Герцог для Сиротки

Сердце сдавило болью. От воспоминания о той гнусной сцене – и от того, что я, как никто, понимала, каково было утром Эрику, когда он запах чужой от меня учуял.
Я шмыгнула носом, отвернулась и сказала в пространство чердака:
– В общем, так выходит, что я в Тарга влюблена как последняя дура. Не знаю я, Эрик, что мне с этим делать. Но с тобой встречаться больше не могу. Нечестно это. Прости, пожалуйста, мне стыдно очень! Но я думала, что…
– Я знаю, Хелли, – спокойно ответили мне. – Я тоже думал, что… Не плачь, пожалуйста. Я… я все понимаю. Тут уж ничего не поделать.
– Может, это пройдет! – сказала я с внезапной надеждой. – Все же проходит! Но пока оно вот… не прошло. И выходит, что я тебя обманываю.
– Ну ты же мне рассказала, – печально усмехнулся он. – Только я и сам не дурак, Хелли.
– Выходит, что я тобой воспользовалась просто… – мрачно проговорила я. – Тогда, у библиотеки, когда объявила, что ты мой парень.
– Я и есть твой парень, – негромко подтвердил Эрик. – Так что все нормально.
– Да что же тут нормального!
– Я ведь с самого начала знал, что он тебе нравится. Говорю же – просто надеялся, что у тебя… Ну, пройдет.
– Эрик… Ты ведь очень хороший! Умный, красивый…
– Спасибо, – хмыкнул оборотень.
– Правда! По тебе наверняка куча девчонок страдает!
Сказать ему про Лайсу? Или нельзя?.. Вот понятия не имею! Потом об этом подумаю…
– И знаешь… Ведь ты же рано или поздно встретишь свою истинную пару.
Поскорей бы только!
Но у волка аж брови взметнулись. Он обхватил свои колени, опять усмехнулся и помотал головой.
– Нет, Хелли, это вряд ли. Такое слишком редко случается. Один случай на многие тысячи.
– А я слышала, что иначе вы и не женитесь?
– Миф это. Женимся, конечно. Я вот в мечтах уже сколько раз на тебе женился.
Ой, мамочки!..
Я немедленно отвернулась опять и поковыряла пальцем дырку в выцветшем бархате пуфика. Глянула в окошко. Там качалась под порывами ветра ветка высоченного дуба с красными листьями. Укоризненно так качалась, будто говорила: «Щас же беги от него, Хеллиана, хорош парню голову морочить!»
– Ну и вот представь, – заговорила я, сглотнув комок в горле. – Вот поженились бы мы с тобой, а ты потом бы встретил волчицу какую и понял: вот она, моя истинная!
Но Эрик опять покачал головой.
– Чтобы такого не случалось, сразу после свадьбы проводится специальный ритуал. Молодоженов соединяют брачными узами, и это… Ну, как бы перекрывает возможность парных уз. После ритуала даже если встретишь свою истинную пару, то она уже не будет нужна, понимаешь? Конечно, если поженились по любви, а не просто так. Потому у нас только по любви и женятся.
– О как… – выдохнула я.
В общем-то, для Эрика это ничего не меняет, верно? Если он меня не разлюбит – так и будет неженатый ходить, получается. Но ведь разлюбит же?! Со временем! Как и я своего шусова герцога!
– Это ваш бог помогает с такими узами? Ой, я забыла опять его имя…
– Хайвупуатлинен, – подсказал оборотень. – Да, конечно.
– Ты обязательно найдешь свою единственную, я уверена! – с жаром объявила я, стараясь не смотреть ему в глаза. – Прости меня, пожалуйста…
– Все в порядке, – очень серьезно ответил Эрик. – Найду… наверное. Но пока я думаю, что это ты. Скажи, ты… вы с Тарисом теперь встречаетесь?
И голос большого, сильного мужчины, сидящего передо мной, дрогнул. Хвала богам, я хоть тут могу его утешить!
– Нет, ты что! Он мне предложил…
Стыдно было говорить о таком, но иначе как объяснить?
– Предложил быть его… ну, официальной возлюбленной. Содержанкой, короче! – не сдержала я гадкого слова. – Мне такого не надо! И вообще ничего мне от него не надо! Я все равно это в себе переборю, я встречаться с ним ни за что не соглашусь!
– Не загадывай, – хмуро сказал Эрик. – Кто знает, как повернется. Но это твое дело, Хелли. Даже если ты согласишься – никто тебя не упрекнет, поверь. И я не упрекну. Только пока ты ничего не решила… Просто позволь мне остаться твоим другом. Ведь мы можем дружить?
