Сбежавшая невеста (ЛП)

Это новый город Мии. Если она, конечно, решит остаться здесь.
Скажет ли она мне, если уедет куда-то еще? Надеюсь.
Я цокаю на ее латте, чтобы нарушить напряженную тишину.
— Называешь себя итальянкой?
Она слизывает горячее молоко с верхней губы и опускает чашку с тихим стуком.
— Заткнись, Палладино.
Улыбаюсь, но на самом деле я не испытываю радости. Это действительно происходит. Мы расстаемся. Боже, я никогда не чувствовал себя таким опустошенным.
К делу.
— Это для тебя. — Я кладу платиновую банковскую карту на стол, подталкивая к ее руке. — Я никогда не отменю ее. Пользуйся. Пин-код — это твой день рождения.
Мия хмурится, но ничего не говорит. Я тяжело сглатываю.
— Если тебе что-нибудь понадобится — новое удостоверение личности, контакты, информация, защита — ты знаешь, где меня найти.
Она кивает. Со своими побледневшими щеками она выглядит больной.
— Сначала тебе нужно купить новую одежду, — подсказываю я, потому что не могу позволить этому разговору закончиться. Я скажу все, что угодно, лишь бы он продолжался еще немного. — Эта... не годится. А от кроссовок у тебя мозоли.
Мия облизывает губы, прежде чем заговорить.
— Тебе не нужно этого делать, Лео. Ничего из этого.
Я знаю. Но хочу.
Мой стул скрипит, когда я наклоняюсь вперед, протягивая руку через стол. Мия замирает, глаза расширены, но я не нарушаю нашего соглашения. Кончики моих пальцев касаются чего-то твердого и прохладного в ее растрепанной прическе.
— Не забудь об этом. — Я снимаю диадему с ее темных прядей и кладу рядом с чашкой. Мне даже удается подмигнуть. — Принцесса.
Мия смотрит на свою свадебную диадему, словно увидела привидение. Очень медленно кивает, медленно прячет диадему и банковскую карту в карман толстовки, затем с громким скрипом отодвигает стул. Он шатается на задних ножках, едва не падая на тротуарную плитку.
— Хм... — Она дергает бахрому на своем топе. Ветер треплет ее развевающиеся волосы. — Подождите здесь, пожалуйста.
Как будто я куда-то собираюсь идти. В постыдном сумбуре моего мозга я все еще убеждаю себя действительно ее отпустить. Не оставаться здесь и не преследовать ее как сумасшедший. Я оставлю ее в покое, как и обещал, но мне не по себе. Это все неправильно.
Мия ныряет под сине-белый полосатый тент кафе, ее руки уперты в бока. Наверное, в туалет. Или пытается ускользнуть от меня. Надеюсь, что нет. Надеюсь, мы наконец-то поняли друг друга.
Морские птицы кричат над головой, пока я отхлебываю эспрессо. Он горячий и горький, обжигает горло.
Ветерок гоняет шальную салфетку между столиками.
Дверь кафе открывается и закрывается. Открывается и закрывается.
Я барабаню пальцами по столу. Где она?
К тому времени, как официантка возвращается с нашим счетом, сложенным на серебряном подносе, все становится предельно ясно. Мия снова сбежала от меня. Она не доверяла мне настолько, чтобы попрощаться. Я провожу рукой по лицу, на котором застыла гримаса боли, и сую официантке случайную горсть купюр. Слишком много за два кофе.
— Вот. — Я хочу, чтобы она ушла. Хочу остаться один на один с этой разверзшейся внутри меня пустотой. — Оставьте все себе. Оставьте меня.
— Э-э... — Официантка держится неуверенно, и я борюсь с желанием накричать на нее. Оскалить зубы на эту случайную женщину и отправить ее прочь. — Кто-то оставил вам записку...
Я уже на ногах, разворачиваюсь. Уже выхватываю сложенную бумагу с ее подноса.
Это короткое и идеальное письмо, написанное изящной рукой Мии. Когда я читаю его, у меня в груди раздается нарастающий стук, и надежда поднимается во мне как солнце. Теплое и такое яркое.
«Лео, я придумала для нас новую игру. Поймай меня, и я буду умолять тебя остаться».
 
