Круто ты попал! (СИ)

Тут же рядом возник слегка ошарашенный Воробей и с удивлением уставился на Стендриджа.
– И чего? – спросил призрак. – Как ты меня звал?
– Никак, – честно ответил Огюст, с некоторым недоумением рассматривая камешек, – я просто подумал, что хочу, чтобы ты появился. Ну… ты и появился. Как-то так.
– Здорово, – парнишка с уважением покосился на скромный камешек, – а я даже не понял ничего: раз — и я тут. А далеко он действует?
– Слушай, мне надо на тренировку идти, – смущенно ответил Огюст, которому тоже очень хотелось продолжить эксперименты с камешком, но он помнил, что его ждёт капитан и пока незнакомый учитель по «неправильной борьбе». – Давай потом продолжим, если у меня, конечно, силы останутся.
– Давай, – легко согласился Воробей, – я тогда пока просто посмотрю, как ты заниматься будешь, а потом ты меня позовёшь. Из своей комнаты, к примеру. Ты ведь один живёшь?
– Договорились, – и Огюст, повинуясь какому-то наитию, протянул мальчишке руку, – тогда до связи…
Призрак молча посмотрел на протянутую ладонь и осторожно пожал руку Огюста. Нет, не вспыхнули искры, не сверкнула молния и не грянул гром, но и молодой человек, и призрак вздрогнули и неверяще посмотрели друг на друга. Откуда-то извне пришло понимание того, что с этого мгновения они связаны навечно, до окончательного конца жизни и посмертия. И от этого понимания сладко и грустно заныло сердце.
– О как… – задумчиво и как-то очень по-взрослому проговорил Воробей, – ну, значится, так тому и быть…
– Невероятно, – прошептал потрясённый Огюст, чувствуя, что часть его души теперь навсегда отдана. Но это совершенно не беспокоило, а наоборот — это было настолько правильно, что просто не было слов!
Очнувшись, он помотал головой и решительно направился обратно на поляну, с которой ушёл совсем недавно. И чувствовал, что стал немножко другим, словно внутри у него поселился кто-то более живой, чем он сам, и этот кто-то страстно, невероятно счастлив, что всё сложилось именно так. И Огюст словно черпал в его радости новые силы.
Кайл уже был на поляне и имел такой же ошарашенный и слегка растерянный вид, как и сам Огюст: видимо, их с Крысом привязка прошла не менее удачно. Огюст искренне порадовался за друга и тихо удивился сам себе: раньше он не чувствовал эмоции так ярко, так живо. Они словно были погребены под толщей условностей и равнодушия.
От философских размышлений его отвлёк пришедший с капитаном Харви молодой мужчина смутно знакомой наружности: Стендридж сначала никак не мог вспомнить, кого ему напоминает новый преподаватель, а потом стало не до того.
– Привет! – жизнерадостно поздоровался с ними новый тренер. – Я буду учить вас удивительному, непредсказуемому и жуть до чего полезному искусству уличной драки. И нечего так кривить ваши аристократические морды, – хлопнул он по плечу Кайла, который при словах «уличная драка» пренебрежительно усмехнулся. – Там, где не помогут ни меч, ни кинжал, зачастую прекрасно справляется правильно поставленный удар кулаком в лоб. Ну или в челюсть — это смотря чего ты хочешь: вырубить или просто наказать.
– Драка — это способ выяснения отношений для простолюдинов, – согласился с Морриганом Огюст, – дворяне не используют кулаки.
– Вот и совершенно напрасно, – по-прежнему бодро отозвался тренер, – кстати, меня зовут Морти. Но я не тот Мортимер, про которого ты подумал, – тут же повернулся он к Огюсту, – я вообще другой, к тому не имею никакого отношения.
– Кхм, – значительно кашлянул капитан, строго глядя на Морти, – мы же договаривались!
– Ну я не смог придумать другое имя, – вздохнув, признался Морти, – а потом забыл. Но они же всё равно на нашей стороне, верно? Так что чего лишние тайны разводить-то? Ну и что, что бог, подумаешь! Может, это даже лучше будет мотивировать, откуда ты знаешь?
– В каком смысле — бог? – осторожно уточнил Кайл. – Настоящий?
– Ну а какой? Игрушечный, что ли? – возмутился Морти. – Самый обычный бог, приписан к миру демонов. Тут на практике, но я уже решил, что здесь останусь навсегда.
 
– Навсегда? – выгнул бровь Харви. – А Теодор знает об этом твоём чудесном решении?
