Детектив (ЛП)

— У меня G43.
— У тебя есть пистолет? — что-то екнуло у меня в груди.
Она кивнула.
— Папа не разрешал мне выходить из дома без него.
— Покажешь?
Профессиональным движением она достала магазин, проверила патронник и только потом передала мне пистолет. Я почти влюбился в нее в этот момент.
— Не переживай, у меня есть разрешение, — добавила она быстро.
Я протянул пистолет ей обратно:
— Впечатлен.
Шэннон ловко перезарядила его, положила обратно в сумочку и посмотрела на меня. Она, конечно, заметила, что я не могу оторвать он нее глаз. Спросила:
— Ты собираешься одеться?
Я слишком долго обдумывал ответ, Шэннон махнула в сторону коридора:
— Одевайся. Сейчас же, — она засмеялась и развернулась на каблуках, — я проголодалась.
Я смотрел, как она села в кресло и закинула ногу за ногу. «Соберись, Нейт!»
— Дай мне пару минут, — ответил я и пошел в комнату.
Переодевшись в джинсы и черную майку с защитного цвета пиджаком, я вернулся в комнату, но Шэннон там не оказалось:
— Шэннон?
— Я здесь, — отозвалась Шэннон из комнаты позади меня.
Я прошел во вторую спальню, которую использовал как кабинет. Шэннон была там, она рассматривала пробковую доску, на которой были закреплены фотографии пропавших женщин и подозреваемых. Я не знал, как относиться к ее прогулкам по моей квартире.
Как будто читая мои мысли, она сказала:
— Я искала ванную. Что все это значит?
Я прислонился к косяку двери.
— Это дело, над которым я сейчас работаю.
— Я знала Лесли Брайсон.
— Да ладно? — Это было интересно.
— Да. — Шэннон кивнула. — Мы выросли вместе. Наши отцы до сих пор иногда играют в гольф. Очень жаль, что до сих пор неизвестно, что с ней случилось.
— Серьезно? — я моргнул.
— Ашвилл — это не Мейберри, но и до мегаполиса ему далеко. — Она указала на другие фото. — А что случилось с остальными девушками? Они тоже пропали?
Я подошел и встал позади нее.
— Я практически уверен, что все эти девушки были похищены или убиты одним человеком. Но пока не могу этого доказать.
— Ты думаешь, что это серийный убийца? — Шэннон удивленно обернулась.
— Возможно, — ответил я.
— Ох, — сказала она. — Я, как вчера помню день, когда исчезла Лесли. Было так страшно. Знаешь, такие вещи не происходят в Ашвилле.
— И ты знаешь ее семью? — спросил я.
Она кивнула:
— Да, мы всю жизнь знакомы.
— Поэтому я приезжал в Ашвилл, я хотел поговорить с семьей, но они отказались даже встретиться со мной. — я шагнул еще ближе к Шэннон, используя технику допроса, которая должна нервировать отпрашиваемого, — Ты не могла бы поговорить с ними? Убедить их встретиться со мной?
Она резко выдохнула и кивнула.
— Я попробую, — Шэннон протянула руку и дотронулась до моего пиджака. — значит ли это, что ты опять приедешь в Ашвилл?
— Конечно. — Я отступил на шаг и вздохнул. «Эта женщина была хороша».
— Зайду к ним завтра, как только вернусь, — она усмехнулась и кивнула на дверь, — а сейчас, может, уже пойдем ужинать?
— О да, пойдем, — определенно нужно было уйти из дома раньше, чем я в очередной раз решу не быть джентльменом.
— Ты хочешь вернуться в бар? Еда у них выглядела аппетитно.
Я шел за Шэннон по коридору и наслаждался, глядя, как покачиваются ее бедра.
Когда мы дошли до двери, я открыл ее для девушки.
— Нет, я отведу тебя в место получше.
И я сделал это.
Спустя два часа и сто долларов за стейк и вино я отвез Шэннон обратно к ее машине, припаркованной у Булл Сити. К этому времени я знал, что она получила работу на новостном канале и почему считает, что «Легенды осени» — лучший в мире фильм, и я знал, что она говорит отцу, что поддерживает Республиканцев, а на самом деле голосует за Демократов. И пусть я действительно давно ни с кем не встречался, неожиданно оказалось, что это было одно из лучших моих первых свиданий.
