Техник - ас (СИ)

Мне было предложено оставить поздравительную запись в специальной книге, лежащей на отдельном столе. Ну а почему бы и нет? На момент моего попаданчества сюда королева Елизавета II вполне себе бодро сидела на троне, держа в достаточно крепком кулаке многочисленную королевскую семью. Так что пусть моё послание станет ещё одним штришком для налаживания хороших отношений между будущей королевой и Советским Союзом на очень даже долгосрочную перспективу. Ну и немножко романтики добавлю. Всё же пока она всего лишь 17-ти летняя девчонка.
Керр даже предложил помощь своего секретаря, чтобы красивым почерком написать то, что я продиктую. Это он так намекнул, что я могу понаделать ошибок в тексте. Ну-ну! Бабуля меня-Силаева гоняла в написании диктантов на английском, немецком и французском языках так, что пишу я пожалуй получше, чем тот же секретарь Керра. И это касается как грамотности, так и почерка.
" Ваше Королевское Высочество! Позвольте от имени Военно-воздушных сил Красной Армии и от себя лично поздравить Вас с Днём рождения! 17 лет— это прекрасный возраст, когда всё вокруг кажется ярким и замечательным. И пусть вокруг грохочет война, но это время надежд, планов и встреч. От всей души желаю Вашему Высочеству встречать на Вашем пути только хороших и интересных людей. Желаю Вам как можно больше хороших и настоящих друзей, которые искренне будут поддерживать Вас на протяжении всей жизни. Желаю, чтобы цветущая юность навсегда осталась с Вами в Вашем сердце, раскрашивая яркими красками каждый миг жизни. Желаю Вам мудрости, ведь когда-нибудь наступит то время, когда Вы взойдёте на Престол. Желаю Вам Победы. Нашей общей с Вами Победы! И всегда помнить о том, как мы бок о бок сражались с общим врагом.
Гвардии майор ВВС РККА, дважды Герой Советского Союза, кавалер ордена Британской империи и Креста лётных заслуг, рыцарь Британской империи сэр Копьёв, Илья Андреевич. Ваш рыцарь сэр Ланселот."
В общем-то на этом мою миссию можно было считать выполненной. Показал, так сказать, себя союзникам, пора и честь знать. Немного пообщался с французами, скорее для языковой практики, и откланялся. Служба, однако. У нас тут, вроде как, война и нет ни малейшего желания слушать стенания американца о том, что ему не предоставили квартиру в 16 комнат с двумя гаражами.
Интерлюдия. Великобритания. Виндзорский замок.
Принцесса Елизавета, или, как её называли в семье, Лилибет, сидела в своей комнате и просматривала поздравительные телеграммы в честь своего дня рождения, пришедшие со всего мира. В основном, конечно, из стран Британского Содружества наций [74]. Все они были официально-приторные, но на некоторые из них нужно было ответить. Вот она и выбирала, на какие следовало написать ответ сразу, а какие могут и подождать. Однако одна телеграмма её особенно заинтересовала. Это была телеграмма, присланная из посольства Великобритании в Советской России из города с непроизносимым названием Kuybyshev. Почему-то посол, мистер Керр, решил, что эта телеграмма, вернее выписка из книги поздравлений, важна. Коротенькое поздравление, но сколько в нём было какого-то тепла. Она остановила свой взгляд на подписи. Русский майор и вдруг рыцарь, награждённый британскими наградами? Она вспомнила, что читала в газете о том, как один русский лётчик сбил в небе над Британией несколько немецких самолётов, а один из них даже таранил. Неужели это он? Нужно вечером уточнить у отца. Он обещал приехать и поужинать с семьёй.
Вечером, сразу после ужина, она попросила Его Величество уделить ей немного времени и показала ту самую телеграмму.
— Да, я помню его,— Георг VI чуть заметно улыбнулся,— Этот большевик отказался от чести быть произведённым в рыцари лишь потому, что требовалось встать на колени. Пришлось из-за него несколько изменить церемонию. А вообще храбрый лётчик. У него самое большое количество сбитых немецких самолётов среди всех пилотов Объединённых наций.
 
— А почему он подписался "сэр Ланселот"?
