Техник - ас (СИ)

— Вчера трое наших, хотелось бы назвать их товарищами, но, почему-то, не хочется, раздобыли самогон и устроили пьянку. Тем самым они нарушили приказ, запрещающий употребление спиртных напитков, сорвали учебный процесс, подвели всех нас и подставили водителя топливозаправщика, который и привёз по их заказу самогон и которому теперь предстоит вместо службы в тылу с винтовкой в руках на передовой останавливать немецкие танки. Я обещал, что нарушители дисциплины будут отчислены из эскадрильи и отправлены в тыл возить почту. Однако, учитывая то, что эти данные три субъекта плевать хотели на своих товарищей, учитывая то, что они уже прошли достаточно хорошую лётную подготовку и изучили новые тактические приёмы воздушного боя, веры им нет. Поэтому, чтобы избежать попадания таких ценных источников информации в руки противника, я считаю, что их нужно расстрелять,— я сделал паузу и посмотрел на стоящих в строю и стоящих у выкопанной своими руками могилы. Прямо картина маслом. Всеобщее обалдение на лицах.
У залётчиков, по моему, остатки хмеля из организма моментально выветрило. Им и так изрядно попотеть пришлось, пока копали, а тут такое вот "здрасти".
Я подошёл к особисту и молча взял из его рук автомат. Классная, скажу я вам, машинка. Пострелял я из него здесь несколько раз. Хотя, конечно, правильнее называть его пистолетом-пулемётом, но все называют автоматом. Передёрнув затвор я дал очередь прямо впритирку над головами нарушителей сухого закона так, чтобы ветерок от пролетающих пуль пошевелил шевелюру. Надо отдать должное расстреливаемым, ни один из них не рухнул от страха.
— Прицел не верный взял,— громко сказал я, поворачиваясь к строю и всё ещё держа "дегтярь" в руках,— Так что будем с этим делать? Может стоит поправку при стрельбе взять?
— Товарищ капитан!— громко произнёс старлей Шилов, по совместительству мой заместитель,— Я предлагаю отдать их нам на поруки.
— На поруки?— я изобразил удивление в голосе,— Так ведь им наплевать на вас, своих боевых товарищей, на меня как на командира. Я просто боюсь дальше перечислять на кого и на что им ещё наплевать. Думаете вы сможете их перевоспитать?
— Мы проведём с ними разъяснительно-воспитательную беседу, товарищ капитан, и приложим все силы, чтобы подобное больше не повторилось.
— Ну что же,— я сделал вид, что задумался. На самом деле всё шло именно по моему сценарию, хотя кульминация ещё не наступила,— В первый и в последний раз я вам поверю. Воспитывайте, вправляйте мозги, только без членовредительства,— казалось земля колыхнулась от всеобщего вздоха облегчения. Тут могли ожидать чего угодно от командира-беспредельщика, который во время обучения в учебном воздушном бою по своим же лупит боевыми патронами.
Я отдал автомат стоявшему с каменным лицом особисту и повернулся к залётчикам.
— Так как ваши товарищи упросили вас не расстреливать, а могила уже выкопана, то в ней следует кого-то похоронить, чтобы не было так, что зря копали. Поэтому вы трое будете хоронить пустую бутылку из-под самогона. Торжественно. Кроме того, вы лишаетесь права на употребление всего, что крепче чая до тех пор, пока каждый из вас не завалит десяток гансов! К церемонии приступить!
Тут же амнистированным были вручены небольшие дощечки, гвозди и молоток ( заранее Кузьмича попросил приготовить; он единственный знал, что я действительно задумал и полностью поддержал такой способ воспитания). Из всего этого они по-быстрому сколотили маленький гробик, в который торжественно уложили пустую бутылку. Затем гроб с бутылкой был на верёвках аккуратно опущен на дно могилы. Могилу закопали, насыпав сверху ровненький холмик и трое собутыльников дали трёхкратный салют, вскидывая к небу черенки от лопат и громко крича "тыдыщщщь!".
Чуть позже ко мне подошли особист и комиссар.
— Ну ты, командир, и ненормальный,— Данилин закурил папиросу,— Я же был уверен, что ты их действительно расстреляешь.
— А вообще, перед приведением приговора в исполнение следует говорить " Именем Союза Советских Социалистических Республик",— задумчиво глядя куда-то в сторону произнёс Гайдар.
 
