Музейная пыль (СИ)
— Это вариант, — признал Сантер. — Но есть сложности. Такая метка держится не больше пяти-шести часов. Замучаешься по два раза на дню через кольцо ходить. Да и потом, как узнать, что метку пора отслеживать?
Я заела новый приступ досады мороженым. Некромант, как ни прискорбно, был совершенно прав. Если держать метку на себе постоянно я ещё как-то смогу, сообщить о начале мероприятия мне вряд ли позволят. А пока придумаю что-нибудь, уже и отслеживать станет нечего. Нет, точно нужен более надёжный вариант.
— Сдаюсь, — развела руками я.
— Возьми.
Я так и застыла, прямо с ложкой в руке. И даже холодная капля растаявшего мороженого, соскользнувшая на ладонь, не вывела меня из остолбенения. Во-первых, я не поняла, откуда оно взялось. Кажется, прямо из воздуха материализовалось. Во-вторых, почему это не могло быть что угодно другое? Более… чёрт, у этой истории в самом деле не могло быть более странного поворота!
— Ты серьёзно? — спросила я, наконец-то опуская руки.
Вообще-то до Дня Дурака ещё три недели, рановато для розыгрышей. Но отчего-то мне казалось, что сейчас иллюзия развеется, как ей и положено, а надо мной, над идиотским выражением моего лица, от души посмеются.
— Совершенно. Бери. И не надо так подозрительно на него смотреть, оно настоящее.
— В смысле, осязаемая иллюзия? — с нервным смешком выпалила я.
Сантер страдальчески закатил глаза, живо напомнив мне братца на свидании с очередной подсунутой матушкой неадекватной девицей. А потом просто бесцеремонно поймал мою правую руку, вляпавшись попутно в липкую сладость, и надел его.
Я в окончательной растерянности уставилась на кольцо на своём среднем пальце. Ни рунескрипта, ни характерных камней — словом, ничего, что обыкновенно указывало на магическое назначение подобного предмета. Просто три сплавленных между собой цепи. Крайние были, кажется, серебряными, чуть потемневшими, а третья, в середине, из более светлого металла. Возможно, платины, но тут я бы не поручилась. На вид было похоже, но что-то заставляло усомниться.
— Нет, в смысле — настоящее. Убедилась?
Ещё оно было прохладным, словно с улицы. Поначалу. Потом ненадолго вполне ощутимо нагрелось, а потом перестало ощущаться, как и положено. И попутно, кажется, чуточку уменьшилось, плотно обхватив палец. Выходит, всё же артефакт. Очень необычный, о таких я не слышала.
— Убедилась, — кивнула я, всё ещё пытаясь прийти в себя. — Что это?
— Артефакт, — просто ответил Сантер, чуть шевельнув плечами. — Некромантский. Дрейк не распознает.
— И чем он поможет?
— Я его найду. Где угодно. Просто переодень на левую руку, и всё. Я буду знать, что пора искать.
— А если потребуют снять?
— Сними. Потом, когда будет возможность, представь, что оно у тебя в руке.
— И что, — недоверчиво усмехнулась я, — оно окажется там?
— Можешь поэкспериментировать, если не веришь.
— Что это за штука? — продолжила упорствовать я.
— Фамильная драгоценность, — не без язвительности сообщил в ответ некромант. — Которую так ценили, что зачаровали, чтобы никогда не терялась.
— А какой смысл его искать, если достаточно о нём подумать, и оно само в руке окажется?
Сейчас мне не врали, но самым возмутительным образом недоговаривали, и это нервировало. Мягко говоря. Меня не оставляло чувство, что у всего только что случившегося был какой-то подтекст. Если даже кофе и был просто так, вот это колечко — уж точно нет.
— Оно возвращается только к хозяину, — со вздохом пояснил Сантер, видимо поняв по выражению моего лица, что совсем без объяснений обойтись не получится. — Сейчас его хозяйка ты.
— А ты ему кто?
— Родственник. Софи, это родовой артефакт. Ты же должна знать, что это значит?
Я медленно кивнула. Собственно да, должна была. И знала. Что правды о таких вещицах не доищешься. Несмотря на все разговоры про открытое сообщество, про свободный обмен знаниями и весь прочий вздор в том же духе, старые магические семьи хранили много тайн и не спешили делиться ими с каждым безродным выскочкой.
