Наставник (СИ)
- Но ты живой.
- И потому имею к вам предложение…
И пауза.
Заодно осторожно переместиться вправо. Все-таки взгляд лучника Миха чувствует. Точнее не он, а Дикарь.
- Молодому барону понадобятся люди. Свои. Толковые. Способные держать слово.
- А кто ты такой, чтобы говорить от имени молодого барона? – не удержался благородный Альверм. А Миха подумал, что вот с ним он точно не уживется.
- Дикарь.
- Наставник, - пояснил бледный. – И помолчи уже…
Альгрим поджал губы. Но возражать не посмел. Как и рыжий, тот только крякнул в сторонку. Выходит, ошибся Миха с тем, кто главный.
А ведь глаза у наемника нехорошие.
Пустые глаза.
- Деньги… - из шатра вышла Миара. – Все упирается в деньги…
Её платье выглядело… ладно, немного мятым, но не критично.
Темные волосы.
И темная полумаска, скрывавшая верхнюю половину лица. Слегка опухшие губы. Темный след на шее. Бледные руки. Белый платок в них.
- Госпожа, - этот, бледный, первым согнул спину. – Прошу простить нашу дерзость…
Следом поспешно склонился рыжий. А вот благородный барон одарил магичку внимательным взглядом. И даже приосанился. Это он, конечно, зря… но нос свернуть захотелось.
Чисто по-братски.
- Будем честны, - Миара встала рядом. Пахло от нее травами и кровью, но Миха надеялся, что эти запахи слышны лишь ему. – Вы не заработали этих денег. Замок не взят. Ваш господин погиб. А вы, вместо того, чтобы отомстить его убийце…
Взгляды скрестились на Михе.
- Настоящему убийце, брось, Тень, ты слишком умен для этих игр. Так вот, вы просто перешли на другую сторону.
- Никто в здравом уме не станет спорить с родам Ульграх, - тихо произнес тот, кого она назвала Тенью. А ведь подходит кличка. Незаметный. Тихий. И опасный.
Только на кой хрен он чужую кольчугу напялил?
- И верно. Надеюсь, со смертью моего… несчастного брата…
- Несчастного?
- Того, кто потерял голову сложно назвать счастливым, - пожала плечами Миара. – Так вот, надеюсь, с его смертью ваше нежелание ссориться не исчезло?
- Но… - барон открыл было рот и закрыл. – Госпожа, я счастлив…
- Вы можете оставить аванс себе. Я договорюсь с баронессой… она разумная женщина.
- Баронесса? – скривился рыжий.
- Баронесса де Варрен. Полагаю, именно она возьмет под опеку дочерей покойного Хальгрима. И его долги в том числе. Как и долги перед ним.
Барон дернул носом. А рыжий посмотрел куда-то в сторону. Миха тоже посмотрел, но ничего толком не увидел.
- Вы не уберегли хозяина. И она может потребовать виру. Но не станет. А вы не станете делать вид, что вам и вправду кто-то что-то да должен.
- Госпожа весьма добра…
- Эй, да она просто… да это же…
- Заткнись уже. Прошу простить, сиятельная госпожа, - Тень говорил тихо, но доходчиво. – Альверн весьма молод. И неопытен.
- Да я…
- Он собрал отряд, но не понимает, что жизнь наемника сложна и полна опасностей. Но уверяю, среди его людей хватает особ здравомыслящих.
- А прочим мы намекнем, что не след устраивать свару, - кивнул рыжий. – Что до предложения, то… ежели всерьез, то я бы послушал.
- Всерьез, - Миара величественно кивнула. – И в доказательство моих слов… прошу.
Она сняла с пояса кошель, который протянула Тени.
- Считайте это задатком…
- Да что вы в самом деле, не видите, что она слаба… просто баба…
Дикарь дернулся. И успел вытащить клинок, но и только. А вот Альгрим ничего не успел. Он даже, наверное, не сразу понял, что умер. Несколько мгновений стоял, нелепо открыв рот. И только. Из левого виска торчала рукоять ножа. А Тень спрятал руки в широкие рукава кольчуги.
- Он приходился покойному барону родичем. Каким-то там… вот и возомнил себя. За душой ни гроша, людей нанял на деньги Хальгрима, а туда же, командовать.
Тело осело в пыль.
А Миха скользнул, вставая между Миарой и лучником. Мало ли, чего тому примерещиться.
