Обещаю тебе (ЛП)

— Иногда ем, но не каждый день, как ты.
— Мне действительно стоит быть более внимательной к тебе, а то мне кажется, что я тебя совершенно не знаю.
Он смеется, вставая из-за стола.
— Ты знаешь меня. Пойдем поговорим с отцом.
Когда мы заходим в кабинет, Пирс громко отчитывает кого-то по телефону.
— Эти отчеты нужны мне к полудню. И никаких оправданий.
Он бросает трубку, даже не попрощавшись.
— Хочешь, мы зайдем позже? — спрашивает Гаррет.
— Нет, просто у меня возникли проблемы с директором завода в Детройте. Теперь все под контролем.
Мы с Гарретом садимся в кожаные кресла напротив рабочего стола мистера Кенсингтона.
— Вы насчет реалити-шоу? — Пирс откидывается на спинку кресла. — Я уже разговаривал с нашими адвокатами по этому поводу. Мы мало что можем сделать в данной ситуации, кроме запрета фотографировать Гаррета на территории Мурхерста.
— Разве они не нарушают закон, сочиняя обо мне подобные истории? — спрашивает Гаррет. — Мы не можем подать на них в суд за клевету?
— Можем, но на это потребуется много времени и сил. Адвокаты считают, что лучше просто переждать. Как только три эпизода шоу выйдут в эфир, вся корреспонденция, которую ты сейчас получаешь, скорее всего, попросту испарится. К апрелю уже никого не будут интересовать ни твои предпочтения в еде, ни то, каким парфюмом ты пользуешься, — фыркает Пирс.
— Пап, это не смешно.
— Я знаю. Просто мне непонятен такой интерес к тебе. У тебя миллионы поклонников, хотя ты даже не участвуешь в шоу.
— Миллионы? Что, правда?
Я смотрю на Гаррета, который, кажется, удивлен не меньше меня.
— Как бы там ни было, адвокаты рекомендуют нам сидеть тихо и не высовываться, пока все не уляжется. Они хотят, чтобы ты как можно дольше оставался в кампусе, Гаррет. Так фотографы не смогут до тебя добраться. Также тебе стоит воздержаться от любых путешествий. Я помню, ты говорил о поездке вместе с Джейд в Де-Мойн на весенние каникулы. Так вот, не думаю, что это хорошая идея: за вами по пятам будут следовать фотографы, и, учитывая, что произошло в прошлый раз, они могут навредить тебе или Джейд.
Бросив взгляд в мою сторону, Гаррет снова поворачивается к отцу.
— Мы с Джейд поговорим об этом позже. Вообще, мы пришли сюда по другому поводу.
Пирс наклоняется вперед и кладет руки на стол.
— Ладно, в чем дело?
— Джейд, расскажешь сама?
— М-м… да.
Внезапно я начинаю нервничать. Иногда отец Гаррета может быть очень пугающим, и тогда мне трудно с ним разговаривать, особенно когда его внимание полностью сосредоточено на моей персоне.
— Арлин Синклер приходил вчера в колледж, чтобы увидеться со мной.
Выпрямившись, Пирс трет подбородок.
— Так. И какова была цель визита Арлина?
— Он хотел сообщить мне кое-что при личной встрече.
— Что именно?
Пирс занятой человек и любит, когда люди переходят сразу к делу. У меня же с этим проблема, и его это, похоже, напрягает.
— Хочешь, я расскажу? — спрашивает Гаррет, почувствовав мою нервозность.
— Нет. Я сама. Простите, мистер Кенсингтон, я все еще пытаюсь осознать сказанное им, поэтому…
— Все в порядке, Джейд. Не торопись.
Я пересказываю всю историю, включая предполагаемые планы на Гаррета.
Пирс внимательно слушает, не показывая никаких эмоций. Ни удивления, ни беспокойства, ни гнева. Ничего.
Когда я заканчиваю рассказ, в комнате на мгновение воцаряется тишина. Затем Пирс, как бывало и раньше, смотрит мне в глаза так пристально, что я чувствую, будто меня гипнотизируют или промывают мозги.
— Джейд, ты же понимаешь, что информация об этой организации строго конфиденциальна? Надеюсь, ты сохранишь все в тайне. Мы поняли друг друга?
Из-за взгляда Пирса и тона его голоса с нотками угрозы у меня попросту пропадает дар речи.
