Кризис доверия (СИ)
Кровавые первые месяцы после слияния прошли, наступление кровопийц захлебнулось. К тому же ходили слухи о начале переговоров. Фанги были невероятно сильны и способны вытворять такое, что люди разве лишь в глупых комиксах про супергероев могли видеть. Зато ничего не знали о техническом прогрессе. По ходу, коса нашла на камень, причем у обеих рас.
Само собой, если бы спросили Кира, он был бы против мирного договора. Кровопийц стоило уничтожить или вытеснить с принадлежащей людям планеты туда, откуда они явились. Но с другой стороны, партизанить по лесам приятно летом, но никак не осенью и тем более зимой. И до фангов ли вообще, когда повылазило столько всякой нечисти вполне человеческого происхождения? Первым делом нужно отстреливать ее.
Вот с этим намерением и шли: мимо Красногорска, осторожно, зная, что полсотни кровопийц обосновались в музее-усадьбе Архангельское. Оттуда они устраивали карательные рейды, но нечасто, только когда нападали на них, но и в этих случаях убивали лишь тех, кто непосредственно приложил руки к убийству фангов. Признания в качестве правителей не требовали, обязательной кровавой дани — тоже, подчинения — далось оно фангам! Вот за Киром и его сослуживцами они действительно охотились, но скорее из мести, чем чего-то еще. Уж слишком много на них было безумно-яркой фангской крови.
В лесу, преображенном слиянием, пришлось изрядно поплутать. Из-за неземной флоры изменился пейзаж, они часто натыкались на аномалии, в которых стрелка компаса начинала медленно вращаться по часовой или против часовой стрелки. В результате поход, должный закончиться относительно быстро, занял четыре дня и невесть сколько еще мог продлиться, если бы они не наткнулись на грибников. Давно Кир такого не видел, чтобы люди бродили по лесу, ничего не опасаясь. Среди них и была Карина: высокая, стройная и невероятно красивая.
Грибники вывели их к дачным поселкам. Председатель приютил и накормил, хотя и сильно рисковал: в хорошую погоду с пригорка на Архангельское открывался отличный обзор, а что для фанга в боевой форме, сиречь демоническом обличие (не слова Кира, он религиозным никогда не был, а местного попа, но уж очень удачными показались), какие-то несколько километров по пересеченной местности?
Тем не менее, их никто не гнал, даже обещали поставить на ход видавший виды старый, еще советских времен выпуска, грузовик: чтобы быстрее добрались до Нахабино. Сам Кир не видел ничего подозрительного в такой доброте, в конце концов, и в отряд сопротивления он попал случайно, можно сказать, его, абсолютно неприспособленного к новым жизненным реалиям, приютили будто бездомного котенка. Почему? Ну вот понравился он командиру чем-то: «Будем кормить, учить, толк будет».
— Кирилл, — позвала Карина. — О чем ты задумался? Я жду.
— Я любуюсь, — ответил он.
Девушка рассмеялась и подошла к нему сама, позволив заключить в объятия. Ради ночи с ней Кир мог пойти не только в заброшенный дом у самой кромки леса, но и вообще куда угодно.
— Останешься со мной?
— Конечно. Я же пришел сюда, — он потянулся к ее губам, но Карина в последний момент отвернулась.
— Я не про сегодня. Вообще.
— Идем с нами.
Она покачала головой, но прежде, чем Кир заговорил, поцеловала: страстно, глубоко, умело. Сразу стало ясно: Кир у нее далеко не первый. «Ну и да хрен бы с этим!» — решил он. В конце концов, какая разница, с кем она была, если сейчас с ним?
— Я не хочу жить в лесу и питаться чем придется. Не желаю мыться от случая к случаю; быть преследуемой хищниками, против которых никогда не смогу ничего сделать, — сказала Карина.
— Я же могу. И тебя научу, — пообещал Кир. — Да, в единоборстве один на один у человека немного шансов, но ведь есть. Как с любым зверем. Фанги не знают техники и нашего оружия. Их можно убить, заминировав вход в их логово; можно доставить гранату с помощью радиоуправляемой игрушки; можно даже снять из винтовки с лазерным прицелом. Главное не думать об убийстве, нажимая на курок.
— П…почему?
— Почувствуют и исчезнут с траектории выстрела. Потому их настолько сложно застрелить.
