Инстинкт пары (СИ)

Прикосновения к телу горячих рук, губ — томительно приятно, разум постепенно заволакивает пелена желания, отбрасывая прочь любые мысли…
Потом были три дня безумия, которые Эля совершенно не запомнила, как и обычно, впрочем. А вот последние часы течки чётко врезались в память. Возможно, потому что сыграло роль понимание, что сейчас это не просто удовлетворение похоти и желание получить особенное, ни с чем другим не сравнимое наслаждение, а ритуал, столь важный для обоих и несущий в их жизнь кардинальные изменения.
Ощущения, как и в первый раз, оказались невероятно яркими, почти даже болезненными. Чувство проникающего невероятно глубоко члена, распирающий изнутри — с каждым разом всё сильнее — узел, казавшиеся бесконечными оргазмы, чёткое ощущение трепета плоти и разливающегося внутри тепла, несущие мучительное удовольствие укусы в плечо…
А через пару дней Элька точно знала (и не надо спрашивать, откуда: чувствовала, и всё тут!), что через несколько месяцев на свет появится маленькое чудо. И была совершенно счастлива, как и Рустам.
Почти восемь месяцев спустя.
Эля проснулась от внимательного взгляда и протянула вперёд руку, которую тут же перехватили и поцеловали в ладонь.
— Доброе утро, малышка.
Ага малышка — с огромным пузом. Эля дохаживала последние дни, пару месяцев назад уйдя в декрет, но кто бы знал, каких усилий ей это стоило! Не сама беременность, а бой за право вести жизнь обычной беременной женщины, а не обёрнутой в тысячу слоёв ваты хрустальной вазы.
Когда Лера рассказывала о подобных попытках Алекса, Элька не слишком верила, что так бывает. А когда залетела сама, познала, насколько подруга не преувеличивала масштаб проблемы: Руся почти сразу после зачатия стал настолько предупредительным и заботливым, что, дай ему волю, казалось, с рук бы не спускал и кормил с ложечки. Словно она смертельно больна и обессилена, а не всего лишь беременна! Лерке-то в этом плане было попроще: попробуй возьми под тотальный контроль самку-альфу, а вот Эле пришлось и разъяснительные беседы проводить, и скандалы пару раз закатывать, и слёзы лить. Последнее подействовало лучше всего, кстати, здорово испугав Русю и вернув ему трезвость ума.
От предупредительности и немного излишней опеки со стороны мужа это не избавило, конечно, но градус абсурдной перестраховки здорово снизился. Эльку это вполне устроило: иногда повышенное внимание было даже кстати. Например, в первый месяц беременности, когда полным ходом шла гормональная перестройка организма.
Перепады настроения, интоксикация с тошнотой по утрам… Бррр! Токсикоз был ярким, но не слишком долгим, слава богу, и через несколько недель Эля чувствовала себя уже абсолютно нормально. А ещё были регулярные визиты к доктору Веренееву, который прекрасно справлялся с нервозностью будущих родителей, объясняя всё, казавшееся непонятным и настораживающим. Беременность протекала абсолютно нормально.
Единственное, длилась она у оборотней всего восемь месяцев, но дети рождались крепенькими, так что разница сглаживалась. А «свой» доктор позволял не беспокоиться о несоответствии сроков.
Поласкавшись некоторое время с альфой, они встали, позавтракали, и Руся укатил на работу. Эле же откровенно было нечем заняться: на дворе апрель, самое начало, последние дни хмуро и слякотно, так что особо не погуляешь. Оставалось посвящать время себе, готовить, да читать или смотреть телек. Ну, ещё спать. Она убрала со стола, неловко повернулась и схватилась за живот — последнее время малыш здорово брыкался по любому поводу. Вредина будет. Ну или футболист.
Переждав активные толчки, Эля поднялась на второй этаж, зашла в ванную и открутила краны. Захотелось понежиться в горячей воде с пеной. Одно из немногих удовольствий, что осталось после запрета секса. Казалось бы, всего неделя прошла, но Веренеев был неумолим — за две недели до родов активные развлечения надо прекращать, чтоб не спровоцировать преждевременные схватки.
Проведя почти час в воде, Эля неспешно вылезла, вытерлась пушистым полотенцем и на несколько мгновений зависла возле большого зеркала. Собственный выпирающий живот в последний месяц вызывал какое-то чувство умиления. Впрочем, времени, когда он исчезнет, Эля тоже ждала с нетерпением. И потому, что хотелось наконец подержать на руках своё маленькое счастье, свидетельство их с Русей любви, и потому… что отсутствие секса переносилось как-то уж очень тяжко.
 
Прошла ещё неделя, и наконец оно случилось. Роды. И ведь, как назло, началось всё именно в тот момент, когда Эля осталась дома одна! Как-то резко, ничуть не постепенно и с нарастающей силы схватками. Просто днём потянуло живот, а потом раз, и сильная дёргающая боль. Она сразу же схватила телефон и нажала кнопку быстрого набора. Услышав на том конце связи спокойный ласковый голос Рустама, слегка успокоилась, ровно настолько, чтобы дрожащим голосом сказать, что начались схватки, и отключиться после заверений, что к ней едут вот прям сейчас, с доктором подмышкой.
За тот час, что оборотень добирался домой, Эля почти успокоилась. Да и боль, испугавшая поначалу, оказалась не такой уж и нестерпимой. Она думала, будет хуже. А буквально перед тем, как со двора донеслось лёгкое лязганье ворот, по ногам резко потекло. Отошли воды. Потом всё завертелось. Рустам, залетевший в дом с гинекологом на буксире, кинулся к супруге, придерживающей живот. Веренеев, морщась растиравший пострадавшее запястье, покачал головой и, пробормотав: «Экая вы быстрая, девушка», велел отнести рожающую в спальню.
Этот момент, что рожать придётся не в условиях роддома, а на дому, изначально немного её пугал, но иначе нельзя. Больницы — это всякие анализы и риск раскрытия нечеловеческой природы если не матери, то ребёнка точно, даже несмотря на то, что рождались маленькие оборотни в человеческом виде и только годам к пяти-шести впервые оборачивались.
Во время родов, когда её заставляли тужиться, Эля поняла, что не так всё оказалось и страшно. Больновато, тяжеловато, но терпимо — физиология оборотней и тут играла самкам на руку. Даже таким не совсем полноценным, как она. В животе ощущалась непривычная пустота, налившуюся в последние недели грудь тянуло, а у неё на руках пищал маленький комочек розовой сморщенной плоти, разевая ротик в требовательном вопле. Судорожно вздохнув, Эля прижала малыша к груди, и тот тут же довольно зачмокал, а она замерла от нахлынувших ощущений. Кормить грудью собственного ребёнка оказалось так… волнительно.
От дверей донёсся сдавленный вздох, и, подняв глаза, Эля столкнулась с полным нежности и обожания взглядом своего альфы. А ведь у сына глаза такие же, яркие, синие. Только пушок на голове совсем светлый. Может, со временем потемнеет. Мысли скакали, наконец остановившись на главной: она любит и любима, а ещё через несколько лет можно вновь попробовать забеременеть — чтоб девочка получилась, для комплекта, так сказать. А потом, может, ещё раз, или два. Как Лунная Дева позволит, тем более впереди много лет жизни. В том, что она будет счастливой, Эля не сомневалась ни мгновения.
Июль 2023 г