Гаррет сжимает мою ладонь, и я наконец могу говорить:
— Да, я понимаю и никому не расскажу.
— Арлину не следовало обсуждать это с тобой ни при каких обстоятельствах. Он знает, что действует против правил. Это лишь доказывает, что старик уже не тот.
 
— А что насчет остального? Правда ли то, что он сказал?
— Нет. Разумеется, нет.
— Значит, никакого секретного плана относительно меня не существует? — посмеиваясь, спрашивает Гаррет.
— Конечно, нет. Это же смешно.
Пирс улыбается, но когда он переводит взгляд на свой стол, я замечаю его напряжение. Говорит ли он правду, или я просто становлюсь параноиком? Возможно, атмосфера в этом доме и в семье Кенсингтонов так на меня влияет.
— А что по поводу Ройса? — спрашиваю я. — Та группа действительно собиралась сделать его президентом?
Пирс, опять улыбнувшись, откидывается на спинку кресла.
— Мы не производим отбор в президенты, Джейд. Правда в том, что мы помогаем людям баллотироваться, но только посредством пожертвований, оказывая помощь в проведении мероприятий по сбору средств.
— Но зачем Арлину врать? Зачем сочинять такое про Гаррета?
— Потому что он не хочет, чтобы его внучка встречалась с Кенсингтоном. — Так странно слышать, что меня называют чьей-то внучкой. — Учитывая обстоятельства, его можно понять.
Пирс встает.
— Мне действительно пора вернуться к работе. Очень жаль, Джейд, что Арлин напугал тебя своими историями. При следующей встрече я обязательно поговорю с ним.
— Нет, не надо. Я просто рада, что все это оказалось неправдой.
На самом деле я не верю словам мистера Кенсингтона, а только делаю вид. Арлин не стал бы прилагать столько усилий, если бы все эти сведения были вымышленными. Во время разговора он показался мне очень искренним, как будто сам верил в то, что говорил.
Как только мы с Гарретом встаем и выходим, Пирс закрывает за нами дверь.
— Тебе полегчало? — спрашивает Гаррет, обнимая меня за плечи. — Арлин просто чокнутый старикан, который пытается заставить тебя порвать со мной, потому что я Кенсингтон. Просто выбрось из головы все, что он сказал. Мой отец поговорит с ним и попросит больше не докучать тебе.
— Ага, хорошо.
Я решаю не делиться с Гарретом подозрениями: в последнее время они с отцом стали ближе, и мне не хочется все испортить. Кроме того, не исключено, что Пирс действительно сказал правду.
— Готова ехать обратно?
Гаррет берет наши пальто, которые мы оставили прямо на кресле в гостиной. Это было сделано в основном для того, чтобы позлить Кэтрин, которая очень любит порядок.
— Честно говоря, нет. Сегодня хорошая погода, у нас нет занятий, так что мы могли бы заняться чем-нибудь интересным.
— Чем, например?
Я смотрю на него и улыбаюсь.
— Например, покататься на моей новой машине. Поскольку я пока не могу сесть за руль, ее первым водителем будешь ты.
— Я уже водил ее. Несколько раз.
— Гаррет! — Я шлепаю его по руке. — Почему ты мне не сказал?
Он со смехом потирает руку.
— Потому что я знал, что ты разозлишься.
— Я сержусь не из-за того, что ты ездил за рулем этой машины, а из-за того, что не взял меня с собой.
— Хорошо, я беру тебя с собой сейчас. — Он целует меня в щеку и уходит к двери. — Подожди меня снаружи. Я схожу в гараж и подгоню машину ко входу.
На прошлой неделе мистер Кенсингтон купил мне новенький белый кабриолет «БМВ». Это была благодарность за то, что я нашла его дочь Лили, когда она убежала и заблудилась в лесу возле дома. Мои травмы — результат именно этой поисковой операции.
Летом мы с Гарретом собираемся ехать на моем новом автомобиле в Калифорнию и целых три месяца жить на берегу океана. Мы еще не определились до конца с местом, но уже сократили список вариантов: нам не по вкусу большие города, поэтому мы подыскиваем жилье в одном из маленьких прибрежных городков к северу от Лос-Анджелеса. Харпер и ее парень Шон едут туда же. Они надеются снять жилье рядом с нами, чтобы мы вчетвером могли тусоваться вместе все каникулы. Я так взволнована этими планами и хочу, чтобы лето быстрее наступило.