— Тогда мне пришлось бы их реально расстрелять,— я пристально посмотрел на своих собеседников,— Таким словами впустую не разбрасываются.
  
Глава 5. Боевое крещение.
 
Далеко справа под крылом, простираясь до самого горизонта, в лёгкой утренней дымке просыпалась Москва. Ей ещё далеко было до того, неимоверно разросшегося, пожравшего свои окраины и пригороды, переполненного людьми и автомобилями, круглосуточно снующими по улицам и проспектам, мегаполиса, каким она стала в конце 20-го — начале 21-го века. Лучше ли она от этого стала? Не уверен. Поддавшись моде на всё иноземное, она утратила свою русскую самобытности, свою патриархальность. Кому-то весь этот хай-тэк нравится, но мне он как-то не по душе.
Перевожу взгляд влево на летящие уступом вверх самолёты эскадрильи. Эшелонирование по высоте наше всё. Знаменитая "кубанская этажерка", придуманная позднее Покрышкиным, а сейчас нагло приватизированная одним попаданцем, здесь получила название "московская этажерка". Молодцы парни, освоили и строй держат ровно. Чуть ниже и впереди идёт наша "Дуся", как любовно прозвали транспортный DC-3. На её экипаже, помимо доставки нашей технической части, ещё и штурманская проводка. 13-я отдельная истребительная эскадрилья летит на фронт.
— Командир, справа ниже сзади на 5 часов,— в шлемофоне раздался спокойный голос ведомого. Посмотрев в указанном направлении заметил тройку МиГ-3, идущие нам на перехват. Московское ПВО не дремлет. Всё правильно. Их хоть и предупредили о нас, но надо удостовериться своими глазами. Тем более, что на столицу уже было несколько довольно серьёзных авианалётов.
Быстро догнав нас, что было не трудно, так как мы шли со скоростью 320 км/час, равняясь на транспортник, МиГи поравнялись. Фонари кабин открыты и видно, как ведущий показывает большой палец. Машу рукой в ответ и ПВОшники отваливают к себе. Эти всё ещё летают по старинке по трое. Ничего, война быстро научит и перейдут на пары как мы.
Жигарев прилетел к нам с проверкой как и обещал. Самолёт "Сталь-2" [25], на котором он летел в качестве пассажира, был перехвачен находящимся в тот момент в воздухе звеном старшего лейтенанта Юсупова еще на дальней дистанции и сопровождён до посадки на наш аэродром. Командующему понравились слаженные действия звена в воздухе. Ну а потом началась обычная для любой армии показуха, когда с проверкой прибывает высокое начальство. Показали воздушный бой, правда без ставшей уже привычной стрельбы, высший парный пилотаж.
В целом Жигарев остался доволен и улетел от нас в хорошем настроении. На следующий день доставили новенькие двигатели для самолётов. Новенькие во всех отношениях. Улучшенная модификация двигателя М-105П под обозначением М-105ПА с усиленными картером и шатунами, беспоплавковым карбюратором, обеспечивающим перевернутый полет в течение 5 минут и ввод в пикирование с отрицательной перегрузкой. Самое то для нас. Увеличился не только срок службы двигателя, но и максимальная скорость у земли. Из Раменского в помощь нашим технарям перебросили своих механиков и за сутки поменяли движки на всех истребителях эскадрильи.
А вчера прилетевший на У-2 курьер вручил мне стопку карт и запечатанный пакет, в котором был приказ вылететь в составе эскадрильи на Западный фронт на аэродром в Холм-Жировский, где базировались части ВВС 30-ой армии. Задачей было нейтрализация действий авиации противника и завоевание господства в воздухе. Вот так, не много, ни мало. Хорошо хоть никому нас не подчинили и мы оставались в непосредственном подчинении командующего ВВС РККА. На приказе была резолюция Жигарева " действовать самостоятельно по своему усмотрению в соответствии с обстановкой". Это то, что называется идти ва-банк. Главком решил рискнуть и поставить на нашу эскадрилью.