Глава 9
Мия
Мой жених гонится за мной. Преследует меня.
Я очень надеюсь, что это так. Мое сердце будет разбито, если он этого не сделает.
И совсем другое дело — убегать от него по прибрежному городку, а не по мегаполису. Здесь нет длинных, извилистых переулков, нет огромных зданий, нависающих со всех сторон. Улицы здесь широкие, а дома маленькие, из белого камня, и спрятаться действительно негде.
 
Все в порядке. Я рассчитываю, что меня поймают. Моя настоящая проблема — найти укромное место, где Лео сможет меня догнать.
Бегу трусцой по мощеной улице, глубоко вдыхаю запах соли и лимонных деревьев, а потом слышу его: гул морского прибоя.
Пляж! Идеально. А еще лучше — я могу снять эти дурацкие кроссовки. Спустившись по каменной лестнице на теплый золотистый песок, я никогда еще не радовалась тому, что иду босиком. Ветерок щекочет мои пятки, а пальцы ног погружаются в песок, но это хорошо.
Лео нравится следовать моим подсказкам.
И я никогда не чувствовала себя свободнее, чем, когда писала для него записку на стойке кафе. Кому какое дело, что я поклялась никогда ни о чем его не просить? Кому есть дело до того, что я оставила власть позади, и до моей уязвленной гордости?
Что эта жизнь сделала для каждого из нас?
К черту. К черту их всех. Я выйду замуж за Лео Палладино, и мы исчезнем как дым, и это никого не будет волновать.
Мои голени болят от каждого шага по песку, а свадебная прическа окончательно растрепалась. Шпильки одна за другой падают за мной, их жемчужины возвращаются на пляж, а кожа головы побаливает, когда мои волосы, развеваемые бризом, наконец-то рассыпаются за спиной.
Здесь хорошо пахнет. Цитрусами и свежестью, как от Лео.
Он ведь придет за мной, правда?
Я не могу винить Лео, если он откажется. Конечно, он вполне мог устать от моих игр, от того, что я отталкиваю и держу его на расстоянии. При этой мысли в горле образуется комок, но я продолжаю бежать, леггинсы шуршат, когда мои бедра соприкасаются.
Пляж длинный и узкий: полоса золотистого песка, усеянная белыми осколками ракушек и кучками темно-зеленых водорослей. Волны накатывают на пляж, пенистые и ритмичные, а с одной стороны нависает скалистый утес.
Здесь есть скрытые пещеры и скалистые альковы. Места, где можно спрятаться, когда мой король наконец поймает меня.
Кстати, о чем...
— Попалась. — Лео врезается в меня сзади, и я потрясенно смеюсь, падая вперед. Как, черт возьми, ему удается двигаться так тихо? Он большой, и все еще одет в свадебный наряд, и когда Лео подхватывает меня и прижимает к своей груди, пуговицы его жилета впиваются мне в спину.
— Ты не должен меня трогать, — прохрипела я, хотя на самом деле не возражаю. Я возненавидела это дурацкое правило почти сразу же, как только его установила.
Лео сжимает меня крепче, зарывшись в мои спутанные волосы.
— У нас новое соглашение, принцесса. Я ловлю тебя, а ты умоляешь меня, помнишь? Я просто досрочно получаю вознаграждение.
Я извиваюсь в его руках, но на самом деле не борюсь. Я ухмыляюсь, широко и глупо, и на зубах у меня прилипли выбившиеся волосы. Я выплевываю их.
— Что ты делаешь? — Лицо Лео нависает над моим плечом, он хмурится. — Почему ты плюешься? У тебя припадок?
— Волосы во рту, — бормочу я, лицо пылает. Что, если ему нужна только идеальная принцесса мафии? Сдержанная, тщательно контролирующая себя Мия Серпико?
Но Лео ворчит, а потом толкает меня подбородком в плечо.
— Ну, давай. Умоляй меня. Умоляй своего жениха.
Моего жениха. Слава Богу.
Он все еще хочет меня. Он все еще хочет всего этого. Брак, игры во власть и навсегда.
Я прочищаю горло. Хочу сказать слова, хочу, но они все равно выходят хриплыми. С трудом вырываются между моих губ.
— Пожалуйста, Лео. Прикасайся ко мне, когда захочешь. Прикоснись ко мне и останься со мной.
— Здесь? — Лео так расслаблен теперь, когда знает, что победил. Он покачивает меня взад-вперед, подбородок упирается в мое плечо. — Или ты хочешь вернуться? Ты могла бы править городом. Ты могла бы стать моей королевой.
Я прикусываю губу, сердце колотится.