Она снова поцеловала, провела рукой по животу, опустила ее ниже, провела по бедру…
Кир застонал. Вот только Карина вместо того, чтобы исполнить его невысказанное, но очевидное желание, вытащила из ножен мачете.
— А вот и твоя лазерная винтовка. Да, Кирилл?
— Последняя граница обороны, скорее.
Она рассмеялась и откинула мачете к стене, пояснив:
— Чтобы не мешало.
Кир едва не дернулся следом за любимым оружием. Любовный дурман в голове слегка поутих, по крайней мере, шум в ушах прекратился и сквозь него…
— Выстрелы!
— Ты что?! — Карина ухватила его за шею, заставляя смотреть только на себя. — Это шина. Просто шина! У дядьки Митькиной машины лысые совсем, спускают. А он постоянно их подкачивает, а они хлопают. Забавно, правда? Он их меняет, но на такие же. Кирилл, ну ты чего переполошился?..
— Я, по-твоему, не отличу?! — оторвать от себя цепкие пальцы оказалось сложно.
— Тебе просто почудилось. Милый мой, как же ты натерпелся! Но ничего, я тебя отогрею, никуда не отпущу, никому не отдам… — Карина цеплялась за него, как за ветку котенок, впервые высоко залезший на дерево и отчаянно не желающий спускаться.
— Пусти!
— Ну чего ты? Чего?! Я тебе больше не нравлюсь? — шептала она, покрывая быстрыми поцелуями его щеки и шею, а Кир медлил лишь потому, что не решался переступить через себя и ударить или просто причинить боль девчонке.
Из-за Лерки! Сестра умела за себя постоять и словесно, и кулаками, но Кир априори считал любого пацана, посмевшего поднять на нее руку, мерзавцем, ушлепком и отмороженным на всю голову мудаком.
О Карине шушукались — свои же поселковые. Киру, разумеется, никто не спешил докладывать, но он же не идиот. Только Василь Дмитриевич мельком намекнул, за что Кир на него обиделся, то есть именно идиотом себя и выставил. А вот теперь…
— От-це-пись…
Карина не стала ждать, когда ее оттолкнут, попятилась, споткнулась о что-то невидимое и села на зад, широко расставив ноги.
— Смотри, не пожалей! — прошипела она. — От жизни отказываешься!
Прозвучало двусмысленно, учитывая позу, но размышлять над ее словами времени у Кира уже не было.
Месяц назад его едва не убили. Из десятка посланных в логово фангов в Пущинском «Царьграде» радиоуправляемых вертолетиков, несущих заряды со взрывчаткой (поднять на воздух не смогут, но пожары устроят: лето тогда стояло засушливое), сработала половина. В огненную ловушку попал десяток кровопийц, а всего их было двадцать пять. Восемь остались сбивать пламя и помогать пострадавшим. Остальные бросились выискивать напавших.
И один вышел на Кира с Авдотьевым — был у них в отряде такой малый, прибившийся еще в Москве и взятый под крыло, как и Кир. Ему кровопийца сразу свернул шею, а над Киром решил поиздеваться. Быстрые точные касания, боль от которых поначалу не чувствовалась, кинули его на землю. Пара ударов под ребра лишили возможности вскочить немедленно, а потом его просто вздернули на ноги, как марионетку. Был ли укол в шею или почудился, Кир не сумел понять. Позже он убедил себя в том, что нападению не подвергался, вообще прошел конфликт без единого укуса — так оказалось проще. А еще он очень хотел и собирался жить, и кинжалы на поясе носил уже тогда.
Потом он мало помнил. Соображать начал, когда в рот полилась приторная сладость, тотчас обернувшаяся соленой горечью: подоспели старшие, а они для излечения и быстрого поднятия на ноги применяли кровь самих фангов. Та оказалась эффективнее любых человеческих лекарств и действовала значительно быстрее. Главное, не превысить безопасной дозы. «Око за око, зуб за зуб, кровь за кровь», — как любил повторять Василь Дмитриевич. Он же еще с месяц потом подтрунивал над Киром на предмет растущих клыков.
Клыки не клыки, но именно после того случая, Кир начал ощущать присутствие фангов — слабо, неуверенно, но и подобная недоспособность часто его выручала. Вот как сейчас.