Техник - ас (СИ)

— И всё же я поражён,— едва заметная улыбка проскользнула в глазах Ли-Мэллори,— Мои представления в Советах только что в корне изменились. Вы точно военный лётчик или, может быть, агент вашего ГПУ? Вы говорите на английском так, словно родились и выросли в Лондоне. Признайтесь, майор, вас специально готовили?
— Уверяю Вас, я действительно лётчик-истребитель,— я жестом пригласил маршала к столу,— Позвольте угостить вас, господин маршал, настоящим советским коньяком,— я кивнул стоящему здесь официанту на бутылку коньяка "Армения", который пробовал в Москве,— Предлагаю тост за боевое братство,— я поднял бокал с янтарным напитком. Ли-Мэллори поднял бокал в ответ и слегка пригубил напиток. Его бровь удивлённо взметнулась вверх и он с удовольствием выпил до дна.
— Вы снова смогли меня удивить, господин майор. Чудесный напиток. Не знал, что у вас в России делают такой прекрасный коньяк. Ну а после столь чудесной дегустации, позвольте мне выполнить то, ради чего я здесь,— он подал знак рукой и рядом с ним тут же материализовался молодой офицер, с кожаной папкой в руках, украшеной золотым английским гербом.
А рядом со мной уже стоял невесть как почувствовавший важность момента посол Майский. И как только смог углядеть. Я был уверен, что он даже не смотрит в мою сторону.
— Господин Копьёв!— начал Ли-Мэллори торжественно,— По поручения Его Королевкого Величества, Короля Великобритании и Северной Ирландии Георга VI имею честь вручить Вам приглашение на аудиенцию у Его Величества, которая состоится завтра в два часа пополудни в Букингемском дворце,— с этими словами он раскрыл папку, в которой лежал конверт с таким же оттиском английского герба и с лёгким поклоном протянул его мне.
— Я благодарю Его Королевское Величество за оказанную мне честь,— я с таким же лёгким поклоном взял в руки конверт с приглашением, лишь на какое-то мгновение опередив потянувшегося за ним Майского. А нечего свои грабалки тянуть к тому, что не тебе адресовано.
Букингемский дворец впечатлил своим убранством. В своей прошлой жизни мне так и не довелось побывать в Англии, так что сравнивать, что за будущие годы изменится мне было не с чем. Думаю, что консерватизм британцев им вообще не позволяет менять что-либо.
Вчера меня весь вечер буквально задолбали инструктажами по правилам поведения во дворце. В конце концов просто перестал обращать на это внимание. Зато теперь посол Майский стал моим "лепшим другом", особенно после того, как он позвонил в "Форин-офис" [40] для уточнения вопроса. следует ли ему сопровождать некоего майора Копьёва на аудиенции у короля. На что ему ответили, что Его Величество пригласил лишь одного вышеупомянутого майора и возможно произошло недоразумение, но поправлять волю монарха они не могут и ещё раз выражают сожаление. Похоже это маленькая "мстя" Майскому за события 1926 года в Стратфорде [41].
В зале, куда меня в сопровождении Чрезвычайного и Полномочного Посла СССР в Великобритании Майского, которому в самый последний момент всё же прислали приглашение во дворец, проводил одетый в расшитую золотом ливрею лакей, помимо самого короля было ещё человек двадцать. Трое из них, судя по фотокамерам, были репортёрами. А вот Черчилля, премьер-министра, я не увидел. Ну оно и понятно. Не такая я и важная птица для него, особенно учитывая его русофобию, чтобы встречаться со мной, даже если это аудиенция у монарха. Зато здесь присутствовал айр-маршал Ли-Мэллори, стоящий вместе с несколькими военными отдельной группой. Он приветливо и даже как-то одобрительно кивнул мне.
Сам король Георг VI был в форме Королевских военно-воздушных сил, чем меня несколько даже разочаровал. Я то надеялся увидеть монаршую особу в мантии и с короной на голове и на троне, а увидел стоящего на своих двоих офицера.
Ещё один дворцовый служитель, вот не знаю, как называется его должность, громко дважды стукнул своим довольно массивным украшенным золотом посохом об пол и провозгласил; — Гвардии майор военно-воздушных сил Красной армии господин Копьёв и Чрезвычайный и Полномочный Посол Советского Союза господин Майский.