- Возьми, - Тень передал кошель рыжему. – Раздай людям. Я займусь телегой. И… госпожа… молю о милости.
Он поклонился, хотя теперь Миха не верил этой показной покорности.
- Но среди моих людей тоже есть раненые.
- Пусть везут сюда, - Миара не стала отказываться. – Только распорядись, чтобы нашли какой-никакой еды. И воды. И вообще пришли кого порядок навести.
Глава 36
Глава 36
Ирграм чувствовал себя… не так.
Неудобно.
И все-то подсказывало, что самым разумным будет убраться подальше, что… что не след ему задерживаться. Пока никто не видит, пока… пока они не опомнились.
Но солнце припекало.
И свет его, даже разреженный пологом шатра, причинял боль. Сама же мысль о том, чтобы шагнуть наружу, приводила в ужас. Ирграм точно знал, что тогда случится что-то плохое.
Очень.
И потому просто сел.
На пол.
Так и сидел. Смотрел. На остальных. На то, как рубили голову. Выходили… на госпожу, что принялась оттирать кровь с лица, когда же не вышло, выругалась.
На маску, что возникла при касании к коже.
Иллюзия.
Долго не продержится. А скоро вечер. Закат. Солнце уйдет.
Госпожа вышла. И Ирграм остался один. Или… нет. Был еще маг, который провалился в забытье. И эта странная девочка, что сидела на трупе Алефа.
Девочка повернулась к нему и прищурилась.
- Мертвый, - сказала она и указала пальцем. – Сюда. Идь.
Ирграм хотел было возразить, но подчинился. А подойдя к ней, склонил голову. И теплые ладони сжали виски. В глаза его заглянули, а он сам утонул в черноте чужих. Не бывает у людей настолько черных, угольных глаз.
Она смотрела.
Хмурилась.
А потом сказала:
- Чуть исправлю. Тут. Больше нет. Не могу.
Тонкие пальцы вдруг пробили плечи, заставляя опуститься на колени. И ноги сами подломились. Ирграм не закричал лишь потому, что от боли свело горло. И из него вырвался лишь сдавленный вздох. Рука же девочки нырнула в грудь. Ирграм чувствовал её там, внутри. И чувство это было довольно мерзким.
- Так, - длилось все недолго. А пальцы она вытерла о рубашку Ирграма. – Встань. Теперь… ты пить кровь. Надо. Зверь. Или вот.
Палец указал на химероида.
- Но еще людь. Пить кровь людь. Надо. Простых. Или маг. Маг долго хватать.
Ирграм сглотнул слюну, отметив, что он и вправду не ощущает голода.
- Есть нет. Тело мертвый. Я связать. Оно не быть рассыпаться. Бах и все, - девочка развела руками.
- С-спасибо.
- Ты странный. Но сильный. Пить кровь. Стать еще… - она подняла руку над полом. – Скоро совсем-совсем.
Ирграм слушал внимательно. Пусть пока он не слишком понимает сказанное, но потом, позже обдумает.
- Солнце, - пожаловался он, не удержавшись и поскребши шею. А когти отросли. И чуть загнулись. С виду они были острыми, но его шкуру не пробили. – Больно.
- Боги не принять дар, - девочка кивнула. – Солнце есть бог.
- Господин… покойный. Он говорил, что солнце – это огромный шар огня. Только очень далеко.
- Бог мог есть шар огня, - возразила девочка. А Ирграм подумал, что, в принципе, и вправду. Что мешает богу быть шаром огня?
Говорить стало не о чем, и оба замолчали.
А потом вернулась Миара.
И тот, который с ней.
- Ирграм! – голос заставил вздрогнуть. – Сейчас понесут раненых. И… надеюсь, ты будешь ассистировать?
Куда он денется.
- Госпожа… М-миара, - он все же сумел снова произнести её имя. – Алеф держал взаперти одного человека. Моего знакомого.
- Вот раненых принесут, тогда и распорядишься, чтобы его тоже сюда доставили. Его лечить надо?
- Нет.
- Отлично, - она щелчком пальцев развеяла маску. – И… нам все-таки повезло.
Наверное. Нет, даже со всею определенностью повезло. Потому что… потому что разговор мог по-всякому пойти.
И закончится не перемирием, хотя, конечно, весьма условным, а той же стрелой в горло.