточенно молчал, накапливая в руках силу и скорость для рывка. До-н-н-н-г! Гонг еще звенел, когда правый хисс воительницы, выбитый мощным ударом, покатился по песку. Заломленная рука причиняла ей невероятную боль, а хисс у горла даже дышать позволял с осторожностью.
- Ар-рей! Ар-рей! Ар-рей! – вопящая и улюлюкающая толпа ее не занимала – ей было важно захватить каждый глоток воздуха. Темная! Повестись на тот же самый трюк, что уже был проделан с подмастерьем! Да она совсем голову потеряла!
Внезапно лезвие перед горлом исчезло и тело неуклюже повалилось на песок- прямо на выбитый из рук хисс. Она схватила его и взлетела на ноги одним прыжком- но вместо беззащитной спины встретила лишь насмешливую и брезгливую улыбку Ворона, изготовившегося к нападению.
-Ваш подмастерье преподал мне урок. Он усвоен. – в негромких словах было столько презрения, что он словно плюнул ей в лицо. И она накинулась на него, осатанев от безумной ярости. Осыпая сотнями, тысячами ударов и совсем не заботясь о защите. Вкладывая в тяжелые безрассудные удары свой страх, свою обиду, свой гнев. Амфитеатр ревел в негодовании. Ворон лишь отбивал, ускользал, блокировал- и не мог подловить момент, чтобы обезоружить обезумевшую фурию. Ему приходилось думать о безопасности обоих- иначе эта одержимая располосовала бы уже сама себя. И он подставлялся. Доспех окрасился красным. Толпа гневно ревела. Поединок свят - но это уже не поединок а убийство.
Раны Ворона при каждом движении порождали боль. В душе его не было страха- там разрастался гнев. Гнев огнем пробежал по телу, взбугрив налитые мышцы - хиссы и доспех стали вдруг невесомы, а нападавшая – неуклюжей и медленной.
-Ррр-а!!- аткующий крик оркхай плетью ударил по амфитеатру, Мощный отбив отбросил Арану, едва не выронившую оружие. Хиссы принца скользнули в ножны, а багровая пелена окончательно застлала его глаза. Арана вновь бросилась в атаку.
- Ур-кха! –гневный рев воина урукхай сотряс амфитеатр. От свирепого удара открытой ладонью в грудь Арана взлетела, словно камень, подброшенный катапультой.
- Поединок! Тварь ничтожная! Самка! – гортанные слова языка оркх разлетались в эльфийском амфитеатре грохотом валунов, катящихся со скалы.
- Вставай, позор своего рода! - Ворон презрительно плюнул на песок. Ярость унижения придала тяжело поднимающейся Аране силы. Всю свою мощь она вложила в удар- но хисс лишь бессильно зазвенел, словно врубившись в камень. Приняв удар на один кованный наруч, принц- урукхай ударил вторым между концом лезвия и рукоятью. Правый родовой хисс Рахим лопнул с жалобным звоном. От жестокой оплеухи она покатилась по песку, а за ней шел он, сжимая в руке ее левый родовой хисс.
Он больше ничем не напоминал ей изнеженного и утонченного эльфар –в нем пенилась и ревела древняя и дикая кровь оркх. Взбугрившиеся мышцы, чуть не разрывавшие доспех, налитые кровью массивные надбровные дуги, оскаленные острые клыки, уже не казавшиеся милыми и не прячущиеся за губами. Обнаженное оружие, цель которого одна- рвать мясо.