Кровь и Вино. Любимая женщина вампиров (СИ)

— Меньше всего я хочу, чтобы ты страдала. Не сочти за слабость, но я был уверен, что твои чувства мой уход не затронет. Не знаю, радоваться мне этому или нет.
— Подумаешь об этом потом.
Потянувшись рукой к небольшому карману на юбке, просунула в нее пальцы, вынимая заранее заготовленный предмет, припрятанный на всякий случай.
Ценный приз, добытый в игре, приятно звякнул, стоило мне подковырнуть крышечку, и беседку заполнила тихая музыка, нежная и лиричная.
Вампир хмыкнул, оценив мой маневр и подготовленность, и медленно потянулся в сторону, осторожно становясь на ноги и распрямляясь.
— Позволь пригласить тебя на танец, Рори. Я же могу тебя так называть?
— Можешь. С удовольствием.
Поднявшись из импровизированного гнезда, которое тут устроил повелитель, я вложила дрожащие от волнения пальцы в горячую ладонь и сама сделала шаг на сближение, позволяя мужчине опустить руку мне на пояс.
Шаг, еще один, и еще… И вот мы медленно кружимся по тесному пространству, совсем неторопливо и непрофессионально, словно заскучавшая на вечере парочка, желавшая поболтать по душам.
Я чувствовала его дыхание на своем лице, сталкивалась взглядом с бездной туманных глаз и ничего не чувствовала, но прекрасно осознавала — клан создан. Круг замкнулся на нас четверых, и свитая в поток энергия забурлила кипящим потоком, рассыпая ворох мурашек по моим рукам.
— Спасибо тебе, женщина моей жизни, — как только музыка затихла, Мариус остановился, целуя мои пальцы, поднятые с собственного плеча. — Не верю, что могу произнести эти слова вслух.
— Напоминай себе почаще, Мариус, что я есть. Особенно когда в следующий раз соберешься умирать.
Вампир невесело, но как-то мечтательно хмыкнул:
— Следующий раз будет очень нескоро. Через столько, сколько даст тебе наш круг: несколько веков.
— Так это правда?
— Что?
— Что моя жизнь… будет долгой? — пытаясь принять эту мысль, спросила я. — Адриан говорил, что все женщины в их семье проживали совсем не человеческий век, а намного дольше.
— Он не соврал. Мать братьев, Ивве, появилась в Сумеречной Лощине, когда мне было уже достаточно лет, чтобы это заметить. Они с Алексом и Хэйманом прожили вместе почти тысячу лет, — не представляя, какие ошеломительные сроки он называет, Мариус предавался воспоминаниям. — Когда они уходили, она была все такой же, какой я запомнил ее, впервые увидев. Ты загрустила?
— Нет-нет, просто задумалась, — поспешив оправдаться, неловко отступила, восстанавливая расстояние между нами. — Мне кажется, у тебя накопилось множество дел за то время, которое ты отлынивал от своих занятий под предлогом скорой смерти.
Мужчина на глазах помрачнел, но я заметила, что призрак смертельной болезни сошел с его лица, возвращая мужчине здоровый, хоть и хмурый вид.
— Торопишься от меня избавиться?
— Не спеши делать выводы. Я просто очень устала. Слишком много потрясений.
Вампир слегка смягчился, но, судя по все еще сжимающей мои пальцы ладони, отпускать так просто не спешил.
— Ты всегда можешь поделиться со мной всем, что тебя беспокоит.
— Я буду жить очень долго, — намекая на то, что именно это меня шокировало, улыбнулась я. — Ты еще успеешь устать от моих тревог.
— Рори…
Было в этом что-то сакральное, личное. То, как мужчина выдохнул мое имя одними губами, мгновенно запускало в голове незнакомые ранее инстинкты не скрываться с его глаз, дать возможность убедиться, что со мной все в порядке и что со своим караулом он справляется на отлично.
— Может, выпьем чаю? Если он, конечно, есть, — повинуясь тянущему поводку, предложила я, стараясь не выдать волнения.
Прав был Адриан. Не сдержать нам дистанции.
— Все, что ты захочешь, — многозначительно ответил Мариус, не отрывая от меня внимательного взгляда.
Глава 16
— Я должна вернуться.
— Зачем? — стараясь не выдать напряженности в голосе, Мариус опустил фарфоровую чашечку на блюдце. Та тихо звякнула.