— Ох, я совсем забыла про них. — Мы стояли у ее машины под туманным светом уличного фонаря, когда Шэннон неожиданно спохватилась, открыла сумочку и достала мои часы.
— И я забыл, — я усмехнулся
 
Она уверенно закатала рукав и надела часы мне на запястье. Застегнула ремешок и улыбнулась:
— Я отлично провела время, Натан.
— И я. Спасибо, что сохранила мои часы.
Телефон в ее сумочке начал звонить. Она достала его и посмотрела на экран:
— О, черт, это продюсер с «Доброе утро, округ Уэйк».
Я посмотрел на часы — было уже почти восемь вечера.
— Думаю, тебе надо ответить. Это должно быть что-то важное, иначе он не стал бы звонить так поздно.
— Слушаю. — Голос Шэннон заметно дрожал.
Прислонившись к машине, я смотрел, как эмоции сменяются на ее лице от волнения до опустошенности. Мое сердце стало биться чаще. Я ощутил необходимость поддержать Шэннон. Это было странно. У нас было отличное свидание, и я действительно хорош во многих вещах, но эмоциональная поддержка — не одна из них.
Она медленно опустила телефон и прервала вызов.
— Они нашли кого-то другого.
«Черт».
Я протянул руки и обнял ее.
— Мне жаль, Шэннон.
Шэннон прижала голову к моей груди и вздохнула. Ее руки удивительно приятно ощущались на моей груди. Я провел рукой по ее золотистым волосам, отодвинулся немного и посмотрел на нее:
— Ты в порядке?
Тушь растеклась у Шэннон по щеке, и, не задумавшись ни на секунду, я стер ее большим пальцем.
— Извини, — прошептала она.
— Извинить? За что? — удивился я.
— Я ужасно выгляжу. — девушка указала на свое лицо.
— О нет, утром, когда мы проснулись вместе, ты выглядела действительно ужасно, а несколько слезинок вид не испортят, — возразил я.
Она засмеялась и снова спрятала лицо у меня на груди.
— О боже, — простонала она смущенно.
— У меня есть отличная идея, давай вернемся к моей машине. — Я погладил ее плечи и взял за руки.
Шэннон сделала шаг назад, выглядя при этом довольно жалко.
— Натан, тебе не стоит пытаться меня подбодрить…
— Шэннон, просто садись в машину, — перебил я.
— Ладно. — она улыбнулась и вытерла нос тыльной стороной ладони.
Двадцать минут спустя мы вернулись в мою квартиру.
— Иди за мной, — сказал я Шэннон и пошел прямо в спальню.
Она остановилась у входной двери:
— Не хочу показаться грубой, но если ты пытаешься меня соблазнить, то это не работает.
Я засмеялся и обернулся:
— Пойдем.
Девушка послушно прошла за мной в комнату. Я открыл шкаф и достал черно-красную толстовку университета Северной Каролины и штаны на завязках, протянул их Шэннон.
— Что это? — спросила она скептически.
— Тебе же не во что переодеться? — уточнил я.
Шэннон отрицательно покачала головой:
— Нет, но…
— Переодевайся. — Я снова протянул ей вещи.
Перед тем как выйти из комнаты, чтобы девушка могла спокойно переодеться, я стянул с кровати одеяло и подушку. Озадаченная, Шэннон молча наблюдала за моими действиями. Я вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
В гостиной я отодвинул кресло и расстелил постельное белье на полу.
— Надо было купить диван, — пробормотал я.
Я пошел на кухню и достал из холодильника коробку мороженного, прихватил пару ложек и вернулся в гостиную. Мои ноги уже совершенно замерзли, когда Шеннон, одетая в мою одежду, вышла из спальни. Я чуть не упал, а она только усмехнулась:
— Немного великовато.
— Отлично выглядишь, — вырвалось раньше, чем я подумал.
— Что ты делаешь, Натан? — она посмотрела на лежанку, которую я соорудил на полу.
Я подошел к развлекательному центру и стал разглядывать фильмы на полках.
— Ты была так расстроена из-за этой работы, что я не смог отпустить тебя в гостиницу. — я обернулся и глянул на нее через плечо. — Я не слишком хорошо тебя знаю, вдруг бы ты решила выпрыгнуть из окна?
Она засмеялась и закатила глаза.
Я обернулся к своей коллекции DVD и нашел, наконец, то, что нужно. Я вернулся к Шэннон с мороженным в одной руке и «Легендами осени» в другой.