Соправитель (СИ)
Ну что же, получается, что партия у цесаревича Николая всё-таки имеется, правда, только Витте выступил в его поддержку. А то, что сановники его не поддержали, так это скорее всего, закономерно. Витте считали выскочкой и не любили, откровенно не любили. Не отказывали ему в уме и настойчивости, но в тоже время присматривали за его телодвижениями. Он так и остался для сановников империи чужаком. И сегодня это стало очевидным. Вот только не могло быть так, чтобы брат Коля опирался только на Витте, кто-то же должен был стоять за этим всем, кто-то настолько искусный и умелый, что все наши спецслужбы это прохлопали. Паршиво дело! Теперь надо было заняться самым главным вопросом: выяснить расстановку сил, вторая задача — определиться, кто стоит за цесаревичем, кому этот переворот именно сейчас был выгоден, третье — выяснить позицию армейского начальства, четвертое — составить план действий для тех спецслужб, которые я лично могу контролировать. И выяснить, насколько им можно доверять. А посему послал поутру доверенного человека к Милютину, которому доверял абсолютно. Удалось поспать три часа, после чего к десяти часам был уже на рабочем месте, где его и застал звонок от доверенного лица, сообщившего, что через два часа будет ожидаемая встреча.
Хорошо, что среди военных было мнение однозначное — переворот дело антироссийских сил, которые используют цесаревича, что называется «в тёмную». Совсем его не держать в неведении не могли, тут, как говорится, фраза: «Хватит ребячится, ступайте царствовать»[4] не прокатывает. Этот заговор казался очень умело срежиссирован. Так могли сработать, пожалуй, только английская или немецкая разведки, более в Европе вряд ли нашлись бы умельцы. Хотя, тут надо думать и искать, особенно по поводу тех, кто крутился в последнее время рядом с цесаревичем. И вот тут у армейцев была выработана общая стратегия. Которую армия собиралась довести в ближайшее время до каждого из сенаторов и членов Государственного совета. Решено было требовать от цесаревича собрания Земского собора, который и выберет государя. Уверен, что такая постановка вопроса Николашу удовлетворить никак не могла, если он и был популярен, то только среди гвардии и ограниченного числа аристократии, поэтому будут искать компромисс. Какой? А ему начнут навязывать соправителя. И надо будет сделать так, чтобы активно предлагали Георгия или Мишутку, а я буду всё это время в стороне. А если еще и попрошу его о морганатическом браке, то… скорее всего, именно на мне Николя и остановится. Посмотрим.
Остаток времени я провёл на службе, старательно занимаясь тем, что подчищал секретную документацию. На всякий случай. Ибо тот, кто не готовится к худшему повороту событий не может рассчитывать и на лучший исход, как-то так. Поздним вечером я приказал отвезти себя в ресторацию. Это заведение содержал Апельсин, простите, купец Аксенов, тучный бритый красномордый мужчина, который хорошо знал, как следует угодить знатным гостям. В его ресторации «Яръ» была отменная кухня и цыгане. Главная фишка «Яра» были именно они. Ибо выпившему русскому человеку надо было хорошо так размахнуться, а цыганские песнопения под этот размах — самое то, что оной русской душе требуется. Ох! Сколько денег прожигали тут купчики, чей талант был в умении быстро срубить копейку малую, да тут же спустить ее в кабаке «на удачу», ибо не спустишь ее сейчас, то завтра никакая госпожа Удача тебе не улыбнётся.
К восьми вечера почтенная публика к «Яру» только начинала съезжаться. Это было пока еще то самое первое не слишком роскошное одноэтажное здание с башенкой, от которого скоро не останется и следа: новый хозяин «Яра» устроит реставрацию, и на Петербуржском шоссе вознесется пафосный дворец творения архитектора Адольфа Эриксона.
[1] Так на Руси назывались венерические заболевания
[2] Первая телефонная станция в Москве была рассчитана на тысячу номеров. Но очень скоро не смотря на дороговизну такой связи, телефон пришёлся столице Российской империи по вкусу и ввели пятизначные номера.
[3] Так стали называть сорокоградусную водку, производимую с подачи великого химика.
