Обещаю тебе (ЛП)

На самом деле на мне несколько слоев одежды, потому что Фрэнк не может позволить себе отопление, и в доме холодно. Я привыкла к этому, когда жила здесь раньше, но теперь, после теплого общежития, дом Фрэнка напоминает мне морозилку.
— Джейд, просыпайся.
Райан стучит в дверь.
— Уже проснулась, — отзываюсь я. — Я разговариваю по телефону.
— Нам скоро выезжать, поэтому собирайся.
Я слышу, как Райан уходит.
— Тебе нужно идти? — спрашивает Гаррет.
— Ага, извини. Поговорим позже.
Когда я направляюсь в ванную, Райан нарочно задевает мое плечо своим по пути к себе в спальню.
— Поторопись, в час дня мы выезжаем в кино.
Я останавливаюсь и тру глаза.
— Я еще не проснулась. Ты сварил кофе?
Он уходит дальше по коридору.
— Ты не в гостях у Гаррета, а я тебе не прислуга. Приготовь себе кофе сама.
— Господи, Райан, ты мог бы быть подобрее. Мы же почти не видимся! — кричу на него и слышу, как Райан смеется у себя в спальне, а потом кричит в ответ:
— Нормальное поведение старшего брата, чтобы ты побыстрее освоилась дома.
Мы втроем отправляемся в кино, и это так странно, потому что раньше мы никогда не посещали кинотеатры, а брали фильмы напрокат. Так что это наш первый поход в кино. Вернувшись домой, мы заказываем пиццу и остаток вечера играем в карты.
В понедельник утром мы везем Фрэнка к доктору Каннингему, приехавшему в этот день в город. В поликлинике при больнице у него свой кабинет.
Пока Фрэнк с Райаном заполняют в приемной документы, я, сделав вид, что иду в туалет, проскальзываю в кабинет к Каннингему, чтобы узнать, можно ли мне обратно лететь на самолете. Как я и ожидала, его ответ отрицательный, поскольку мои головные боли еще не прошли. По крайней мере, он хорошо воспринял мой отказ от костылей.
Остаток недели тянется медленно. Во вторник и среду из-за мартовской метели мы оказываемся заперты дома. У Фрэнка нет кабельного, поэтому по телевизору смотреть нечего, а играть в карты нам быстро надоедает. В четверг мы с Райаном, пока Фрэнк отдыхает дома, снова идем в кинотеатр, а потом все вместе отправляемся на прощальный ужин, поскольку уже на следующее утро мне нужно возвращаться в Мурхерст.
После ужина Райан подвозит нас с Фрэнком до дома, а потом опять уезжает. Он забирает Хлою после ее временной работы, потому что ее машина в ремонте.
Мы с Фрэнком садимся в гостиной. Когда я тянусь за пультом от телевизора, он останавливает меня.
— Джейд, давай поговорим.
Не самое лучшее начало разговора. Я кладу пульт на место.
— О чем?
— Расскажи мне, что тебя связывает с семьей Гаррета.
— Они оплачивают мое обучение, вот и все.
Фрэнк потирает подбородок, покрытый двухдневной щетиной.
— Я чувствую, что происходит что-то неладное. Кенсингтоны заставляют тебя хранить их секреты? Покупают твое молчание?
— Что? — Я нервно смеюсь. — Конечно же нет.
С чего он это решил? Неужели так очевидно, что я что-то скрываю? С другой стороны, Фрэнк двадцать пять лет проработал репортером — такие вещи он схватывает на лету.
— Ты можешь довериться мне, Джейд. Все останется только между нами. Как ты получила травмы на самом деле?
— Я же сказала: споткнулась в лесу во время пробежки.
— За годы работы я брал интервью у множества людей и могу точно определить, когда кто-то говорит неправду. Так что произошло в действительности?
Я знаю, что Фрэнк будет допытываться до тех пор, пока я не выложу ему всю правду или хотя бы ее часть.
— Ладно, кое-что все-таки произошло. Сестра Гаррета Лили сбежала из дома, а все решили, что ее похитили ради выкупа, ведь в прошлом такое уже случалось. Мы с Гарретом прочесывали окрестности имения в надежде отыскать девочку в лесу около дома. Там она и оказалась. Поскольку поиски проходили поздно и было темно, я умудрилась споткнуться о Лили и упасть, ударившись головой о большущее бревно и разбив колено о камни.