Впрочем, то, что связь с родовым артефактом имеет каждый, кто принадлежит к семье по крови, можно было принять за факт. И пока что этим ограничиться. Иначе можно зайти слишком далеко в своих фантазиях.
— Ладно, — пожала плечами я, решив действительно остановиться. — Если ты уверен, что это сработает, то и отлично.
— Это сработает. Вопрос в том, как дела пойдут дальше.
Вот об этом мне хотелось думать меньше всего. Как-то не верилось, что при виде стражей порядка господа заговорщики дружно поднимут руки и сдадутся. Нет уж, скорее там такое начнётся, что поди ещё выберись живой.
— Дальше будет видно, — заявила я преувеличенно бодро, демонстративно посмотрела время на экране телефона и сообщила: — Мне пора.
— Подвезти?
— Не надо, — отмахнулась я.
* * *
До своей остановки я доехала без приключений, и до дома дошла, никого не встретив. Только досадно было, что меня не попросили остаться. Нет, я бы отказалась. Но мог и попросить. И вот зачем мне было это нужно? Поди знай…
На этот раз мама ничего мне не сказала. Даже разогрела ужин, а потом ушла к папе в гостиную, смотреть какой-то фильм. А ведь я, признаться, ещё как ожидала её комментариев, всю дорогу к ним морально готовилась. Но, видимо, она решила, что сказала мне всё, что хотела, нет смысла ничего добавлять.
Покончив с едой, я отнесла посуду в раковину, открыла кран и после пары секунд колебаний сняла кольцо и положила на полочку. Помыла тарелки, убрала их в сушилку и поднялась в свою комнату. Села на кровать, сжала кулак, представила себе переплетающиеся звенья… и почти сразу ощутила их ладонью. Потрясающе. Это в самом деле сработало.
Вот только спокойнее мне не стало, ничуть. Кажется, даже совсем наоборот, теперь мне начало казаться, что не поможет даже это, что наш план вмиг раскроют. И мне придёт конец. Я окажусь в тюрьме, брат окажется в тюрьме…
От этих мыслей хотелось метаться по комнате, будто это чем-то могло помочь. И на этот раз справиться с собой никак не удавалось. Через полчаса бесполезных попыток хоть немного успокоиться стало ясно, что само по себе это не пройдёт. Пришлось идти вниз.
Двери гостиной, к счастью, были прикрыты, там всё ещё работал телевизор. На цыпочках проскользнув мимо, я добралась до кухни и сунула нос в аптечку. Сперва хотела накапать себе настойки, но потом решила не ограничиваться полумерами и проглотила пару таблеток снотворного.
Разбудила меня встряска за плечо. Еле разлепив непослушные веки, я увидела маму в кухонном фартуке и с полотенцем на плече. И выражение её лица не сулило мне ничего хорошего.
— Ты вставать собираешься?
— С-сейчас, — пробормотала я, борясь с непреодолимым желанием рухнуть обратно в подушку и спать дальше.
— Чего не всю упаковку проглотила? — язвительно поинтересовалась мама, ещё раз встряхивая меня. — Может, объяснишь уже наконец, что с тобой происходит?
— Ничего, — вздохнула я, кое-как садясь в кровати и принимаясь тереть упорно слипающиеся глаза. — Защита на носу, волнуюсь.
— Ну да, разумеется.
— Пойду в душ, — сообщила я, не чувствуя себя в состоянии ни спорить, ни даже оправдываться.
Плохо мне было просто до чёртиков. Все силы ушли на то, чтобы дойти до ванной, не шатаясь. Закрыв за собой дверь, я не меньше пары минут просто стояла, прислонившись к ней спиной, пережидая темноту в глазах. Потом почти ощупью включила воду, забралась в угол ванны, под прохладные струи, и уткнулась лбом в колени, пережидая противную тошноту. Всё-таки стоило ограничится одной таблеткой, или вообще настойкой…
— Софи? — теперь мамин голос звучал уже встревоженно. — Ты не заболела?
— Нет, — отозвалась я в паузе между спазмами в желудке. — Просто устала.
Скорей бы уже всё закончилось. Как угодно, лишь бы перестать мучиться этой неизвестностью. Не знаю, сколько ещё продержусь в здравом уме. Кажется, недолго мне осталось.