 
Майский лишь чуть слышно хмыкнул на такое пренебрежение к его персоне. Видимо привык уже. В данном случае его упомянули после меня, хотя по протоколу должно было быть наоборот. Здесь он представитель страны, а не я.
Сказать, что произошедшее затем меня удивило, это ничего не сказать. После взаимных приветствий, где первую скрипку играл Майский, как знающий дворцовый этикет, Георг VI вдруг громко произнёс; — Господа, сегодня мы рады приветствовать самого результативного аса не только ВВС Красной армии, но и всех стран-союзников по борьбе с гитлеровской Германией. Гвардии майор Копьёв сбил 66 самолётов противника, в том числе в одиночку уничтожил в воздухе группу оберста Зигфрида фон Рауха, на чьём счету жизни не одного десятка наших лётчиков. Мы сражаемся вместе плечом к плечу с врагом всего человечества— гитлеризмом и такие люди, как гвардии майор Копьёв своим мужеством и героизмом приближают нашу общую победу. И сегодня, за выдающееся лётное мастерство, за беспримерную отвагу я с большим удовольствием награждаю гвардии майора военно-воздушных сил Красной армии Копьёва крестом "За выдающиеся лётные заслуги" [42]. Пусть эта награда способствует ещё большему сближению наших народов в борьбе с гитлеровской Германией,— с этими словами король прикрепил мне на грудь, чуть ниже моих орденов Ленина, серебряный крест на ленте с наклонными полосами пурпурного и белого цвета.
Я на миг растерялся, не зная как положено отвечать в таких случаях, но потом мысленно плюнул и громко и чётко на русском языке, встав по стойке смирно, произнёс;— Служу Советскому Союзу!
Следующие две недели слились для меня в один сплошной калейдоскоп. Мне пришлось выступать на встречах с журналистами, рабочими, студентами. Отвечать на их, подчас, совсем наивные вопросы. Впрочем не особо и удивили. Ещё по той своей жизни я прекрасно помнил, как именно представляют жизнь в России за границей. Тут тоже не далеко ушли.
Были и вопросы личного характера. Есть ли у меня семья, женат ли я и есть ли у меня девушка, какие девушки мне нравятся, какое моё мнение об английских девушках. Это в основном от женской части. Пришлось отвечать, что я сирота и всё, чего я достиг, всё это благодаря неустанной заботе о таких как я со стороны нашего правительства и товарища Сталина ( а куда денешься, время такое), что я не женат и девушки у меня нет, так как идёт кровопролитная война и пока просто не до этого, что английские девушки, безусловно, красавицы, но самые красивые девушки живут у нас в Советском Союзе. Мужчины спрашивали больше о войне, о положении на фронте, о моём видении дальнейшего хода войны.
Кроме этих встреч меня плотно привлекли к работе с нашими техническими специалистами по вопросам поставки по Ленд-лизу авиационной техники. Для этого я несколько раз выезжал на английские авиабазы, где, как говорится, пробовал в воздухе различные типы самолётов-истребителей.
Особенно меня интересовал Р-39 "Аэрокобра". Учитывая, что в своём прошлом я имел опыт полётов на подобной машине, я надеялся провести полноценные лётные испытания. И...надежды не оправдались. Самолёт, в отличии от того, из будущего, был каким-то дубовым что ли. Возможно всё дело в том, что тот, на котором летал в штатах, был больше репликой и изготовлен из современных материалов, и двигатель был явно доработан и имел большую мощность. Да и репликой он был последних серий этих истребителей.
Но всё же в воздух я поднялся и крайне аккуратно выполнил несколько фигур высшего пилотажа. Надо же мне потом в отчёте что-то писать. Про недостатки я и так помню. Главная это задняя центровка, из-за которой "Аэрокобра" была склонна к сваливанию в плоский штопор. Нет, тот же "ишачок" тоже имел заднюю центровку и сделано это было специально, чтобы повысить манёвренность истребителя. Про И-16ый говорили, что он может летать вокруг телеграфного столба. Но на "кобре" центровка менялась в зависимости от расходования боеприпасов и топлива. И это в конечном итоге привело к многочисленным авариям и катастрофам, в которых погибли наши лётчики.