Кризис доверия (СИ)
Отшвырнувшему его фангу на вид тоже не вышло бы дать больше шестнадцати, причем именно настоящих лет. Кир вряд ли мог сказать, почему уверен, но знал наверняка: перед ним ребенок. Как и многие, участвовавшие в конфликте и пившие фангскую кровь, он с точностью определял имеет ли дело с молодняком, середняками или древними. А еще фанг и фанга были неуловимо похожи. Оба светловолосые, тонкокостные и хрупкие.
Фанга выглядела принцессой в беде. Фанг напоминал стандартного эльфа из эпического фэнтези. Этакого олененка: очень зубастого, со светло-голубыми, практически прозрачными и… светящимися глазами. Волосы светлые, как лунь, устилали плечи мягкой пушистой волной. Фанги придерживались иной моды, нежели люди: их женщины предпочитали минимализм на голове, когда как мужчины расхаживали с гривами, которым позавидовал бы любой металлист и каждая вторая человеческая красотка.
— Ижи…
Глава 5
Он склонился над девчонкой, с нежностью и с какой-то мольбой провел по ее щеке, снова позвал:
— Ижи…
И Кира встряхнуло, словно он невзначай дотронулся до оголенного провода.
— Твою мать… — прошептал он, чтобы хоть как-то прийти в норму. Ничего ведь особенного не происходило. Ну, дети. Ну, рядом. Девчонка завернута в простыню, все выглядит безвинно, но чужие эмоции при этом били по нервам: страх, отчаяние, надежда и безмерное облегчение. Совершенно не хотелось размышлять над тем специально ли фангеныш «засорял эфир» или не мог себя контролировать. — Тоже мне, Ромео и Джульетта юные, головы чугунные…
— Чего разлегся, напарник? — как подошел Диман, Кир не заметил, подхватил подмышки, рванул на себя, ставя на ноги. — Совсем отощал. Легче пуха, — проворчал он. — Ты поосторожнее, Ириз, и представился бы по форме. Так ведь и серебро под ребро получить недолго, — это уже фангенышу.
Диман был абсолютно прав, а вот Кир сплоховал в очередной раз за сегодняшнюю ночь. Имя — это первое, что необходимо выяснять у фанга. У них ведь свой кодекс, и одно из правил гласит: еде не называются, а если назвался, пред тобой уже не еда.
Фангеныш посмотрел почти с ненавистью — то ли на Димана, то ли на Кира — бросил еще один вмиг потеплевший взгляд на бесчувственную фангу и подчинился: изобразил ритуальный поклон, опустив взгляд под ноги и поднеся руку ко лбу, но тотчас вздернул подбородок и произнес одной слитной текучей фразой:
— Ириз Ард масс-гранд.
Высшая знать. Понятно, почему настолько наглый: прайд вступится, даже если попутает берега. В будущем станет грандом без детской приставки «масс» и упоминания нынешнего главы прайда. Если доживет, конечно.
— Никогда не думал, что у кровопийц рождаются «эльфы», — бросил Кир резче, нежели собирался. За удар, отправивший его на землю, очень хотелось расквитаться хотя бы так. А вот чего он точно не ожидал — мелодичного шелестящего смеха, наполнившего ночь.
— Ард гранд Ферн, — через секунду раздался из темноты мягкий обволакивающий баритон. Аккурат, когда Кир потянулся к пистолету.
Наблюдатель от «этикета» не отступил, хотя не подай он голос, люди не узнали бы о его присутствии. Если бы не включили «Архызы», само собой, но в том-то и дело, что активировать приборы в присутствии детей они не стали бы.
Старший фанг сначала представился, затем появился. Сделал бы иначе, получил серебряную пулю. Потому что с такими не шутят. Гранд — значит, глава прайда.
«Боевик», зачищающий стайровскую лабораторию — вряд ли родственник. А мальчишка-фангеныш? — Кир перевел взгляд с одного фанга на другого. — Неужели сын? Многовато родичей на мою голову выпало в последнее время».
— Племянник, — прочесть вопрос, мысленно обращенный к нему, гранду не составило труда.
— Вон из моей головы, — посоветовал-предупредил Кир нарочито ровным тоном.
— И не думал. У вас на лице все написано, — парировал фанг и, выдержав полуминутную паузу, сказал: — Прошу прощения за его… и мою несдержанность, офицер…
— Кирилл Агарев, — в свою очередь представился Кир, мельком отмечая, что Диман напряжен гораздо сильнее нежели, когда они врывались к стайрам, и просто-таки безмерно удивлен. Понадобилась пара секунд, чтобы вспомнить: главы прайдов первыми называются только равным и никогда людям.