— Я обещала. В конце концов, они должны знать, что мы смогли договориться, — пожав плечами, отвела глаза, встречая взглядом закат, укрывающий Сумеречную ЛОЩИНУ алыми всполохами. — Как быстро прошло время.
 
И правда — удивительно быстро.
Несколько часов, проведенных с вампиром практически в полном молчании, не тянулись расплавленной карамелью, а промчались мимо выпущенной стрелой. Нам было уютно молчать, только вот на сближение это было мало похоже — казалось, напротив, нас оттягивает друг от друга.
Князь ненадолго затих, все еще сверля меня взглядом, но все же кивнул, соглашаясь с разумностью моего желания.
— Дрэго отвезет тебя. Удивительно, но даже ему ты пришлась по душе, — сказал он, напоминая, с каким лицом юноша выносил нам на веранду чайный сервиз, сверкая, словно начищенный медяк. — Не думал, что он способен относиться к кому-то столь… дружелюбно.
— Лис не плохой, — улыбнулась, утаив, что именно он подтолкнул меня к правильному решению, всеми силами пытаясь спасти своего повелителя, — просто недоверчивый. В этом мы с ним похожи.
— Ты вернешься?
Решив не продолжать пустые разговоры, Мариус выжидающе вытянул голову, слегка отведя плечи назад, будто пес в охотничьей стойке. Для него было слишком важно получить положительный ответ, чтобы скрывать свои ощущения.
Не стремясь накручивать нервы мужчины, я поспешно кивнула.
— Конечно.
— Завтра?
— Постараюсь. Если Адриан с Амадеем смогут вновь меня отпустить. Не злись, Мариус, — заметив, как сжались в кулак мужские пальцы, добавила я. — Они такая же часть нашего клана, как и мы с тобой. Я знаю, что вам непросто дался этот шаг, но и мне было нелегко согласиться.
— Я тебя провожу, — убедившись, что чай допит, Мариус протянул мне руку. Явно растягивая время, медленной поступью повел к главным дверям дома. — Доброй ночи?
— Доброй ночи, господин де Романус.
Коротко коснувшись мужских губ своими, поторопилась забраться в повозку, в которой уже ждал готовый к отъезду Дрэго, делающий вид, что его не существует.
— Госпожа Кристенсон.
Махнув на прощание рукой, тут же схватилась за сидение от того, как лихо кони бросились вперед, унося меня далеко от вампира, с которым меня связывали самые неоднозначные чувства.
У ворот Виндэм-холла мы оказались так же быстро, как и всегда, что окончательно убедило меня в том, что Лис знает короткую дорогу и торопится как можно быстрее вернуться домой.
На протяжении всего пути я только и думала о том, как разбита всем происходящим. Признание самой себе в том, что братья не оставляют меня равнодушной и я нуждаюсь в их обществе слишком сильно, не приводило меня в уныние — в отличие от связи с Мариусом.
Все в этом союзе обещало быть непонятным и танцующим на крайности.
— Сладких снов, Аврора, — попрощался Лис, пока я спускалась по ступенькам. — И… спасибо тебе. Поверь: вампиры, живущие здесь, этого не забудут.
— Доброй ночи, Листет. Очень надеюсь, что я не пожалею, послушав тебя.
— Мужчина, связанный с тобой вечными узами, достоин этого, дорогуша, — он подмигнул, хитро улыбнувшись. — Ты точно не пожалеешь! Обещаю! И еще, Аврора… ты всегда можешь ко мне обращаться. Сделаю все, что в моих силах.
— Спасибо, буду знать.
Проводив взглядом удаляющуюся в сумрак повозку, медленно побрела к дверям, вдыхая воздух, остужающий легкие приятным холодком.
Это место действительно тянуло назвать его домом и без стеснения встречать вечер на крыльце, провожая взглядом закатное солнце. Далекое и чужое поместье двух совершенно незнакомых вампиров неожиданно сильно привязало меня к себе черной черепицей и крепкими стенами.
Толкнув дверь в холл, растерялась от царившей здесь темноты. Вгляделась в нее в безнадежной попытке что-то увидеть.
— Адриан? Амадей? Есть кто дома?
— Наконец-то, — раздавшийся из темноты голос заставил меня вскрикнуть от испуга, но ударивший в нос аромат качественного табака тут же успокоил. — Я больше никуда тебя не отпущу, — шептал Амадей, вжимаясь лицом в волосы на моем затылке.