Обещаю тебе (ЛП)

— Джейд, это не насчет меня или плана. Речь шла о другом. Кое-что случилось.
Гаррет легонько кружит своим большим пальцем по моей ладони, зная, что меня это всегда успокаивает.
— Что такое, Гаррет? Что случилось?
— Арлин. У него случился сердечный приступ. Его отвезли в больницу, но он… — У Гаррета такое грустное выражение лица, какого я практически никогда у него раньше не видела, и мне это очень не нравится. — Он не смог выкарабкаться. Мне очень жаль, Джейд.
— Нет! Я же только вчера его видела! Он ничем не болел, был в полном порядке. — Мои глаза быстро наполняются слезами, и они бегут по моим щекам. — Мы вместе плавали на яхте, и Арлин был совершенно здоров. Твой отец ошибается! Перезвони ему и скажи, что он ошибается!
Гаррет тянет меня к себе на колени и обнимает, прижимая мою голову к своему плечу.
— Мне так жаль, Джейд.
Слезы продолжают бежать, а рациональная часть меня не может понять, почему. Ведь я познакомилась с этим человеком всего несколько месяцев назад и не должна так горевать. Но я горюю.
— Я еще не успела как следует его узнать. Мне нужно больше времени.
— Я понимаю. — Гаррет продолжает прижимать меня к себе, целуя в макушку и поглаживая по спине. В таком положении мы остаемся несколько минут.
Когда, наконец, мои слезы немного стихают, я устраиваюсь у Гаррета на коленях так, чтобы видеть его лицо.
— Когда это случилось?
— Несколько часов назад. Отец сказал, что похороны, вероятно, состоятся в эти выходные.
— А я не могу пойти. Не могу пойти на похороны своего собственного дедушки.
— Почему же не можешь? — Гаррет убирает мокрые от слез пряди с моей щеки и заправляет их за ухо.
— Потому что его семье нельзя знать обо мне.
— Это будут большие похороны. Тебе даже не придется общаться с семьей.
— Но Сэди меня знает, так же как и ее мама. Они думают, что я твоя бывшая девушка, и мое присутствие на похоронах покажется им странным. В этом нет никакого смысла. — Я слезаю с колен Гаррета и сажусь напротив него. — Я все равно не хочу идти туда. Я хочу помнить Арлина таким, каким он был на яхте, а не лежащим в гробу. — На этой фразе я снова начинаю плакать.
— Что мне сделать, Джейд? — спрашивает Гаррет, накрывая ладонью мою щеку.
Я отталкиваю его руку и вытираю слезы с лица.
— Обещай, что не уйдешь. Меня уже тошнит от того, что меня все бросают! Обещай, что не позволишь этим людям отнять тебя у меня.
— Ты же знаешь, что я не могу тебе этого обещать, — мягко говорит он.
Гаррет тянется ко мне, но я отталкиваю его и, поднявшись, встаю на другой стороне палатки.
— Тогда просто уходи! Убирайся! Давай просто покончим с этим прямо сейчас. Мы оба знаем, что тебе не выбраться из этого.
Гаррет вскакивает и встает передо мной.
— Мы понятия не имеем, что будет дальше.
— А по-моему все тут ясно. Если уж эти могущественные люди хотят, чтобы однажды ты стал президентом, то найдут способ добиться этого. Все кончено, Гаррет.
— Ничего не кончено. Не смей даже произносить такую хрень. Ты просто расстроена из-за Арлина.
— Я больше так не могу. Не могу встречаться здесь с тобой и делать вид, что мы все еще вместе, в то время как я знаю, что все через пару недель закончится.
— Ничего не закончится через пару недель! — кричит Гаррет, и я впервые вижу его страх. Я вижу панику в его глазах и слышу ее в его голосе. Он боится, что это действительно конец. Что через две недели его жизнь закончится. Мы никогда больше не увидимся, и он будет вынужден жить с женщиной, которая ему даже не нравится. Будет вынужден жениться на ней и завести от нее детей. Будет вынужден делать что-то плохое, неправильное и незаконное. И спустя годы Гаррет станет президентом, но все еще будет под их контролем. Кто знает, что они заставят его делать дальше.
А ведь я даже не подумала о том, какой ужасной станет его жизнь. Я была слишком сконцентрирована на нас и на том, как этот план отразится на мне. Однако в его случае все обстоит гораздо хуже. А ведь Гаррет согласился на это только из-за меня. Потому что боится того, что они могут сделать со мной, если он откажется.
 