– Нет пока, – отмахнулся Морти, – я ещё успею его обрадовать, чего заранее-то, правда? Ну так что, начнём? Нападайте…
– Двое на одного? – возмутился Кайл, делая шаг назад. – Это не по правилам!
– Забудь это отвратительное слово, – строго сказал странный преподаватель, – чтобы я его не слышал!
– А какие правильные слова? – решил уточнить Огюст.
– Все остальные, – подумав, решил Морти и повторил. – И ещё: со мной можно и нужно на «ты». Бить морды и при этом «выкать» – это странно, согласись? Нападайте. Не хотите вдвоём, можно по одному. Для начала…
Молодые люди переглянулись, и вперёд вышел Кайл, как более тренированный. Он медленно, мягко переступая, обошёл вокруг следящего за ним с улыбкой Морти, а потом резким, как показалось Огюсту — совершенно неожиданным — движением кинулся на противника. И тут же оказался на земле: Морти просто отступил в сторону и коварно ударил его под колено.
– Это нечестно! – воскликнул возмущённый Огюст.
– Разумеется, – довольно ухмыльнулся Морти, – а кто говорил про честность? Наша задача — выжить в критической ситуации и победить. Честность оставим для турниров. Давай ещё раз...
– Давай, – Кайл поднялся, потирая ушибленный бок, – но теперь ты меня так легко не поймаешь!
За два часа, которые молодые люди провели на полянке, лишь однажды Кайлу удалось достать Морти и слегка двинуть ему в челюсть. Огюст ни разу не смог дотянуться до уходящего от ударов, вёрткого и непредсказуемого противника. Но почему-то это было не обидно: наоборот, постоянные шуточки Морти и остроумные комментарии наблюдающего за дракой капитана Харви придавали тренировке нотку весёлого сумасшествия.
На практике же результаты этих странных тренировок Огюст смог реализовать только через пару месяцев. А произошло это так…
Как-то после завтрака они с Кайлом, за это время привыкшие к репутации изгоев и бунтарей, направлялись в сторону лечебницы, чтобы уже давным-давно до мельчайшего камешка знакомым маршрутом пробраться на кладбище, где их уже ждал гном Хайлас, с каждой неделей выглядевший всё хуже.
Они как раз обсуждали, чем можно было бы помочь их наставнику, когда путь им преградили несколько человек из компании Саймона Кайса, с самого начала невзлюбившего Кайла и Огюста. Причём на этот раз самого Саймона среди них не было: то ли наблюдал издали, то ли был занят более важными делами, чем нападение вшестером на двоих.
– И куда же это вы направляетесь, как два голубка? – с мерзкой двусмысленной улыбочкой поинтересовался один из парней, Огюст даже не знал его имени. Помнил только, что он — постоянный подпевала Саймона.
– Тебе-то что за дело? – неприязненно отозвался Кайл. – С дороги уйди по-хорошему.
– А то что? – глумливо расхохотался тот, оглядываясь на дружков. – У вас даже оружия нет, вы же… – тут он гадко хихикнул, – цветочки сажать идёте.
– Хочешь, чтобы мы пригласили тебя с нами? – насмешливо прищурился Огюст, мысленно прикидывая их с Кайлом шансы в предстоящей драке. А в том, что она произойдёт, не приходилось даже сомневаться.
– О… Кто заговорил! – театрально восхитился другой парень. – Стендридж, заткнись, а то ведь и порезаться нечаянно можно.
Тут он небрежно махнул кинжалом, который вытащил из изукрашенных драгоценными камнями ножен. Было понятно, что убивать их с Морриганом не собираются, но планируют как следует отделать. Парни наверняка считали, что и Огюст, и Кайл проводят время в лазарете и в саду, так как на общих тренировках они показывались редко. Ректор «взъелся» на них, и постоянно направлял на различные отработки, естественно, подальше от мест, где занимались другие.
Саймоновские подпевалы окружили друзей, но времена, когда это испугало бы их, давно прошли, и неважно, что никто об этом не знает. Огюст, уже существенно сбросивший вес за прошедшее время, неожиданно плавно скользнул в сторону, а Кайл гибкой змейкой отпрянул в противоположную. Несколько секунд, и оба юноши оказались за спинами своих растерявшихся от неожиданного сопротивления противников. А дальше произошло то, о чём ни один из шестерых старался потом не вспоминать: двое безоружных парней буквально в пять минут уложили на землю всех. И теперь кто сидел и зажимал разбитый нос, у кого перед глазами кружились мухи после мощнейшего удара в челюсть, а кто-то пытался просто понять: что это сейчас было? Как получилось так, что они не успели даже воспользоваться оружием? Как?!