Размышления русского боксера в токийской академии Тамагава, 4 (СИ)

— Да, — искренне удивился школьник. — Там что-то по стандартному протоколу эксплуатации!
— Это засекреченные протоколы, — лихорадочно перебирая варианты, закусил нижнюю губу Ватанабэ. — Так… Не мешайте, думаю… Запрос в их министерство, пусть срочно — минута. Скорость прохождения до их профильного сервера — пускай ещё столько же… — он машинально сверился с экраном. — Ч-чёрт, и пробка не двигается!..
— А зачем вам на их сервер? — не в первый раз перебил старшего школьник. — Именно от моей таблетки Цубаса знает, где взять коды. Ей я нужен живой, — "в отличие от вас" вслух не прозвучало, но явно подразумевалось.
Садатоши первый раз в жизни среагировал в такой ситуации быстрее товарища. Он мгновенно вывел на экран своего смартфона номер красноволосой:
— Офицер, мы с вами разговаривали недавно!
— Да, помню, — соткавшаяся в воздухе голограмма сотрудника специального подразделения доброжелательно улыбнулась. Смартфон Кимишимы был сейчасу него. — Но мы же всё обсудили?
— Где сейчас находится задержанная вами Кимишима, Цубаса?!
— Э-э, инспектор, извините! Заказчиком является комиссар Ватанабэ!
— Да вот он рядом стоит! — Хидэоми явно проглотил рвущиеся наружу ругательства, разворачивая смартфон.
— Приветствую ещё раз, — коротко кивнул начальник отдела по борьбе с нейро-контрафактом. — Где она?
— Комиссар, мои извинения. — Брови сотрудника на том конце провода решительно сошлись над переносицей. — Пожалуйста, свяжитесь со мной в соответствии с регламентом. Отбой в канале.
  
Глава 7
 
Выругавшись в сторону, Ватанабэ активировал одну виртуальных клавиатур. Исполнив быстрее чем за секунду несколько необходимых манипуляций, он связался уже со старшим нужной ему группы.
— Как спинным мозгом чувствовал, — спокойно кивнул "сапог" в ответ. — Мы ее и не увозили пока. Она сейчас на первом ярусе, в машине, в отсеке для задержанных. А у вас что-то по медицинской линии, небось?
— Как догадался?! — мгновенно насторожился Хиротоши.
— Ну я просто твой план вдумчиво пересмотрел, когда ажиотаж энтузиазма схлынул, — пожал плечами собеседник. — Ты же как на пожар звал? Уведомил только нас, директора своего департамента и технарей? А в медицинский сектор даже не постучался — у тебя на их зоне жирный прочерк в форме… Хотя на такую операцию, типа освобождения заложника, медицину обычно подтягивают в первую очередь. И не городскую, а пару бригад из нашего госпиталя… Пару — это как минимум, — представитель силового блока параллельно с разговором жестами указывал кому-то куда-то в сторону, затем поднял вверх указательный палец и покачал им в воздухе вперёд-назад.
Фоновым звуком раздался топот чьих-то ботинок.
— Да. — Ватанабэ резко поплохело от осознания собственной залепухи. — Да… так ты поэтому догадался, что девчонку пока придержать стоит?!
— Шутишь? — удивился здоровяк на другом конце провода. — Где тонко, там обычно и рвётся. Никакого волшебства, просто любите устав. Медицину ты не вызываешь! С твоим заложником непонятно что вытворяли, но ориентируемся мы на сигнал его персональной таблетки! — сапог предусмотрительно не стал упоминать об авторстве министерства обороны над данным девайсом. — А спектр ее возможностей я знаю получше тебя, — угрюмо добавил он. — Если вдруг медицина всё же понадобится, таблетка — самый первый спаситель. Она, кстати, кроме прочего, для этого и разрабатывалась! А кто из присутствующих с ней способен разобраться? Только тот, кто является её хозяином… ты это, не дави на девчонку? — без перехода завершил короткую лекцию человек в защитном снаряжении.
Комиссар вздохнул, сцепив зубы, и ничего не сказал. Хотя со стороны недовояк имело место форменное хамство, пусть и в закрытом канале.
Силовые подразделения полиции последние лет двадцать не просто тренировались по программам министерства обороны (в целом ряде случаев), а и набирались зачастую из военных, особенно на командные должности.
 