«Ну и черт с ним!» — мысленно махнул рукой на странность Кир и уже вслух произнес:
— Извинения приняты, но я требую объяснений.
Фанг прикрыл глаза, и Кир, наконец, позволил себе рассмотреть его во всех подробностях. Когда еще удастся увидеть гранда так близко и без охраны?
Высокий, тонкокостный и стройный — это уж как обычно — при в меру развитом плечевом поясе. Живое воплощение тех самых «треугольников», которыми обозначаются двери в мужские туалеты. Черные волосы с отливом в горький шоколад вились — нехарактерная для фангов отличительная черта — и полукольцами спускались чуть ниже пояса. Черты лица правильные, аристократичные, даже со злости не получилось бы назвать их женственными. Красивый, безупречный зверь. Смертельно-опасный.
Он открыл глаза — синие-синие, того волшебного цвета индиго, который появляется на вечернем небе, очень чистые, завораживающие — и Кир медленно, чтобы ни в коем случае не заподозрил нерешительность или страх, отвел взгляд.
— Пункт шестнадцать нашего с вами договора гласит о недопустимости самовольных зачисток, — отчеканил Кир и машинально схватился за рукоять мачете, поскольку фангеныш резко вскинулся, а в его глазах отразилось желание убивать.
Кир не понял слово, а может и целую фразу — едва слышный шепот, как ветерок, шуршащий в траве, — поставившее между ним и юным фангом непреодолимую преграду, об которую тот и саданулся, судя по вмиг поскучневшему и перекосившемуся лицу. А жаль. Не отказался бы выучить.
— Думаю, господин Дмитрий Рогов в состоянии подтвердить законность наших действий. Мы прибыли сюда по его приглашению.
— Действительно, Кирюх. Силовая поддержка нам не помешала, — подал голос Диман.
Кто бы спорил! Вот только Кир терпеть не мог оказываться в ситуациях без меня же меня и женили.
С мгновение ничего не происходило, а затем мальчишка набрал в грудь побольше воздуха, выдохнул и начал светиться синим. Кожа стала прозрачной, через нее просветили кости черепа, глаза полыхнули фиолетовым. Он протянул руку к девчонке, и с ней произошла похожая метаморфоза.
— Придержи коней! — гаркнул Диман то ли на него, то ли на Кира, и последнему стало смешно.
Он понятия не имел, насколько глубоко увяз Диман в сотрудничестве с фангами, но напарник ничегошеньки не смыслил ни в их кодексах, ни в поведении тех, от кого получал деньги. И полагал, будто и Кир тоже. Мог бы голову включить хотя бы: раз мальчишке запретил нападать глава прайда, тот и не нападет. А то, что демонстрирует свою принадлежность к кровососущим — так на здоровье. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не зубками, как перефразировали старую поговорку во времена конфликта.
— Разъяснения получены и приняты, — проговорил Кир, выдержав полуминутную (специально считал, дабы ни секундой не уступить гранду, но и не спровоцировать) паузу. — Также мне требуются все соответствующие бумаги о зачистке: сколько, кто, личности. Ну и приберегите парочку: как допросите, поделитесь узнанным.
Фангеныш, уже было успокоившийся, оскалился снова, но на этот раз на него вообще никто не обратил внимания.
Изначально стайрами занимались только люди, а отступниками — правоохранители фангов. Однако подобное ведение дел оказалось совершенно непродуктивным: коррупция еще полбеды, слишком многие могли понять стайров, считали такими же людьми, а к тому, кого считаешь «своим» всегда проявляешь сочувствие, удара в спину от них не ожидаешь и очень зря. В результате в договор вписали положение о полиции и ее полномочиях. Преступления против рас расследовались совместно. Со стайрами разбирались фанги, привлекая одного-двух полицейских с людской стороны в качестве наблюдателей. Они же производили зачистку. С кровопийцами-отступниками — люди при поддержке фангов или сами фанги (там такое зверье получалось, что так просто не положишь). Вот только существовали нюансы, которых не учли политики. Приблизительно как сегодня: в некоторых случаях, когда могла пострадать репутация прайда, либо глава не желал демонстрировать своих слабостей соплеменникам, нанимали людей, а фанги прибывали с опозданием, будто бы на помощь.