Кризис доверия (СИ)
* * *— Итак, вы утверждаете…
Далее Кир не слушал: разжился пачкой обезболивающего и закинул в рот третью таблетку за последние полчаса. Помогало так себе, но без постоянного прихода химии в организм было бы еще хуже. Пока дежурный патруль, захватив следака по делу об ограблении фангов, прибыл на место, он успел расспросить женщину и выслушать от задержанных возгласы праведного негодования в стиле: «Говорили же, что грабили не мы!»
Все оказалось банально и слегка печально. Насмотревшись на то, как кормятся с «любителей знакомств» иные, не задействованные на кухне сотрудники заведения, повариха решила, что ни к чему сидеть сиднем дура-дурой у плиты, а надо бы и себе заработать на хлеб с маслицем. Само собой, грабить самой ей было не с руки, но вмешался случай.
— Голова у меня разболелась, а таблетки глотать я с детства ненавижу, — рассказала женщина. — Вот я и растолкла анальгину, а потом в сок всыпала. Пить-то так удобнее.
А потом ее отвлекли, а пока отходила, сок утащил кто-то из официантов и поставил фангу.
— Я вначале испугалась, что скандал подымит, — говорила она. — Но нет, выпил спокойно и с девахой, которую у нас же подцепил, во внутренние помещения поперся. Думала, пронесло, а потом… Кабинеты энти же ж недалеко от кухни, деваха и прибегла ко мне вся в слезах, типа фанга убила, ее теперь их прайду отдадут, а те из нее дойную корову сделают.
Ард на эти слова лишь покачал головой. Он больше не стоял возле кресла Кира, а занял один из стульев. Собственно, нежелание фанга спорить лучше всего прочего говорило о его нехорошем самочувствии.
— Ну, я эту дурынду через задний двор спровадила, тем более, деньжища почти все мне сунула, что за укус получила, сама сходила поглядеть. Лежит бледный, но, вроде, дышит. Хотя и не должен, ведь по книгам утверждают, труп оживленный…
Ард издал звук, одновременно напомнивший стон и задушенный хохот.
«Терпи, — подумал Кир и выругался, схватившись за висок. — Сами кашу заварили».
— А потом, а-агась, глазенки открыл и говорит: «Ниче не помню». Оть тут-то и возник у меня план.
В помощники повариха позвала своего племянника: безработного и пьющего, а главное, не задающего ненужных вопросов. Экспериментальным путем выяснили, что, если подсыпать не целую, а половину таблетки, срубать фангов будет не сразу, а через сорок минут. Аккурат столько времени им нужно, чтобы укусить, расплатиться и выйти. А там уж дело за племянником, который клиента вел до тех пор, пока тот не падал, потом оттаскивал обычно за баки и обирал, как липку. «Семейных», как называла повариха сложившиеся пары, не трогали, травили только одиночек. И все бы у них наладилось, если бы не сегодняшний приход к ним Кира с напарником. Может, и сухими из воды вышли бы, но у поварихи сдали нервы, стоило ей увидеть, как Ки-И-ас тащит по коридорам орущего словно свин на бойне хозяина.
— Все?
Женщина кивнула.
— В таком случае ознакомьтесь и подпишите.
Кир поймал взгляд следователя, кивнул на дверь, получил похожий кивок в ответ и направился к двери.
«Ты идешь?»
Ард тяжело поднялся и поплелся вслед за Киром, кажется, не слишком разбирая дорогу. Благо, полицейских здесь было много, всегда у кого-то удавалось спросить правильный путь к выходу.
— Чего я не могу понять: почему ни в одном фангском заявлении не упоминалось про клуб свиданий? Все кафе да кафе.
— Сюда ходили тайно. Те, кто не был достаточно смел, чтобы открыто посещать донорские клубы. Поверь, среди нас таких тоже хватает.
— Чего это?
— Среди нас немало тех, кто не одобряет сближение с людьми, а потому причины по сути те же, какие у вас: боязнь неодобрения со стороны соседей, знакомых, родичей. Во всех мирах необъятной Вселенной нет ничего хуже страха, — сказал Ард и душераздирающе зевнул.
— Ну допустим, потерпевшие не стали распространяться, а ваши правоохранители чего не выяснили?
— У нас не принято лезть в чужие личные жизни.