— Прости, — тихо произносит Гаррет. Он обнимает меня, и я чувствую, как сильно и быстро бьется его сердце. — Я не хотел на тебя кричать.
Я отстраняюсь.
— Ты ведь с ума сходишь, да? А я зациклена только на себе. Я должна была тебе помогать, поддерживать, делать для тебя все необходимое. Ты должен был мне это сказать. Должен был сказать, что из меня получилась дерьмовая девушка. Да я даже хорошим другом для тебя не была.
Гаррет растерянно смотрит на меня.
— О чем ты говоришь?
— Если их план вступит в силу, твоей жизни конец. У тебя больше никогда не будет выбора, не будет свободы. Они заставят тебя делать всякие вещи. Очень плохие вещи. Для тебя эта ситуация гораздо сложнее, чем для меня, а я даже не подумала об этом. Гаррет, прости.
— Тебе не за что извиняться. Я ко всему этому готов. Я могу с этим справиться. Схожу ли я с ума от того, что моя жизнь будет контролироваться другими людьми? Да. Вот только мысль о том, что я никогда больше тебя не увижу, пугает меня сильнее. Вот, что сводит меня с ума, Джейд. Потому что не думаю, что смогу это выдержать. Я боюсь, что попытаюсь найти тебя, они узнают и, желая наказать меня, причинят вред тебе.
— И что нам теперь делать? У меня больше нет идей. Наш план не сработал, иначе сейчас ты был бы уже свободен. Они бы не стали так тянуть.
Гаррет кладет руки мне на плечи и смотрит мне в глаза.
— Ты не знаешь этого наверняка, так что перестань так думать.
— Я знаю. И ты тоже знаешь. Просто не хочешь в этом признаться. — Гаррет молчит, что практически говорит мне о том, что он думает так же, как и я. Что наш план не сработал. — Я не знаю, что можно еще предпринять. Не знаю, как все исправить.
— Мы даже не можем утверждать, что их встреча из-за меня. Мы просто строим догадки, основываясь на слухах. Возможно, речь пойдет о чем-то совершенно другом.
— Но если речь все-таки о тебе, тогда у нас совсем не осталось времени. Я уезжаю домой через неделю, начиная с пятницы, и, возможно, это наши последние дни.
— Тогда давай будем проводить как можно больше времени вместе. Нам обоим нужно готовиться к экзаменам, так что будем заниматься прямо здесь. Мы даже могли бы тут спать. Я принесу еще одеял и спальных мешков. Просто устроим здесь лагерь до твоего отъезда. Днем будем в общежитии, а ночевать будем в палатке. Что скажешь?
Глаза Гаррета горят в нетерпении, пока он ждет моего ответа. Как же я люблю его за то, что он пытается извлечь максимум хорошего из этой ужаснейшей ситуации.
— Скажу, что это безумие, — говорю я. — Но я могу принять участие в этом безумии.
— Тогда отправляйся за своими книгами, а я куплю кое-что в магазине. Встречаемся здесь через час.
Гаррет расстегивает палатку и помогает мне выбраться наружу.
— А если нас съедят дикие звери? — уже пробираясь через лес, кричу я Гаррету.
— Еноты не едят людей, Джейд, — кричит Гаррет в ответ из палатки. — Хотя я бы не спускал глаз с твоих картофельных чипсов.
Представив себе енота, роющегося в моем пакете с чипсами, я ловлю себя на том, что смеюсь. Черт, этот дуралей может заставить меня смеяться даже тогда, когда мне очень грустно. А мне в жизни это так нужно. Мне нужен он. Но я не знаю, как долго он еще со мной будет.
***
Когда мы встречаемся в следующий раз, у Гаррета обнаруживаются дополнительные спальные мешки, подушки, одеяла, карманный фонарик и четыре очень ярких фонаря. Он также купил чипсы, газировку и конфеты — основную студенческую еду.
 
Я ставлю рюкзак на землю и достаю книги.
— Никогда раньше не ходила в походы, а ты?
— Не то чтобы ходил, но, когда моя мама была жива и у нас был другой дом, отец разрешил мне поставить на заднем дворе палатку. Вряд ли это можно назвать настоящим походом.