В памяти тут же всплыло лицо Тариса и его слова: «Я предлагаю тебе дружбу!» А ведь вовсе не дружить он хотел! Но то – герцог. А вот Эрик не такой.
 
– Хелли?
– Да как же нам дружить-то… – вздохнула я. – Неправильно это, Эрик!
– Только дружить! – повторил волк, выставляя перед собой ладони. – Клянусь, Хелли, я никаких попыток к большему делать не буду. Если только ты сама захочешь. Я просто хочу быть рядом. Дружба ничем тебе не повредит.
И опять у него голос дрогнул.
А я не знала, что ему сказать. Ведь с глаз долой – из сердца вон. Не будет он около меня торчать все время – так, может, на других девчонок внимание обратит? На ту же Лайсу Карвени, которая так по Эрику с ума сходит, что готова его отдать, лишь бы он был счастлив.
А с другой стороны, в одной-то академии – как тут, чтобы прям с глаз долой?..
Вот же ты влипла, Хелли Вэртззла…
– Дружить я согласна, – сказала, опустив голову. – Если ты уверен…
– И если надо – мы продолжим всем показывать, что ты… что мы вместе. Если тебе так легче будет.
– Нет, – твердо отказалась я. – Нет, это точно нечестно. Это опять выйдет, что я тобой пользуюсь, Эрик! И ни одна девчонка к тебе тогда не подойдет, а я знаю, что ты кое-кому очень нравишься.
Вот сейчас спросит – кому?
Но он не спросил.
– Как скажешь. Но если что – я вот он. Ну, не знаю даже… Считай, что я твой старший брат?
Вот тебе и сбывшаяся мечта о том самом старшем брате, который всегда заступится, поможет и утешит. Только не брат он мне. Любит он меня, вот беда-то…
– Возьмешь меня в братья? – спросил волк, заглядывая мне в лицо.
– Если хочешь, – кивнула я и увидела, что его глаза почти мгновенно стали обычного цвета – как пасмурное осеннее небо.
Ну нельзя быть НАСТОЛЬКО хорошим! Честно, лучше бы он мне скандал устроил, обозвал как угодно и вообще бы меня больше не замечал!
А так… а так стыдно очень.
– И, Хелли, если что – только скажи. Я понимаю, ты его любишь, – Эрик запнулся на этом слове, – но если он тебя обидит, то только скажи! Договорились?
Тут я вспомнила, что вообще-то они с Тарисом уже собрались дуэль устраивать. И вряд ли мне удастся волка от нее отговорить.
– Ладно, – согласилась вслух. – Эрик… Ты иди, ладно? Я посижу тут, подумаю…
– Ухожу, – улыбнулся оборотень. Встал и качнулся ко мне. Наверное, чтобы по привычке коснуться губами щеки. Но не стал. Вместо этого легонько погладил по голове, потом дернул за прядку волос и сказал: – Всё будет хорошо, Хелли. Рано или поздно все наладится, вот посмотришь.
Я смотрела ему вслед даже после того, как дверь на чердак захлопнулась. Смотрела и глотала слезы. Так-то никогда ведь слезливой не была! А в академии вот то и дело реву, как дурочка мелкая.
Ветер на улице дунул так сильно, что дуб ударил веткой в окно. Еще раз и еще раз. А потом раздалось возмущенное:
– Кар-р! Откр-рой же!
Аж подпрыгнув от неожиданности, я метнулась к окошку и впустила нашего ворона. Вот как нашел-то меня здесь?!
Влетев на чердак, Карыч опустился на пуфик, с которого я соскочила, и важно сообщил:
– Сидит тут, рыдает! А тебя ищут.
– Кто? И не рыдаю я вовсе! Это так… пыль в глаз попала. Ты письмо мне принес, что ли?
– Пыли тут нет никакой, – заметил ворон. – Письма тоже нет. А вот его светлость герцог Таргский все общежитие уже перерыл и соседок твоих достал. Пока ты тут разнесчастному оборотню мозги пудришь.
– Ты что – подслушивал?! – ахнула я.
– Очень надо! – отказался Карыч. – Да и чего слушать-то? Видел я, как он на тебя посмотрел, когда ты к нему в холле подошла… Дурная ты девица, Хелли Вэртззла, и даже не спорь со мной об этом.
Да чего уж тут спорить.
– Дурная, – покорно кивнула я. – Только ты, пожалуйста, никому не говори, что я тут сижу, ладно? Особенно его светлости.
– Мое дело – осведомить! – Ворон вздернул вверх сложенные крылья, будто плечами пожал. – Дальше сами разбирайтесь. Да не скажу, не скажу! Дури себе дальше.