— Беда… — протянул Кир.
Ард снова зевнул.
— До машины дойди, — потребовал Кир. — Терпеть не могу носить на руках не женщин… хотя и их не очень рвусь.
— Я гранд! — напомнил Ард.
— А я ветеран конфликта. И что?
— Не свалюсь, не надейся.
После этих слов Ард действительно пошел бодрее. Во всяком случае, перестал спотыкаться на каждом четвертом шаге. Потому до «Ниссана» они добрались сравнительно быстро. Щелкнул, снимая блокировку дверей, замок, мигнули фары; фанг, дождавшись разрешения, полез на пассажирское кресло и, пристегнувшись, блаженно прикрыл глаза.
— Ки-И-рилл, скажи, а дальше будет также?
— Ты про что?
— Ну… расследования и я в качестве живца?
— А еще погони и перестрелки. А что?
— Пон-ра-А… — ви-лось, — прозевал Ард и, наконец, заснул.
А по поводу пробки не предупредил. Забыл. Впрочем, времени они потеряли изрядно, не только «Мазератти», целый парк автобусов разогнать можно.
Ехать на работу не имело уже смысла, к тому же если Синице еще не доложили о раскрытом фангском висяке (вернее, их серии), то доложат непременно. На премию Кир, разумеется, не рассчитывал, но хотя бы остаток рабочего дня в виде выходного заслужил. Можно было намылиться к Лерке, но не с фангом же, а потому повернул к дому.
По кабельному шла какая-то чушь про то, как превратить балкон в мини-оранжерею. И на взгляд Кира, это было много лучше ток-шоу с говорильней ни о чем.
На фразе ведущей:
«Вы только посмотрите на эту орхидею! Неужели, видя ее красоту и совершенство, сложно сомневаться в руке Творца», — Кир поморщился, а Ард сонно пробормотал:
— Красота, гармония, все то, что составляет мир, — норма жизни, а для нормы творцы не нужны.
Еще один философ на его голову! Впрочем, Кир испытал облегчение от того, что Ард очнулся.
* * *Его подкараулили прямо на стоянке. Стоило пикнуть сигнализации «Ниссана» из расположившегося через три машины темно-синего фургона выпрыгнула ушлая блондинистая девица неопределяемого возраста.
— Елизавета Браун, новости канала «Москва-Вариоса»! — бодро отрапортовала она. — Мечтаю первой взять у вас интервью!
— Мечтайте дальше, — неприветливо буркнул Кир. Вот и конец планам потрясти несколько злачных мест, находящихся порядком давно на карандаше. Могли бы еще пару висяков раскрыть. Но что уж теперь?
— Вы не поняли! Мы с телевидения, а не из газеты.
Вера телевизионщиков в то, будто «к ним в ящик» жаждет попасть любой, порой потрясала. Примись Кир отвечать хоть что-нибудь, она непременно изобразила удивление, ухватилась за какое-нибудь слово, попробовала раскрутить на беседу.
«Да ну ее в пень, — решил Кир. — Не мальчик давно, чтобы оставлять последнее слово непременно за собой».
— Ваша фотография появлялась на заблокированном сайте «Зачеловек» два месяца назад! И вы все еще живы. Как вы прокомментируете это поразительное везение?!
Кир вздрогнул. «Зачеловек» был той еще пакостью стайров и головной болью всех, ответственных за кибербезопасность. Информационный лист, невеликая база данных, состоящая из людей, сильно насоливших этим тварям, а потому выбранных на роль кандидатов на тот свет.
«Зачеловек» появлялся в сети внезапно и почти сразу блокировался, но СМИ знали, куда и когда смотреть. Проверки проводились постоянно, несмотря на постоянный вой журналистов о притеснении свободы слова, но ничего не выявляли. Письма о времени и адресе появления сайта приходили на электронные ящики главных редакторов десятка изданий за пять минут до активации «Зачеловек», а уж дальше газетчики, интернетчики и телевизионщики, выпрыгивая из штанов и обгоняя друг друга, неслись строчить статьи, подготавливать новости-молнии, писать блоги.
В Госдуме постоянно поднимался вопрос о необходимости ограничения прав СМИ на публикацию заведомо вредной информации, но также постоянно забалтывался, съезжая на говорильню о недопущении цензуры.
— Кирилл…