— О, это действительно смешно и удивительно одновременно,— король рассмеялся,— Его фамилия переводится с русского как Ланселот. Ну а журналисты тут же это подхватили и провозгласили его чуть ли не потомком легендарного рыцаря. А вообще есть в нём что-то удивительное. Большевик, а ведёт себя так, словно бывать в высшем свете для него вполне привычное дело. Говорит абсолютно без акцента и если не знать кто он, то его вполне можно принять за жителя Лондона. Как мне доложили, он так же превосходно владеет немецким и французскими языками. Командует элитной эскадрильей и его очень высоко ценит Сталин. Но я всё же склонен думать, что он из семьи русских аристократов. Слишком он образован и независим для обычного большевика. Кстати, ты, Лилибет, могла бы его отблагодарить в ответ на поздравление. Через неделю у них в России будут праздновать их большевистский праздник "1 мая". Вот и отправь этому рыцарю, а он себя в поздравлении именно так и называет, в подарок в честь этого праздника меч. А то какой же он рыцарь и без меча. Это будет очень символично. Ты же знаешь, что я отдал приказ об изготовлении почётного меча [75], который хочу преподнести городу Сталинграду. Там состоялась грандиозная битва, в ходе которой русские разгромили и пленили огромное количество немцев. Я, как король, отправлю меч в дар городу, а ты, как принцесса, отважному пилоту.
— Спасибо, отец, это замечательная идея!— Елизавета едва не запрыгала от радости, но вовремя спохватилась. Она уже не ребёнок, чтобы так проявлять свои чувства.
— Что то ещё, Лилибет?— король прекрасно видел, что его дочь ещё не всё сказала.
— Да. Он пишет, о нашей общей Победе и о том, что мы бок о бок сражаемся с общим врагом. Я тоже хочу сражаться [76]. Я, конечно, выступала по радио три года назад в передаче "Детский час", а недавно посетила полк гвардейских гренадеров, но это всё слишком мало.
— Хорошо,— Георг VI впервые видел свою дочь, настроенную столь решительно,— я подумаю, что можно сделать и как помочь тебе, и сообщу об этом.
***
В самолёте я банально уснул и проснулся уже когда шасси коснулись взлётной полосы Центрального аэродрома в Москве. Интересно, Сталину доложат о том, что происходило на приёме в посольстве или он пожелает узнать всё от, так сказать, первого лица? Скорее будет и то и другое. А у меня ещё и награждение впереди. Перед самым отлётом в Куйбышев Новиков шепнул, что все наши наградные подписаны, а это значит, что награды получит весь личный состав эскадрильи, в том числе и технический. И это правильно. Парни выложились полностью, обеспечивая боевую работу лётчиков.
С аэродрома сразу поехал в штаб ВВС, доложить о прибытии. Новиков, поздоровавшись, тут же выставил меня из кабинета и велел ждать в приёмной. Через несколько минут он приказал подать машину и стремительно вышел из кабинета, махнув мне рукой, чтобы я следовал за ним.
— Знаешь, майор,— уже в машине хохотнул он,— я порой чувствую себя не главкомом ВВС, а твоим личным адъютантом. Хозяин велел тебя привезти к нему.
Снова Кремль и снова кабинет Сталина.
— Ну что, товарищ Копьёв, как вас встретили англичане?— настроение у Сталина явно было хорошее.
— Нормально встретили, товарищ Сталин. На клопов жаловались. Пришлось напомнить им, что и в их Англии этой гадости навалом,— думаю, что все мои разговоры в английском посольстве хозяину кабинета уже известны дословно.
— Видимо наши клопы не особо любят англичан и кусают их как-то слишком сильно,— Сталин с усмешкой прищурился,— А что, в Англии действительно много клопов?
— Много это не то слово, товарищ Сталин,— я усмехнулся,— В гостинице, где меня поселили, я на кровати откинул в сторону простыню, а под ней этих самых клопов как фрицев под Сталинградом. Да ещё и такие же шустрые. Драпанули в разные стороны так быстро, что я только штук пять и успел раздавить. Одним словом полнейшая антисанитария. У нас в любой избе чище, а у них в гостинице в номерах под потолком в углах паутина. Я по-началу думал, что это они просто меня поселили в такой грязный номер, чтобы показать своё отношение к советскому человеку, но в тот же день зашёл в соседний, познакомиться, так сказать. Так там жил английский полковник и паутины и грязи под потолком было не меньше.