[4] Фраза, сказанная по-французски графом Паленом цесаревичу Александру в день убийства императора Павла Петровича.
(это еще то самое первое одноэтажное деревянное здание на Петербуржском шоссе)
Если вы думаете, что я использовал этот ресторан для конспиративной встречи, то вы ошибаетесь. А вот для того, чтобы прикрыть свои дела — эта ресторация подходила более чем. Не обращая внимания на начавшее выступление цыганского хора Ильи Соколова, прохожу в отдельный кабинет, который для меня был готов, стоило только Апельсина предупредить заранее. Чем хорош этот кабинет? Тем, что сменил мундир, оделся в гражданское, а в кабинете остался адъютант в моем мундире. Мы с ним слегка похожи. Ну а я выскочил через черный ход, который был рядышком с этим кабинетом. Очень удобно. И уже четверть часа был на конспиративной квартире, где меня уже ждали трое: полковник Сергей Николаевич Мезенцев, официально он занимает должность начальника 3-й комиссии Службы Имперской Безопасности (Комиссии Исполнения), генерал-адъютант, начальник 2-й комиссии СИБа, Комиссии Сообщений, Алексей Владимирович Толстой, заместитель начальника 1-й Комиссии СИБа (Комиссии Надзора) генерал-лейтенант Николай Игнатьевич Шебеко. Все они были в гражданском платье, а их охрана была рассредоточена вокруг квартала, где происходило наше общение. Я воспользовался секретным входом, от которого ключ был только у меня и оказался на лестнице чёрного входа миновав всех охранников. Когда я зашел в комнату, картина была достойная финала гоголевского «Ревизора». Никто из вышеуказанных господ меня тут увидеть не предполагал.
— Господа, доброго дня желать вам не буду, ибо добрым его не считаю. — я сразу решил взять быка за рога без всяких там расшаркиваний. — Вы получили сигнал «Конкорд». И прекрасно знаете, что он означает. С этой минуты вы переходите под начало комиссара Первой Комиссии Службы Имперской Безопасности, то есть меня, великого князя Александра Михайловича. Вопросы?
— Однако… — от неожиданности как-то неловко крякнул Шебеко, — вот уж не ожидал. Ваше императорское высочество…
Надо сказать, что Николай Игнатьевич был человеком энергичным, деятельным, исполнительным, но напрочь лишенным инициативы. Впрочем, какое-то время эти его качества не мешали работать, отнюдь. Но только не сейчас. Ах да, он был женат на одной из первых российских красавиц — Марии Ивановне Гончаровой, фрейлине Ольги Федоровны, она приходилась племянницей другой известной красотке — Наталье Николаевне Гончаровой, жене Александра Сергеевича Пушкина.
— Господа, вы понимаете, что ситуация крайне сложная. Но тем не менее, мы должны действовать согласно протоколу «Скрыт». Наши главные задачи: Первое — определиться, что происходит. Сергей Николаевич, вы должны выяснить, что произошло с моим отцом. Пошлите лучших людей.
— Ваше императорское высочество, достоверно известно, что похороны Михаила Николаевича назначены на седьмое мая.
— Торопится цесаревич, очень торопится. Чтобы похороны государя-императора были в такой сжатый срок, это как-то слишком уж подозрительно, не так ли, господа? — Я обвел присутствующих тяжёлым взглядом. Нет, так никуда не годится. — Прошу прощения, господа, лить слезы, бить себя кулаками в грудь и биться головой об стенку будем потом. Сейчас наша задача сделать так, чтобы труды государя Михаила Николаевича не пошли прахом. А потому прошу вас взять себя в руки и заняться делом! К сожалению, даже помянуть вам государя не позволю, пока точно не буду знать, что он упокоился. Понятно всем?
Да… проняло…
— Второй нашей задачей будет скрыть все секретные материалы по передовым разработкам как в сфере военной, так и научной. Что у нас по объектам особой секретности?
— Большая часть объектов под прикрытием дружины «Коловрат», некоторая часть под прикрытием частной охранной фирмы. — четко доложил Мезенцев.