Япония — очень маленькая страна в окружении достаточно больших соседей. С точки зрения оборонной доктрины, инструменты двойного назначения (включая кадровый состав) были идеальным решением по сочетанию цена-качество.
Буквально через пару секунд в кадре возникло изображение самой красноволосой, бегущей рысью по бетону многоярусной парковки нижнего яруса комплекса зданий.
Рядом с ней, нога в ногу, рысил какой-то штурмовик с нашивками офицера и в неполном комплекте снаряжения.
* * *
Примечание.
В полиции Японии существуют следующие полицейские ранги: генеральный суперинтендант, старший комиссар, комиссар, помощник комиссара, суперинтендант, старший инспектор, инспектор, сержант, старший офицер полиции, офицер полиции.
Офицер в Токио — в нашем понимании офицер только по названию. Не по функционалу и не по полномочиям.
Высшей должностью в полиции является Генеральный комиссар НПА.
* * *
Девчонка переговаривалась с полицейским на бегу, как ни в чём ни бывало. Зрелище вообще не было похоже на конвоирование кого-то особо опасного.
— Через минуту будут у тебя! — помахал рукой в кадре, привлекая внимание к себе, сапог.
Хиротоши задумчиво перевел взгляд с бегущей пары на него:
— А вы не боитесь вот так…?
— Я тебя учу делать твою работу? — вежливо наклонил голову к плечу старший специальной группы, перебивая коллегу.
Хотя он был младше по званию, по вертикали подчинения относился скорее к министерству обороны. То, что его люди сегодня отработали качественно, было исключительно его личной заслугой и жестом доброй воли. Не следствием полицейской иерархии.
— А если она здесь нас сейчас всех положит?! — Ватанабэ, вопреки здравому смыслу, словно клещ, впился в острую тему.
— У тебя стресс? — подчёркнуто участливо продолжил держать голову налоненной силовик. — Я тебе делаю доброе дело, уже сделал вернее… Твой говноплан наверх докладывать не стал, даже уведомительным порядком. Хотя и должен. А ты меня застроить решил?! Я правильно понимаю ситуацию?!
Подскочивший к комиссару представитель девятого бюро воткнул товарищу кулак в бок и сунул свою голову в фокус прибора связи:
— У комиссара тяжёлый день! Извиняюсь за него! Отбой!
Хлопнув по виртуальной клавише окончания разговора, Садатоши тяжело уставился на друга:
— У тебя что, и правда стресс?!..
Какое-то время они мерялись взглядами.
За кадром остались буря эмоций, масса недосказанного и многозначительные авансы на будущее (не факт, что позитивные).
— Кстати, коллеги! — напомнил сзади о своём существовании белобрысый пацан. — А ведь этот громила прав!
— Какой громила? — Ватанабэ мгновенно развернулся на новый голос, сводя вместе брови.
Его перегруженные расширения сейчас жрали ресурс не только концентратора, но даже и родного мозга.
— Этот, которому вы звонили. Который на уголовника похож. Не то чтобы я нарывался, но не могу не поинтересоваться: а как вышло, что вы пошли меня освобождать, не имея даже скорой помощи под рукой?!
— Он не уголовник, — с досадой поморщился комиссар, косясь на место погасшей голограммы.
— Я не в теме по обеспечению, — зачем-то поторопился откреститься инспектор. — Я и на твоей дамы-то звонки ответил с опозданием! Сюда принёсся — всё уже закончилось.
 
— Хм, не бандит, а лицом похож на боевика небольшой гуми, — задумчиво проговорил младший Асада. — Откуда-нибудь с востока префектуры, ближе к морю…
В проёме, оставшемся от вынесенных дверей, появилась вначале красноволосая, затем сопровождающий её полицейский. Последний, оглядевшись по сторонам, молча сориентировался в сторону чистого места у стены (вытертого недавно костюмом Садатоши). Не говоря ни слова, придирчиво прицелившись, он уселся на пол и прислонился к стене на небольшом, относительно чистом, пятачке.