Фрэнк продолжает потирать подбородок.
— Почему ты не сказала мне правду? И отец Гаррета тоже.
— Он не хотел пугать тебя историей о похищении.
 
— Почему это должно было меня испугать? Не тебе же угрожала опасность.
— Тебя мог испугать сам факт, что опасные личности могут охотиться за членами его семьи.
— Гаррету пытались причинить вред? Угрожали ему?
— Нет, не думаю.
Фрэнк, похоже, не верит мне. Вздохнув, он говорит:
— Джейд, я понимаю, что ваши отношения с Гарретом становятся все более серьезными, но тебе придется нелегко. Надеюсь, ты это осознаешь.
— Я справлюсь.
Не отрывая взгляд от дивана, я вожу пальцем по линиям на клетчатой обивке.
— Его будут преследовать те же проблемы, что и его отца: трудности в компании, судебные тяжбы, люди, угрожающие ему и его семье.
— Не будут. Гаррет не станет в этом участвовать. Он не хочет управлять «Кенсингтон Кемикал». Гаррет получит диплом по предпринимательскому делу, затем степень МВА и откроет свою собственную компанию.
— Все не так просто. Возможно, Гаррету не удастся избежать некоторых обязательств. У мистера Кенсингтона нет других сыновей, а в подобных состоятельных семьях сыновьям часто приходится идти по стопам отцов. У них нет выбора.
— Гаррет уже объявил отцу, что не собирается брать на себя руководство компанией, и мистер Кенсингтон не возражает. Ну, он, скорее всего, не в восторге, но принимает выбор Гаррета.
Фрэнк молчит. Подняв глаза, я вижу, что он наблюдает за мной.
— Что-то не так, Фрэнк?
Я не могу скрыть раздражение, потому что уверена, что это еще не все и нотации будут продолжаться.
— Гаррет вырос в мире богатства и привилегий, когда исполнялись все его прихоти. Свою самостоятельную жизнь он планирует вести в том же духе? Потому что это совсем не тот образ жизни, к которому ты стремилась. Ты росла по-другому.
— Он не собирается жить так и дальше. Ему не нужны ни горничные, ни повара, ни большой особняк.
Теперь я начинаю злиться по-настоящему. Не имеет никакого значения, в каких условиях мы с Гарретом выросли. Я наконец-то смогла смириться с этим и не желаю поднимать эту тему опять.
— Ты хочешь, чтобы я порвала с Гарретом? В этом все дело?
Фрэнк наклоняется и гладит меня по руке.
— Милая, конечно же нет. Просто хочу, чтобы ты поразмыслила над этими вещами. Мне нравится Гаррет, меня скорее беспокоит его семья. Возможно, я придаю этому слишком большое значение, но мне кажется немного странным, что мистер Кенсингтон подарил тебе такую дорогую машину. Наверное, для него это незначительные расходы, но это лишь еще один повод задуматься, хочешь ли ты быть с Гарретом. Находиться среди такого богатства требует некоторой подготовки.
— Что ты имеешь в виду, Фрэнк? Что я теперь всю жизнь должна провести в бедности только потому, что моя мама была бедной или потому что я сама выросла в нищете? — Вырвав руку, я отодвигаюсь от него. — Я наполовину Синклер, а значит, часть меня принадлежит к другому миру. И мне очень жаль, что я не могу заявить об этом окружающим, потому что меня уже тошнит от тех людей в колледже, кто всем своим видом показывает, что я не из их круга, что я просто какая-то нищая из Айовы. Я так же заслуживаю жить в хорошем доме и водить шикарную машину, как и все остальные в Мурхерсте.
Фрэнк медленно кивает.
— Ладно, если это то, чего ты действительно хочешь.
Меня приводит в бешенство то, как он это произносит: как будто я не должна желать материальных вещей.
— Это не то, чего я хочу! Точнее, я этого хочу, но кто бы отказался?
Какая же я идиотка. Мне не следовало говорить ему подобные вещи. У Фрэнка мало что есть в материальном смысле. В его доме все очень скромно, а сам он ходит в поношенной одежде, но тем не менее он счастлив. Фрэнк всегда говорил мне, что ему важнее здоровье и семья, чем материальные блага, и я всегда с ним соглашалась. Я и сейчас с ним согласна, но почему нельзя также обладать и некоторыми красивыми вещами?